ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

До сих пор Монтумес ограничивался тем, что выполнял приказы визиря и всячески старался не вызвать его недовольства. И теперь ему было не по себе от предстоящей встречи.

Визирь устал и, казалось, дремал.

– Слушаю вас, Монтумес. Будьте кратки.

– Это не так просто…

– Упростите.

– Несколько воинов-ветеранов погибли в результате несчастного случая: упали с большого сфинкса.

– Административное расследование?

– Его вело армейское начальство.

– Что не так?

– Да вроде все в порядке. Я не смотрел официальные документы, но…

– Но благодаря связям вам удалось узнать их содержание. Это не поощряется, Монтумес.

Верховный страж опасался подобного выпада.

– Так уж повелось.

– Придется менять привычки. Но если все в порядке, в чем причина вашего прихода?

– Судья Пазаир.

– Недостойный служитель закона?

Голос Монтумеса становился все более гнусавым.

– Я не выдвигаю обвинения, просто меня настораживает его поведение.

– Он что, не соблюдает закон?

– Он убежден, что исчезновение начальника стражи – ветерана с безупречной репутацией – произошло при необычных обстоятельствах.

– У него есть доказательства?

– Никаких. Мне кажется, этот молодой судья хочет посеять смуту, чтобы обратить на себя внимание. Я осуждаю такое поведение.

– И правильно делаете, Монтумес. Ну а каково ваше мнение по существу дела?

– Оно не заслуживает внимания.

– Напротив, мне не терпится его услышать.

Вот она, ловушка.

Верховный страж терпеть не мог принимать ту или иную сторону из страха, что четко определенная позиция может вызвать чье-либо осуждение.

Визирь открыл глаза. Пронизывающий ледяной взгляд проникал прямо в душу.

– Вряд ли гибель этих несчастных сопряжена с какой-нибудь тайной, но я недостаточно хорошо знаком с делом, чтобы вынести окончательное суждение.

– Если сам верховный страж выражает сомнение, почему бы не засомневаться простому судье? Его первейший долг – не принимать ничего на веру.

– Разумеется, – прошептал Монтумес.

– Бездарных людей в Мемфис не назначают; наверняка Пазаир хорошо зарекомендовал себя.

– Все-таки атмосфера большого города, честолюбие, слишком большие полномочия… Возможно, такой груз ответственности не под силу молодому человеку?

– Посмотрим, – заключил визирь. – Если это так, я его смещу. А пока пусть продолжает. И я надеюсь, что вы его всячески поддержите.

Баги запрокинул голову и закрыл глаза. Уверенный, что он продолжает смотреть из-под век, Монтумес встал, поклонился и вышел, приберегая ярость для своих слуг.

***

Едва взошло солнце, к конторе судьи Пазаира подошел крепкий, коренастый, загорелый Кани. Он примостился у закрытых дверей рядом с Северным Ветром. Об осле Кани мечтал давно. Он помог бы ему таскать тяжести, и спина, всю жизнь сгибавшаяся под грузом кувшинов с водой для поливки сада, получила бы наконец долгожданный отдых. А поскольку Северный Ветер охотно внимал его речам, он принялся рассказывать ему о беспросветно однообразных трудовых буднях, о том, как он любит землю, как заботливо роет оросительные канавы и какую радость испытывает при виде распустившегося цветка.

– Кани… вы хотели меня видеть?

Садовник кивнул.

– Заходите.

Кани заколебался. Контора судьи, как и город в целом, вызывали у него страх. Вдали от сельских просторов ему было неуютно. Слишком много шума, тошнотворных запахов и совсем не видно горизонта. Если бы речь не шла о его будущем, он никогда бы не отважился вступить в лабиринт мемфисских улиц.

– Я пропал, совсем пропал, – сказал он.

– Опять неприятности с Кадашем?

– Да.

– В чем он вас обвиняет?

– Я хочу уйти, а он не отпускает.

– Уйти?

– В этом году мой сад дал овощей втрое больше предписанного. Значит, я могу стать независимым земледельцем.

– Это законно.

– Кадаш это отрицает.

– Опишите мне свой земельный участок.

***

Старший лекарь принял Нефрет в тенистом парке своей роскошной усадьбы. Сидя под цветущей акацией, он потягивал молодое и легкое розовое вино. Слуга обмахивал его опахалом.

– Прекрасная Нефрет, как я рад вас видеть!

На девушке было скромное платье и старомодный короткий парик.

– Уж очень вы сегодня строги: платье-то давно вышло из моды.

– Вы заставили меня прервать работу в аптеке; мне хотелось бы знать, зачем вы меня вызвали.

Небамон приказал слуге удалиться. Уверенный в своей неотразимости и в том, что красота места окажет на Нефрет должное воздействие, он решил дать ей последний шанс.

– Вы меня недолюбливаете.

– Я хотела бы получить ответ на свой вопрос.

– Насладитесь прекрасной погодой, восхитительным вином, посмотрите, в каком раю мы живем. Вы прекрасны, умны, и ваш талант целительницы превышает способности самых именитых наших лекарей. Однако у вас нет ни состояния, ни опыта; без моей помощи вам придется прозябать в каком-нибудь селении. Поначалу сила духа поможет вам преодолеть испытание; но придет зрелость и вы пожалеете, что так дорожили своей чистотой. Карьеру не выстроишь на идеалах, Нефрет.

Скрестив руки, девушка смотрела на пруд, где среди лотосов дрались утки.

– Вы научитесь любить меня и мои повадки.

– Ваши тщеславные помыслы меня не касаются.

– Вы достойны стать супругой старшего придворного лекаря.

– – Мне кажется, что вы заблуждаетесь на мой счет.

– Я хорошо знаю женщин.

– Вы в этом уверены?

Улыбка застыла на лице Небамона.

– Вы забыли, что ваше будущее в моих руках?

– Над ним властны боги, но не вы.

Небамон встал, лицо его помрачнело.

– Оставьте богов в покое и подумайте о моих словах.

– Не надейтесь.

– Я предупреждаю вас в последний раз.

– Я могу вернуться к работе?

– Судя по отчетам, которые я только что получил, ваши познания в лекарственных снадобьях явно недостаточны.

Нефрет не потеряла самообладания, она опустила руки и посмотрела в глаза обвинителю.

– Вы отлично знаете, что это неправда.

– Отчеты составлены по всем правилам.

– Кто же их написал?

– Аптекари, которые дорожат своим местом и будут удостоены повышения по службе за проявленную бдительность. Раз вы не умеете готовить сложные лекарства, я не вправе доверить вам ответственную должность. Надеюсь, вы понимаете, что это означает? Вы не сможете и шагу ступить по иерархической лестнице. Вы будете скованы по рукам и ногам, не имея доступа к лучшим лекарствам; все аптеки находятся в моем ведении, и для вас они будут закрыты.

– От этого пострадают больные.

– Вам придется передавать своих пациентов более сведущим коллегам. А когда столь жалкое существование станет окончательно невыносимым, вы приползете к моим ногам.

***

Денес сошел с носилок перед воротами усадьбы Кадаша в тот момент, когда Пазаир разговаривал с привратником.

– У вас тоже болят зубы? – поинтересовался судовладелец.

– Нет, у меня проблема другого рода.

– Хорошо вам! А я места себе не нахожу от боли. Что случилось: у Кадаша неприятности?

– Просто нужно кое-что уладить.

Краснорукий зубной лекарь поздоровался с посетителями.

– С кого начнем?

– Денес ваш пациент; я же пришел довести до конца дело Кани.

– Моего садовника?

– Он больше не ваш садовник. Своим трудом он заслужил право на независимость.

– Чушь! Он служит у меня и будет служить.

– Поставьте свою печать на этот документ.

– Ни за что!

Голос Кадаша дрожал.

– В таком случае я буду действовать в судебном порядке.

– Не надо нервничать! – вмешался Денес. – Отпусти ты этого садовника, Кадаш; я найду тебе другого.

28
{"b":"30839","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Инженер. Золотые погоны
Вата, или Не все так однозначно
Ведьма по наследству
Ненавидеть, гнать, терпеть
Шепот пепла
Бессмертники
Сказания Меекханского пограничья. Память всех слов
Верховная Мать Змей
Обычная необычная история