ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Мы знаем уже, что после окончательного подавления восстания Гавелком Сердар вместе с марсельцем Барбассоном и несколькими преданными ему индусами спас Нана-Сагиба при осаде Дели и что принц, скрывавшийся в пещерах Нухурмура, не был отыскан англичанами. Спокойный за судьбу Нана, Фредерик де Монмор де Монморен отправился во Францию, чтобы добиться оправдания перед военным судом, который обвинял его.

Во время его отсутствия Нана-Сагиб оставался в недоступных пещерах Нухурмура под охраной знаменитого Барбассона из Марселя и четырех туземцев: Рамы-Модели, заклинателя; Нариндры, махратского воина, потомка древних королей Декана; Рудры, следопыта, и Сами, доверенного слуги Сердара.

Фредерик де Монморен должен был после своего возвращения, несмотря на тщательные выслеживания англичан, помочь принцу бежать и доставить его на один из многочисленных островов Зондского пролива, где Нана мог бы спокойно жить вдали от британской мести.

Сэр Джон Лауренс, вице-король Индии, совершенно потерял следы вождя восстания сипаев и, несмотря на то, что несколько раз доносил в Лондон о неизбежном аресте Нана-Сагиба (в этом его уверяли шпионы, разосланные им по всей Индии), все же должен был сознаться самому себе, что так же мало подвинулся вперед, как и в первые дни. Последние известия, полученные им, указывали на полную неудачу всех поисков принца. Капитан Максуэлл исчез месяц тому назад, и не было возможности узнать, что с ним случилось. О Кишнае, вожде тугов, услугами которого не брезговал благородный лорд, говорили, что его повесили с большею частью его приверженцев по приказанию офицеров 4-го шотландского полка; отряд захватил их в тот момент, когда они собирались приносить человеческие жертвы на алтаре Кали, богини убийства и крови.

Все соединилось для того, чтобы препятствовать намерениям вице-короля, а между тем ему необходимо было во что бы то ни стало завладеть Нана-Сагибом; дело шло об окончательном успокоении Индии, а это было невозможно до тех пор, пока в руках его не будет принц, осмелившийся поднять знамя независимости.

Недаром Индия — классическая страна тайных заговоров; это, пожалуй, единственная страна в мире, где возможен такой факт, что двести пятьдесят тысяч сипаев знали за целый год вперед день и час, назначенные для восстания, — и между ними не нашлось ни одного изменника!

Странная вещь: Нана-Сагиб не покидал Индии после своего поражения, а между тем вице-король, несмотря на могущественные средства, которыми он располагал, никак не мог узнать, где он скрывается. Он догадывался, что таинственный Декан со своими древними развалинами, бесчисленными пещерами, храмами, высеченными в недрах земли и соединенными с подземельями, тянувшимися на пятьдесят-шестьдесят миль, с крупными горами и непроходимыми лесами, мог доставить беглецу прекрасное убежище. Но вице-король не знал, в какой части этой обширной местности принц спрятался. Последняя депеша Максуэлла, посланная им из Бомбея, гласила только: «Дня через три Нана будет нашим пленником». И вот прошло пять недель, а офицер этот не давал о себе никаких вестей. Вице-король был почти уверен, что Максуэлл погиб при исполнении своей миссии. Несчастный вице-король не мог придумать, что ему делать. Лондонская пресса начинала возмущаться постоянными неудачами этого сановника, поговаривали о его неспособности и даже об измене. На нескольких митингах требовали уже смещения сэра Джона, и лорд Руссель, председатель верхней палаты, в последней официальной бумаге намекнул уже о возможности отозвания вице-короля, если по прошествии месяца дело это не будет кончено к полному удовлетворению правительства.

История, думаем мы, никогда еще не заносила на свои страницы бесследного исчезновения лица, игравшего столь важную роль, как Нана-Сагиб. Но неоспоримо, что труп последнего не был найден среди убитых во время осады Дели и что английские власти неоднократно получали доказательство пребывания принца в самой Индии. Власти судили по участи, постигавшей большинство тех людей, которые рьяно преследовали принца (их никогда не видели больше и не было даже возможности узнать, что с ними случилось), а также по тому драматическому происшествию, которым закончилась эта необыкновенная эпопея; с ним-то мы и познакомим читателя.

Этот эпизод в истории Индии так искусно скомбинирован из самых невероятных событий, что нет даже надобности призывать на помощь воображение для придания ему большего интереса. Все факты, излагаемые нами, абсолютно точны; все лица, которые играют здесь роль, существовали в действительности, — мы только изменили их имена, и истории не придется переделывать ни одного из важных событий, здесь описанных.

Даже и теперь, несмотря на несколько десятков лет, прошедших с тех пор, жизнь, приключения и смерть Нана-Сагиба покрыты непроницаемой тайной, и мы не имеем претензии уверять читателя, будто совершенно приподняли этот таинственный покров. Все, описанное здесь, взято со слов товарища принца по оружию, марсельца Барбассона (последний — не кто иной, как М. В-her, которого мы знали в Пондишери). И все-таки кончина этой легендарной личности неизвестна… Никто не знает — и никогда, быть может, не будет знать, — в каком месте земного шара провел изгнанный принц последние дни и где он спит вечным сном, — если только Рама-Модели, единственный индус, согласившийся покинуть Индию вместе с принцем, не оставит какого-нибудь документа, из которого мы узнаем, где Нана-Сагиб провел последние годы своей жизни.

Сэр Джон Лауренс не знал, без сомнения, что ставит в этом приключении свою жизнь на карту; но свое вице-королевство он ставил на нее несомненно. А так как ему страстно хотелось сохранить за собой это великолепное наместничество, где он пользовался более обширной властью, чем королева Виктория в Британии, то и решил отправиться в Декан, в самый Беджапур, желая лично распоряжаться последней попыткой, предпринимаемой для поимки Нана-Сагиба и его товарищей. Чтобы замаскировать свой план, он скрыл от всех, даже от близких к нему лиц, свои настоящие намерения и объявил, что едет в древнюю столицу Декана вследствие необходимости учредить верховное судилище, уполномоченное наказывать тех, кто действовал заодно с бунтовщиками, и призвать на суд раджей Майсура и Травенкора; последние обвинялись в том, что они предлагали губернатору Пондишери свергнуть иго Англии и поднять восстание на юге во имя Франции. Беджапуру таким образом предстояло видеть в своих стенах те репрессии, которые залили кровью Бехар, Бенгалию и Пундаб.

Лауренс открыл свой план начальнику полиции, полковнику Джемсу Ватсону, и объяснил ему причину, понуждающую его действовать всеми способами, чтобы добиться успеха. Он просил полковника отправить туда несколько лучших своих сыщиков и указать ему самого ловкого следопыта в Декане, которому он лично хотел передать свои инструкции. Полковник Ватсон немедленно указал вице-королю на знакомого уже нам падиала Дислада-Хамеда, как на самого ловкого и самого верного шпиона из всех, соглашавшихся служить Англии. Негодяй исполнял действительно с поразительной точностью все приказания притеснителей своей страны.

В достопамятный вечер, когда он пришел в такой ужас при виде света и теней во Дворце семи этажей, падиал и не подозревал еще, какую честь окажет ему скоро сэр Лауренс, доверив деликатную и опасную миссию открытия следов Нана-Сагиба. Но он и без того должен был скоро узнать или, по крайней мере, понять это.

Внимание падиала привлекла тень, скользнувшая в соседнюю с минаретом рощу; не успел он спрятаться за колонну, откуда собирался наблюдать за всем происходящим, как услышал, что его зовут:

— Дислад! Дислад!

— Кто там? — спросил последний.

— Нанда-Сами, сын Канда-Сами, — отвечал незнакомец, — первый скороход его светлости сэра Лауренса, вице-короля Индии… посланный от него к падиалу.

— Что нужно вице-королю от меня? — с удивлением спросил падиал. — Поднимись ко мне, Нанда-Сами, я не могу оставить свой пост ранее первого часа дня.

100
{"b":"30852","o":1}