ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

6

После смерти Брамы в Небесном Городе начался период беспорядка. Нескольких богов даже выгнали с Неба. Каждый боялся, чтобы его не приняли за Акселерациониста; и, как если бы это было суждено, в этот период как раз каждого и подозревали в Акселерационизме. Хотя Сэм Великодушный умер, дух его, как говорили, продолжал жить и насмехаться. А в дни недовольства и интриг, которые привели к Великой Битве, прошел слух, что, возможно, жив не только его дух…

Когда солнце страдания закатывается, Приходит покой, Господин тихих звезд В этот мир творения, В это место дымных спиралей мандалы. Глупец говорит себе, Что его мысли — всего лишь мысли…

Сараха, (98-99).

Это случилось ранним утром. Брама находился неподалеку от бассейна пурпурного лотоса в Саду Радостей, у подножия статуи голубой богини с виной.

Девушка, нашедшая его, сначала подумала, что он отдыхает, потому что глаза его были открыты. Но уже через минуту она поняла, что он не дышит, и искаженное лицо его не изменяет выражения.

Она затряслась, ожидая конца света. Бог умер — значит, естественно последует светопреставление. Но через некоторое время она решила, что внутренние связи между вещами могут поддержать мироздание на час-другой. И в таком случае, подумала она, благоразумнее будет довести дело о грозящей Юге до сведения того, кто лучше умеет обращаться с этим.

Она сказала об этом первой наложнице Брамы; та прибежала посмотреть лично и признала, что ее Господин действительно умер, и обратилась к статуе голубой богине, которая немедленно начала играть на вине. Затем первая наложница послала сообщение Вишну и Шиве, чтобы они срочно пришли в Павильон.

Они так и сделали, и привели с собой Бога Ганешу.

Они осмотрели останки, убедились в их состоянии и заперли обеих женщин в их квартирах до казни. Затем стали совещаться.

— Нам срочно нужен другой Создатель, — сказал Вишну. — Открылось вакантное место.

— Я предлагаю Ганешу, — сказал Шива.

— Отклоняю, — сказал Ганеша.

— Почему?

— Я не люблю быть на виду. Я бы предпочел оставаться где-нибудь за сценой.

— Тогда давай рассмотрим какие-то другие альтернативы, и побыстрей.

— Не разумнее ли сначала установить причину этого события?

— Нет, — сказал Ганеша. — Первым делом нужно избрать ему преемника. Даже вскрытие тела может подождать. Небо не должно оставаться без Брамы.

— Как скажешь — может, кого-нибудь Локапаласа?

— Пожалуй.

— Яму?

— Нет. Он слишком серьезный, слишком добросовестный — он техник, а не администратор. К тому же он, по-моему, эмоционально нестабилен.

— Кубера?

— Больно уж хитер и ловок. Я боюсь Куберы.

— Индра?

— Слишком своеволен.

— Может, Кришна?

— Чрезмерно фриволен. Никакой рассудительности.

— Кого же ты посоветуешь?

— Какова наша величайшая проблема в настоящее время?

— Не думаю, чтобы у нас сейчас были какие-нибудь большие проблемы, — сказал Вишну.

— Тогда разумнее было бы иметь какую-то прямо сейчас, — сказал Ганеша. — По-моему, наша величайшая проблема — Акселерационизм. Сэм вернулся и мутит воду.

— Да, — сказал Шива.

— Акселерационизм? Зачем пинать дохлую собаку?

— Ах, она как раз и не сдохла. Среди людей. И это также отвлечет внимание от преемственности внутри Тримурти и создаст хотя бы поверхностную солидарность в Городе. Если, конечно, ты не собираешься взять на себя кампанию против Ниррити и его зомби.

— Покорно благодарю.

— Не стоит.

— М-м-м… Значит, наша величайшая проблема в настоящее время — Акселерационизм?

— Именно. Акселерационизм — наша величайшая проблема.

— Кто ненавидит его больше всего?

— Ты?

— Вздор. Кроме меня.

— Скажи, Ганеша.

— Кали.

— Сомневаюсь.

— А я нет. Два зверя, Буддизм и Акселерационизм, тянут одну колесницу. Будда презирал Кали. А она женщина. Она поведет кампанию.

— Тогда ей придется отказаться от женственности.

— Не говори пустяков.

— Ладно — Кали.

— А как же Яма?

— А что Яма? Я беру его на себя.

— И я тоже.

— И я.

— Прекрасно. Поезжайте тогда через планету на громовой колеснице и на спине великой Птицы Гаруды. Найдите Яму и Кали. Верните их на Небо. Я останусь ждать вашего возвращения и разберусь, что случилось с Брамой.

— Да будет так.

— Согласен.

— До свидания.

* * *

— Уважаемый торговец Вама, подожди! У меня есть кое-что сказать тебе.

— Да, Кабада? Чего тебе?

— Трудно подобрать слова для того, что я имею сказать. Но они относятся к некоему состоянию дел, которое вызывает заметное чувство у твоих соседей…

— Да? Давай дальше.

— Насчет атмосферы…

— Какой атмосферы?

— Может, ветры, бризы…

— Ну и что ветры?

— И то, что они переносят.

— Например?

— Запах, уважаемый Вама.

— Какой запах?

— Запах… ну… фекальной массы.

— Фе… А! Да, правильно. Все правильно. Немного такого может быть. Я забыл, потому что привык к нему.

— Могу я спросить о причине?

— Запах происходит от продукта дефекации, Кабада.

— Это я знаю. Я имел в виду спросить о том, почему они присутствуют, а не об их источнике.

— Они присутствуют из-за ведер в задней комнате моего дома, полных этого самого…

— Да?

— Да. Я собираю продукцию моей семьи. Уже восемь дней.

— Для какой цели, почтенный Вама?

— Разве ты не слышал об одной вещи, поразительной вещи, в которую эти самые продукты спускаются — в воду, а затем дергают рычаг, и все это с мощным звуком уходит глубоко под землю?

— Я слышал о таком…

— О, это правда, это правда! Есть такая вещь. Ее недавно изобрел один человек, имени которого я не знаю, и у нее большие трубы, а сверху сидение без дна. Это самое удивительное открытие века, и у меня оно будет через несколько лун.

— У тебя? Такая вещь?

— Да. Она будет установлена в маленьком помещении, которое я пристроил к задней части дома. Возможно, я в ту ночь дам обед и позволю всем моим соседям воспользоваться этой вещью.

— Это поистине поразительно. И ты очень великодушен.

— И я так думаю.

— Но… Но запах?

60
{"b":"30876","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Небесный капитан
Одиночество в Сети
Мама на нуле. Путеводитель по родительскому выгоранию
Бывший
Три товарища
Чертоги разума. Убей в себе идиота!
Склероз, рассеянный по жизни
Борис Сичкин: Я – Буба Касторский
Проклятый ректор