ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

И вдруг всплеск черноты. И снова от края к центру поползли точки. Снова возникло серое пятно. А на нем размытая тень, напоминающая человеческую фигуру с воздетыми вверх руками. Потом пятно вздрогнуло, и на нем появились глаза. Широко открытые, с прямоугольными зрачками. Видение продержалось несколько секунд и погасло.

— Салют из другого мира, — произнес кто-то из спутников Кривоколенова.

Старик сердито сказал молодому человеку, упомянувшему про салют:

— Вы бы лучше замеры сделали, чем про салюты распространяться.

— Приборы молчат, — развел руками молодой человек. — А явление заканчивается.

Диомидов бросил взгляд на яму. Яма осталась. Но странный черный лак исчез. На желтом глинистом дне лежал обломок диомидовского ножа. Потом академик придирчиво расспрашивал милиционеров об этом явлении, хмыкал иронически. И наконец уехал.

— Три сеанса было, — сказал Диомидову врач. — Я считал. И все время одно и то же…

А Зоя говорит, что был еще сеанс. Сколько же их всего было? И что это за чертовщина все-таки? Академик ни на один его вопрос не ответил. Уехал сердитый. Что-то ему в этой яме не понравилось.

— Ямы сперва не было, — сказала Зоя. — Поляна как поляна. Цветы там росли хорошенькие, голубенькие. Я хотела букетик нарвать. Наклонилась. И тут яма и раскрылась. А в ней лежал этот… этот убитый. Л палка валялась.

— Палка, говоришь? — перебил Диомидов. — А какая она из себя, эта палка?

— Не знаю. Хотя… На мундштук похожа. Знаешь, есть такие самодельные мундштуки из колечек. Красные, желтые, черные… А может, мне показалось? Может, там только красные… Я еще почему-то подумала про тросточку. Вот, думаю, гулял человек с тросточкой, а его и застрелили. Ну да. Это и была тросточка. С зеленым набалдашником. Но мне ведь некогда рассуждать было. Все смешалось в голове. Яма из ниоткуда… Убитый… А потом этот душить начал…

Зоя передернула плечами и замолчала. Диомидов отодвинул чашку и задумчиво пощелкал по ней ногтем.

— Лица его ты, конечно, не видела? — спросил он.

— Нет. Костюм у него, кажется, серый. А что это за яма?

Диомидов покачал головой. Зоя понимающе взглянула на него и сочувственно улыбнулась. Заметила, что он выбрал себе специальность не из лучших, но, наверное, интересную. Диомидов ответил неопределенно:

— Как тебе сказать? Уезжаем — приезжаем.

— Жена, вероятно, волнуется.

— Не женат я. Вроде тебя.

Зоя нахмурилась, потом засмеялась и сказала, что она женщина самостоятельная, а Диомидову жена нужна. Для разнообразия. Чтобы было к кому приезжать.

— Может, и нужна, — в тон ей откликнулся полковник и сказал, что он еще не успел познакомиться со своей будущей половиной.

— А ты познакомься, — посоветовала Зоя. — Это же легко.

— Кому как, — вздохнул Диомидов, вставая. — Спасибо за кофе, отличный он у тебя.

Пока Диомидов одевался, они еще поговорили немного. Федор Петрович рассказал Зое про кота, которого держит вроде живого талисмана. Зоя поинтересовалась, где Диомидов обедает. Закрывая дверь усмехнулась:

— Значит, уезжаем — приезжаем. А бывает, что и совсем уезжаем?

— Бывает, — согласился Диомидов и протянул руку.

— Пока, — сказала Зоя на прощанье. — Соскучишься — позвони. Поговорим о том о сем.

— Поговорим, — сказал Диомидов и шагнул к лестнице…

А утром он вылетел в Сосенск. Перед вылетом пригласил Беркутова и рассказал ему про трость. Майор махнул рукой, заметив, что мысль Федора Петровича ему понятна, но вряд ли из поисков владельца палки получится что-нибудь путное. Полковнику дело тоже казалось безнадежным, но привычка не пренебрегать даже самыми незначительными возможностями взяла верх. Беркутов ушел от него недовольный. Легко сказать: искать в Москве человека, у которого пропала трость. В том, что она пропала, Диомидов не сомневался. Раз был вор — значит, была и кража. Кроме того, эта вещь после убийства вора из ямы исчезла. Унести ее мог только убийца.

После ухода Беркутова Диомидов придвинул листок бумаги и занялся расчетами. Зоя сказала ему, что, выходя на поляну, взглянула на часы. Было пять тридцать. А в шесть к яме подошел грибник. Он утверждает, что никакой трости в яме не было. За тридцать минут вряд ли мог еще кто-нибудь подойти к яме. Значит, можно считать, что за тростью охотился убийца вора. Предположим, что вор выкрал эту вещь по договоренности с неизвестным. Встреча была назначена в лесу. Но вор был лишним. И незнакомец убрал его. Логично? Да. А что произошло потом? Появилась яма со всеми аксессуарами. Выстрел мог сработать как детонатор. Убийца растерялся. На поляну тем временем вышла Зоя… Стоп! Зойка вышла, когда на поляне ничего не было. Яма перед ней раскрылась внезапно. И в ней лежали труп и трость. Вот дьявольщина!

Диомидов забарабанил пальцами по крышке стола. Выходил какой-то мотив. Полковник прислушался и вспомнил песенку, которую Зойка распевала в школе.

Соловей кукушку долбанул в макушку,

Ты не плачь, кукушка, заживет макушка.

Он встал, отошел к окну. Поймал себя на том, что снова напевает дурацкую песню, и ругнулся. Попробовал сосредоточиться на мысли об утреннем происшествии. Была эта яма или не было ее? Значит, так. Выстрел. Вор убит. Упал. Незнакомцу нужна трость, и он делает шаг к яме. Нет. Никакой ямы нет. Какого черта? Сам же Диомидов видел эту проклятую яму. И Зойка. А может, Зойка путает? Загляделась на цветочки и не заметила, как подошла к яме. Если это так, то все становится на место. А если не так? Тогда где же в это время находился труп?

— Вот чушь! — вслух пробормотал Диомидов и снял телефонную трубку. Он решил еще раз переговорить с Зоей.

— Не было, — ответила она. — Нет, я понимаю, что говорю. Я наклонилась за цветком и увидела… Нет, я вполне вменяема сейчас… И тогда…

— Чушь!.. — прошептал Диомидов и тихо опустил трубку на рычаг…

Телега далеко не совершенный способ передвижения. Но выбора не оказалось, и Диомидову пришлось Добираться до Сосенска от аэродрома на этом виде транспорта. Самолет отнял два часа. Телега — три. Но как бы то ни было, в четыре часа дня Диомидов уже шагал по улицам городка. Хотелось есть. И прежде чем пойти к Ромашову, он решил завернуть в чайную.

19
{"b":"30859","o":1}