ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Но темные видения наведывались к ней. Позволив поглотителю теней изнасиловать ее, женщина погрузилась во мрак, который не рассеивался. Преступления, соучастницей которых она стала, мучили ее меньше, чем эта измена, источник смутного наслаждения. А разрыв с Нефрет... Не было ли желание оставаться её подругой безумием, ложью, извращением?

Кошмары следовали за кошмарами, бессонные ночи сменяли одна другую.

Помочь ей смог бы только один человек – толкователь снов. Правда, он требовал баснословные вознаграждения, но он выслушал бы ее и направил по истинному пути.

Силкет потребовала принести ей сетку, скрывавшую лицо. Служанка вошла в слезах.

– Что тебя опечалило?

– Это ужасно... Он погиб!

– Кто?

– Посмотрите.

Восхитительный кует алоэ, расцветавший оранжевыми, желтыми и красными цветами, превратился в сухой стебель. А ведь он был не просто редким растением, подаренным Бел-Траном, но и источником лекарства, которым Силкет ежедневно пользовалась. Масло алоэ, нанесенное на половые органы, предохраняло от воспалений и способствовало единению тел. Кроме того, оно снимало зуд от красных пятен, разъедавших ногу Бел-Трана.

Силкет вдруг почувствовала себя покинутой и одинокой. Происшествие вызвало дикую мигрень. Скоро и она засохнет, как это алоэ.

* * *

Комната толкователя снов, выкрашенная в черный цвет, была погружена во мрак. Лежа на циновке с закрытыми глазами, Силкет готовилась отвечать на вопросы сирийца, клиентуру которого составляли лишь богатые и знатные дамы. Сириец ненавидел физический труд, поэтому изучил книги по магии и толкованию снов, решив, что лучше снимать чувство тоски у доверчивых женщин в обмен на заслуженное вознаграждение. В счастливом и спокойном обществе «рыбки» вылавливались не без труда, но, однажды попав в его сети, они уже не могли из них выбраться. Возможно ли, чтобы действенное лечение имело ограниченный срок? Поняв эту простую истину, он без особого труда толковал сны пациенток с большей или меньшей жестокостью. Придя растерянными, они и уходили такими, но сириец в их безумных видениях находил для них достаточно безопасное место; при этом его благосостояние ширилось. До сих пор его единственным врагом был сборщик налогов. Приходилось немало платить, чтобы работать спокойно. Но назначение Нефрет главным лекарем царства его беспокоило: утверждали, что она неподкупна и не проявляет ни малейшей жалости к таким шарлатанам, как он.

– Что вам снилось в последнее время? – спросил сириец госпожу Силкет.

– Страшные видения. У меня в руках был нож, и я вонзила его в шею быка.

– И что дальше?

– Нож сломался, а бык стал топтать меня.

– Ваши отношения с мужем... приносят вам удовлетворение?

– Он поглощен работой, приходит усталый, сразу засыпает. Когда у него возникает желание, он очень торопится, слишком торопится.

– Вы должны быть совершенно откровенны со мной.

– Да, да, я понимаю...

– Вы когда-нибудь орудовали ножом?

– Нет.

– Похожим предметом?

– Нет, не помню.

– Иглой?

– Иглой, да.

– Перламутровой иглой?

– Да, конечно! Я умею ткать, это мой любимый инструмент.

– Вы нападали на кого-нибудь с иглой?

– Нет, клянусь, нет!

– Мужчина преклонного возраста... Он поворачивается к вам спиной, вы тихо подходите и вонзаете ему в шею перламутровую иглу...

Силкет закричала, стиснула кулаки и стала корчиться на циновке. Толкователь снов в испуге чуть было не бросился звать на помощь. Но неистовство прошло. Вся в поту, Силкет села:

– Я никого не убивала, – глухо, все еще во власти галлюцинаций, произнесла она. – Мне не хватило бы храбрости. Завтра, если Бел-Тран того потребует, у меня его хватит. Чтобы не потерять его, я соглашусь на все.

– Я вас вылечил, госпожа Силкет.

– Что?.. Что вы сказали?

Вам больше не нужна моя помощь.

* * *

Ослы уже были навьючены и готовы двинуться в сторону порта, когда к толкователю снов подошел Кем.

– Переселение завершается?

– Меня ждет корабль. Отправляюсь в Грецию, там мне никто не причинит вреда.

– Разумное решение.

– Вы мне обещали, что таможенники не будут ко мне придираться.

– Это зависит от тебя.

– Я задал все вопросы госпоже Силкет, как выпросили.

– Ну, и что?

– Она никого не убивала.

– Ты в этом уверен?

– Совершенно. Я шарлатан, но я знаю этот тип женщин. Если бы вы видели ее в состоянии транса, вы бы поняли, что она не притворяется.

– Забудь о ней и о Египте.

* * *

Госпожа Тапени чуть не плакала. Она сидела напротив раздраженного Бел-Трана, который углубился в папирусы, развернутые на низком столике.

– Я опросила весь Мемфис, уверяю вас! – в отчаянии воскликнула она.

– Это лишь усугубляет ваш провал, моя дорогая.

– Пазаир не изменяет жене, не играет в азартные игры, у него нет долгов, он не замечен ни в каких тайных сделках. Невероятно, но этот человек безупречен!

– Я вас предупреждал; это – визирь.

– Визирь или нет, я думала, что...

– Алчность разъедает вашу душу, госпожа Тапени. Египет остается особой страной. Его судьи, и прежде всего первый из них, считают прямоту линией поведения. Смешной пережиток, согласен, но его необходимо принимать в расчет. Пазаир верен своему долгу и ревностно исполняет его.

Миловидная темноволосая женщина нервничала, не зная, как себя вести.

– Я ошиблась на его счет, – сказала она.

– Мне не нужны люди, которые ошибаются. Если кто-то работает на меня, ему должно все удаваться.

– Если есть хоть малейший изъян, я его обнаружу.

– А если его нет?

– Значит... нужно его создать, чтобы он ничего не знал!

– Прекрасное решение. Что вы предлагаете?

– Я подумаю, я...

– Уже все продумано. У меня есть простой план, основанный на торговле редкими предметами. Вы все еще согласны мне помогать?

– Я в полном вашем распоряжении.

Бел-Тран рассказал, что следовало делать. Провал Тапени еще более усилил его ненависть к женщинам. Как правы были греки, считавшие женщин ниже мужчин! В Египте им уделяют слишком много внимания. Бестолочь, вроде Тапени, может помешать. Следует отделаться от нее как можно скорее, продемонстрировав Пазаиру, что его хваленое правосудие беспомощно.

* * *

В мастерской под открытым небом пять человек выполняли труднейшую работу: из акации, сикоморы и тамариска они изготавливали различные бумеранги. Кем спросил хозяина, пятидесятилетнего ворчуна с грубыми чертами лица:

– Кто твои клиенты?

– Птицеловы и охотники. Тебя это так интересует?

– Да.

– На каком основании?

– Тебя взять с поличным?

Один из работников что-то шепнул хозяину на ухо. Тот сразу изменился в лице:

– Начальник стражи, у меня! Вы кого-то ищете?

– Ты сделал этот бумеранг?

Хозяин мастерской внимательно оглядел оружие, которое лишь благодаря реакции павиана не убило Пазаира.

– Отличная работа... Превосходное качество. Он может поразить цель на большом расстоянии.

– Ты не ответил на мой вопрос.

– Нет, это не я.

– Кто мог бы сделать такой?

– Не знаю.

– Странно.

– Сожалею, но в данном случае ничем не могу помочь.

Когда нубиец ушел, хозяин почувствовал облегчение. Начальник стражи не так уж дотошен, как о нем говорили.

Но, закрывая поздно вечером мастерскую, он изменил свое мнение.

Широкая ладонь нубийца легла ему на плечо.

– Ты солгал.

– Да нет же...

– Не лги больше. Тебе известно, что я более жесток, чем мой павиан?

– Моя мастерская работает исправно, у меня хорошие работники. Почему вы набрасываетесь на меня?

– Расскажи мне об этом бумеранге.

– Ну ладно, это я его сделал.

– Кому ты его продал?

– У меня его украли.

– Когда?

– Позавчера.

– Почему ты сразу не сказал правду?

34
{"b":"30840","o":1}