ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Нариндра был фаталистом: «что должно случиться, то случится». Он даже не упрекал себя за то, что его неосторожное преследование стало причиной гибели друзей. Это было написано в книге судеб, и судьба его исполнялась, а потому он никого не обвинял и не позировал перед смертью, как Боб Барнет.

Когда оставалось несколько шагов и железный круг, образованный штыками сипаев, должен был сомкнуться за пленниками, тот же голос снова шепнул на ухо Сердару:

– Сердар, скажи друзьям, чтобы они прыгали на слона и неслись к горе!

Сердар оглянулся, но ни одного малабарца не было вблизи. Неужели кто-нибудь из сипаев подкуплен? Не раздумывая долго, он, уверенный, что никто из присутствующих его не поймет, поспешно повторил Бобу по-французски только что сказанные ему слова.

На янки это сообщение произвело страшное впечатление… Его лицо побагровело от внезапного прилива крови, и можно было подумать, что у него случилось кровоизлияние в мозг.

– Спокойнее! Спокойнее! – сказал ему Сердар. Оставалось всего несколько шагов до того места, где стоял слон, когда тот, как бы по внезапному капризу, встал на дыбы и попятился, а затем, поравнявшись с пленниками, вдруг упал на колени. Пленникам не оставалось ничего больше, как прыгнуть в хоуду. Чтобы облегчить им эту операцию, толпа малабарцев, густо столпившихся в этом месте, бросилась влево, как бы испуганная слоном, испуская громкие крики и увлекая за собой пикет[26] сипаев в противоположную от пленников сторону.

– Вперед, Индия и Франция! Ко мне, Нариндра! – крикнул Сердар громовым голосом и одним прыжком очутился в хоуде, куда за ним тотчас же последовали Барнет и Нариндра.

– Ложитесь! Ложитесь! – крикнул им погонщик, голос которого они сразу узнали.

Это был Рама-Модели, так же великолепно переодетый, как был загримирован слон Оджали. Темную кожу животного сначала смазали соком манго и, когда сок загустел, побелили с помощью извести.

Следуя совету погонщика, все трое бросились на дно хоуды. Оджали не надо было подзадоривать, он сам пустился галопом по направлению к горе. И странная вещь! Толпа, как бы заранее кем-то предупрежденная, расступалась на всем пути, не мешая его движению. Все это случилось так просто и с такой быстротой, что сипаи, оглушенные криками толпы и пробовавшие проложить себе путь через напиравших на них людей, не заметили исчезновения пленников. Они не могли видеть пленников потому, что те успели лечь на дно хоуды прежде, чем слон поднялся. Всем, кто не был предупрежден или не был близким свидетелем этой сцены, казалось, что слон бежит к горе с одним лишь погонщиком. Вот почему малабарцы, народ вообще веселого и насмешливого нрава, не могли удержаться от взрыва громкого хохота, когда услышали приказание английского офицера, командовавшего взводом сипаев, вести скорее пленников на эспланаду.

Зато с дворцовой террасы все перипетии происходящего были видны подробно, и можно поэтому представить, какой гнев охватил губернатора и как волновались окружавшие его официальные лица. Под воздействием первого впечатления губернатор хотел отдать приказ Королевскому форту стрелять в толпу, очевидно, принимавшую участие в организации этого смелого побега, но тут же понял, что такое могут позволить себе лишь немногие властители в мире. Однако, чтобы чем-нибудь вознаградить себя, он бросился в свой кабинет к телеграфному аппарату, соединяющему его с фортом, и отдал приказание без передышки стрелять по слону, который благодаря особенному расположению горы представлял в течение получаса прекрасную мишень для пушечных выстрелов.

Спустя несколько минут после отданного губернатором приказания крепостная пушка загремела с остервенением, покрывая картечью склоны горы.

Толпа с жадным любопытством следила за первыми выстрелами. Всем было хорошо видно, с какой головокружительной быстротой поднимался слон в гору, с какой необыкновенной ловкостью взбирался он по самым крутым извилинам. Всем хотелось увидеть, на чью сторону склонится успех в этой странной дуэли. Английские артиллеристы, несмотря на свою ловкость, не могли попасть в цель из-за того, что пушки у них были очень старые.

Выстрелы достигали горы, но отклонялись от цели на сто пятьдесят, двести метров, и это сильно веселило малабарцев, радовавшихся побегу своего легендарного героя. С того момента, когда стало ясно, что выстрелы не дают никаких шансов на успех и применение пушки становится смешным, не прошло и четверти часа, и губернатор приказал прекратить стрельбу.

Так закончился смелый побег Сердара. Он, бесспорно, стал «историческим» эпизодом великого восстания 1857 года, рассказы о котором наполняли в течение двух месяцев все журналы и газеты на берегах Индийского океана, от Пондишери до Маврикия и от Калькутты до Сингапура. Старые колонисты, ибо приключение это уже в прошлом, никогда не забывают рассказать вновь приехавшим историю, как один забавный губернатор не придумал ничего лучшего, чем стрелять по пленникам из пушки, и как эти пленники были спасены слоном, который буквально вытащил их из петли.

Часа через два беглецы были в безопасности в обширном бассейне непроходимых лесов и топких болот, который называется джунглями Анурадхапуры. Они могли быть уверены, что англичане не последуют за ними, но, несмотря на это, их положение нельзя было назвать блестящим. Они не могли вечно оставаться в джунглях, но если бы они попытались выйти оттуда, то непременно попали бы в руки своих противников, которым для этого достаточно было поставить вооруженные отряды у двух единственных выходов из этой ужасной долины. Беглецам оставалось, забыв всякую осторожность, попытаться силою прорваться через отряды неприятеля.

Так и поступил губернатор Цейлона, побуждаемый к этому генералом Гавелоком и вице-королем Индии. Они потребовали во исполнение патриотического долга не выпускать из рук человека, который был руководителем восстания и приехал на Цейлон с единственной целью, без сомнения, доставить своим врагам новые затруднения.

Лишенный поддержки Сердара, Нана Сахиб не замедлит совершить какую-нибудь ошибку, способствующую подавлению восстания, и отдаст его самого в руки англичан.

Поэтому можно смело сказать, что никогда еще Сердар не находился в таком отчаянном положении, как теперь.

ГЛАВА VII

Сэр Уильям Браун и Кишная-душитель. – Зловещий союз. – Цена крови. – Таинственное предупреждение. – Два старых врага. – Отъезд в Пондшиери Эдварда и Мэри.

После этого события сэр Уильям Браун, губернатор Цейлона, пришел в невероятное бешенство, так как он уже телеграфировал во всех направлениях, что знаменитый Сердар в его власти, и теперь должен был признаться, что упустил его. Губернатор ходил взад и вперед по своему кабинету, погруженный в самые неприятные размышления, когда слуга доложил ему, что какой-то индиец просит принять его.

Губернатор собрался прогнать его, но слуга добавил:

– Это тот шпион, который сегодня ночью заманил пленников в ловушку.

Эти слова заставили губернатора переменить решение и приказать ввести туземца.

Войдя в комнату, индиец упал на ковер, воздавая губернатору почести, которых удостаиваются только раджи и брамины высшего ранга.

– Что тебе нужно от меня? – спросил сэр Уильям, когда тот поднялся.

– Кишная, сын Анандраи, один раз уже предал Сердара, – отвечал он, – не его вина, что сипаи выпустили его из рук.

– Полагаю, что не для этого только ты хотел меня видеть?

– Нет, Сахиб. Но тот, кто предал врага первый раз, может предать его и во второй. Только дело на этот раз будет потруднее, и все зависит от…

– От платы за твои услуги, – перебил его губернатор с нетерпением.

– Сахиб отгадал мою мысль.

– Ты наглый плут… Хорошо, посмотрим! Мне некогда терять время с тобой. Как скоро ты сможешь доставить нам Сердара снова?

– Вместе с товарищами?

вернуться

26

Пикет – небольшой сторожевой отряд.

19
{"b":"30851","o":1}