ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Готовится отпор его власти, мой повелитель. Господство Бел-Трана будет не из легких.

– Один лишь титул фараона заставит людей подчиняться ему. Он быстро восстановит преимущество.

– Без Завещания богов?

– Он посмеялся над Сути. Я ухожу из храма Птаха. Мы с тобой встретимся у священных врат Саккары. Ты был хорошим визирем, Пазаир. Страна не забудет тебя.

– Я не смог исполнить свой долг, мой повелитель.

– Мы не были готовы к такому злу и потому не смогли его победить.

* * *

Новость распространилась с Севера на Юг: половодье оказалось обильным. Ни одна провинция не останется без воды, ни одно селение. Фараон будет облагодетельствован богами и сможет прокормить свой народ. Возрождение Рамсеса сделает его величайшим из царей, пред которым падет ниц вся земля. Вокруг всего, что касалось Нила, царило большое оживление. Отметки, сделанные на камне, позволяли проследить закономерности разлива вод и силы Хапи. По режиму реки, по коричневатой окраске ее потока делали вывод, что ежегодное чудо произойдет со дня на день. Радость завладела сердцами египтян, праздник начинался раньше срока.

Члены тайного совета визиря не скрывали своей печали. Царица-мать жаловалась на бремя лет, а Баги, прежний визирь, все больше горбился. Сути страдал от своих прошлых многочисленных ран, Кем ходил с опущенной головой, словно чего-то стыдился. Морщины Кани, верховного жреца Карнака, стали еще глубже, а Пазаир, всегда державшийся с достоинством, предавался отчаянию. Каждый из них сделал все возможное, но все оказалось тщетным. Скоро новый фараон будет диктовать свои указы.

– Не оставайтесь в Мемфисе, – посоветовал Пазаир. – Я нанял судно, которое плывет на юг. После Элефантины оно направится в Нубию и может затеряться там.

– Я не собираюсь оставлять своего сына, – заявила царица-мать.

– Силкет на пороге смерти, моя повелительница. Бел-Тран обвинит вас в ее смерти и будет безжалостен к вам.

– Я приняла решение, Пазаир. Я остаюсь.

– Так же, как и я, – сообщил Баги. – В моем возрасте уже нечего бояться.

– Мне жаль, но я должен вас разочаровать. Вы-то как раз и являетесь воплощением традиции, которую Бел-Тран желает искоренить.

– Он сломает зубы о мои старые кости. Может, мое присутствие возле Рамсеса и царицы-матери заставит его вести себя сдержаннее.

– От имени всех великих жрецов, – заявил Кани, – я увижусь с Бел-Траном, как только он будет коронован, и провозглашу, что мы все служим законам, которые всегда являлись основой величия Египта. Он узнает, что храмы не станут поддерживать самозванца.

– Тогда ваша жизнь окажется в опасности.

– Мне это безразлично.

– И я останусь, чтобы защитить тебя, мой друг, – заявил Сути.

– И я, – добавил Кем. – Я подчиняюсь визирю, и никому больше.

Расчувствовавшись до слез, визирь Пазаир объявил об окончании своего последнего совета, вознеся хвалы богине Маат, чье царствие продлится до скончания веков.

* * *

Рассказав Пазаиру о своем последнем паломничестве к гробнице Беранира, Нефрет отправилась в лечебницу, чтобы прооперировать больного с травмой черепа и дать указания своим подчиненным. Она заверила мужа, что общение с душой учителя не было иллюзией. Хотя она и не смогла растолковать послание из потустороннего мира, ее не покидала уверенность, что Беранир не оставит их.

Стоя в одиночестве перед жертвенником предков, Пазаир размышлял о прошлом. С тех пор как он начал исполнять обязанности визиря, у него не было времени подумать в тишине и одиночестве. Сейчас его разум пребывал в умиротворении; мысли вышли на свободу, стали острыми и четкими, как клюв ибиса. Визирь припомнил все события одно за другим, начиная с того самого поворотного момента, когда он, отказавшись подписать непонятное отстранение от должности начальника стражи сфинкса в Гизе, сам того не подозревая, сорвал планы заговорщиков. Он упрямо шел к выяснению истины, на этом тернистом пути его поджидали трудности и скрытые ловушки, но он не потерял решимости. Сейчас же, несмотря на то, что известны имена многих заговорщиков, их главы Бел-Трана и его супруги Силкет, и то, что он держал в руках отдельные фрагменты головоломки и знал исход махинации, Пазаир чувствовал себя одураченным. Погрузившись в водоворот событий, он не смог вовремя остановиться и посмотреть на происходящее со стороны.

Смельчак поднял голову и тихо зарычал: пес почуял присутствие постороннего. В небо вспорхнули испуганные птицы. Кто-то неизвестный находился возле бассейна.

Пазаир придержал собаку за ошейник. Новый наемник Бел-Трана, посланный убить его? Второй поглотитель теней, которого не смог перехватить павиан? Визирь приготовился к смерти: он станет первой жертвой нового хозяина Египта, которому не терпится поскорее уничтожить своих врагов.

Северный Ветер почему-то молчал, и Пазаир подумал, не зарезал ли его тот, кто вторгся в его владения.

Она появилась в полосе лунного света. В руке – короткий меч, обнаженная грудь покрыта странными знаками, лоб украшен белыми и черными полосами.

– Пантера!

– Я должна убить Бел-Трана.

– Эта боевая раскраска...

– Таков обычай нашего племени. Он не сможет сопротивляться моей волшебной силе.

– Боюсь, что это не так, Пантера.

– Где он прячется?

– В своих покоях, в здании Государственной казны. Бел-Тран под надежной охраной. С тех пор как его посетил Сути, он больше не подвергает себя риску. Не ходи туда, Пантера, тебя задержат или убьют.

Ливийка нахмурилась:

– Значит, все кончено...

– Уговори Сути покинуть Мемфис сегодня же ночью. Укройтесь в Нубии, разрабатывайте вашу золотоносную жилу, будьте счастливы. Не следуйте за мной в моем падении.

– Я обещала демонам ночи уничтожить это чудовище, и я сдержу свое слово!

– Зачем так рисковать?

– Бел-Тран желает зла Нефрет. Я никому не позволю разрушить ее счастье.

Пантера бросилась в сад. Пазаир увидел, как она с кошачьей грацией легко перелезла через стену усадьбы.

Смельчак снова погрузился в сон, а Пазаир вернулся к своим думам. Странные подробности вспомнились ему. Чтобы ничего не упустить, Пазаир делал пометки на глиняных табличках. По мере того как продвигалась работа, стали выплывать на свет и другие детали его расследования, на которые он прежде не обращал внимания. Пазаир перетасовал улики, перекроил все свои предварительные умозаключения и обозначил новые версии, настолько странные, что собственный разум запрещал ему принимать их всерьез.

Когда на рассвете вернулась Нефрет, Смельчак и Проказница радостно бросились к ней. Пазаир заключил супругу в объятия.

– Ты совсем без сил.

– Сначала была трудная операция, а потом я навела порядок в своих документах. Тому, кто придет мне на смену, нетрудно будет продолжить мою работу.

– А теперь отдохни.

– Я не хочу спать.

Нефрет заметила десятки табличек, разложенных стопками.

– Ты работал всю ночь?

– И понял, что я глупец.

– Зачем так бранить себя?

– Я был глуп и слеп, потому что отказывался видеть истинную суть вещей. Это непростительная ошибка для визиря, ошибка, которая могла навлечь беду на Египет. Но ты была права. Произошло одно событие – душа Беранира заговорила.

– Ты хочешь сказать, что...

– Я знаю, где находится Завещание богов.

64
{"b":"30840","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Храброе сердце. Как сочувствие может преобразить вашу жизнь
Разбитые окна, разбитый бизнес. Как мельчайшие детали влияют на большие достижения
Академия Арфен. Корона Эллгаров
Кето-диета. Революционная система питания, которая поможет похудеть и «научит» ваш организм превращать жиры в энергию
Невеста Черного Ворона
Viva la vagina. Хватит замалчивать скрытые возможности органа, который не принято называть
Последний Фронтир. Том 2. Черный Лес
Заговор обреченных
Дед