ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Запах из-за ведер, которые я сохраняю до устройства этой вещи.

— Зачем?

— Я должен иметь в своей кармической записи, что этой вещью начали пользоваться восемь дней назад, а не несколько лун спустя. Это покажет мое быстрое продвижение в жизни.

— А! Теперь я вижу мудрость твоих поступков, Вама. Я не хочу стоять на дороге у человека, который ищет себе лучшего. Прости меня, если я создал у тебя такое впечатление.

— Прощаю.

— Твои соседи любят тебя, и запах, и все прочее. Когда ты перейдешь в высшее состояние, прошу тебя помнить об этом.

— Конечно.

— Такой прогресс, наверное, пойдет быстро.

— Наверняка.

— Почтенный Вама, мы будем наслаждаться воздухом со всеми его острыми предзнаменованиями.

— Это всего лишь второй мой жизненный цикл, дорогой Кабада, но я чувствую, что меня коснулось назначение.

— И я тоже. Только не забывай благословения Просветленного, которому мой двоюродный кузен Вазу дал убежище в своей пурпурной роще.

— Как я могу забыть? Махасаматман были богом тоже. Некоторые говорят Вишну.

— Врут. Он был Буддой.

— Добавляю тогда и его благословение.

— Отлично. Прощай, Кабада.

— Прощай, почтенный.

* * *

Яма и Кали вернулись в Небо. Они спустились в Небесный Город на спине Птицы Гаруды. Они вошли в Город вместе с Вишну и, нигде не останавливаясь, прошли прямо к Павильону Брамы.

В Саду Радостей они встретили Шиву и Ганешу.

— Послушайте, Смерть и Разрушение, — сказал Ганеша. — Брама умер, и об этом знаем только мы пятеро.

— Как могла произойти такая вещь? — спросил Яма.

— Похоже, его отравили.

— Вскрытие делали?

— Нет.

— Тогда я сделаю.

— Хорошо. Но есть другое дело, более серьезное.

— Назови его.

— Его преемник.

— Да. Небо не может без Брамы.

— Точно… Кали, как ты смотришь на то, чтобы стать Брамой, золотым седлом и серебряными шпорами?

— Не знаю…

— Тогда подумай, и быстро. Тебя сочли лучшей кандидатурой.

— А Бог Агни?

— Он не так высок в списке. И он, похоже, не настолько антиакселерационист, как мадам Кали.

— Понятно.

— И мне тоже.

— Значит, он хороший бог, но не великий?

— Да. Но кто мог убить Браму?

— Не имею представления. А ты?

— Тоже нет.

— Но ты найдешь его, Лорд Яма?

— Угу. С моим Аспектом.

— Может, вы хотите посовещаться вдвоем?

— Да.

— Тогда мы пока оставим вас. Через час вместе пообедаем в Павильоне.

— Да.

— Да.

— Пока.

— Пока.

— Пока.

* * *

— Леди!

— Да?

— Со сменой тел автоматически происходит развод, если не будет подписано продолжение контракта.

— Да.

— Брама должен быть мужчиной.

— Да.

— Откажись.

— Милорд…

— Ты колеблешься?

— Это так неожиданно, Яма…

— Однако, ты задержалась, чтобы обдумать это.

— Я должна была.

— Кали, ты причиняешь мне страдания.

— В мои намерения это не входило.

— Я требую, чтобы ты отказалась от предложенного.

— Я — богиня по собственному праву, а не только как твоя жена, Лорд Яма.

— Что это означает?

— Что я решаю сама.

— Если ты примешь, Кали, тогда между нами все кончится.

— Похоже на то.

— Что, черт побери, представляет собой акселерационизм? Подумаешь — гроза над муравейником! Почему они вдруг так ополчились на него?

— Видимо, им нужно на что-то ополчиться.

— Почему выбрали тебя руководить этим?

— Не знаю.

— Нет ли у тебя особых причин быть антиакселерационисткой, моя дорогая?

— Не знаю.

— Как бог, я еще юн. Но я слышал, что герой ранних дней мира — Калкин, с которым ты ездила, и есть тот самый Сэм. Если у тебя были основания ненавидеть своего прежнего Господина, и если Сэм и вправду он, тогда я понимаю, почему они вербуют тебя выступить против дела, которое он начал. Это правда?

— Возможно.

— Тогда, если ты любишь меня и ты в самом деле моя жена — пусть выбирают другого Браму.

— Яма…

— Они ждут твоего решения через час.

— Они его получат.

— Какое оно?

— Прости меня, Яма…

* * *

Яма уехал из Сада Радостей до обеда. Хотя это выглядело опасным нарушением этикета, все знали, что Яма — самый дисциплинированный из богов, и поняли этот факт и его причины. Так что он оставил Сад Радостей и поехал к месту, где Небо кончалось.

Он пробыл этот день и последующую ночь на Брошенном Мире, и его никто не тревожил никакими призывами. Он провел какое-то время в каждой из пяти комнат Павильона Тишины. О чем он думал — его дело, и мы тоже не будем касаться этого. Утром он вернулся в Небесный Город и узнал о смерти Шивы.

Трезубец Шивы прожег еще одну дыру в куполе, но его голова была раздроблена, как было установлено, тупым предметом.

Яма пошел к своему другу Кубере.

— Ганеша, Вишну и новый Брама уже предложили Агни занять место Разрушителя, — сказал Кубера. — Я думаю, он согласится.

— Это великолепно для Агни, — сказал Яма. — Кто убил Бога?

— Я много думал об этом, — сказал Кубера, — и считаю, что в случае с Брамой это был кто-то достаточно близкий, чтобы Брама принял от него отравленное питье, а в случае с Шивой — кто-то, хорошо знающий, как захватить его врасплох. Кроме одного свидетеля, никто не знает.

— Одно и то же лицо?

— Я бы поставил на это.

— Может, это часть заговора Акселерационистов?

— Трудно поверить. Те, кто симпатизирует Акселерационизму, не имеют настоящем организации. Акселерационизм слишком недавно на Небе, чтобы считать его чем-то стоящим. Интриги, возможно. Похоже, что делала это личность сама по себе, независимо от сторонников.

— Какие причины?

— Вендетта. Или какое-нибудь младшее божество желало стать старшим. Почему вообще кто-то кого-то убивает?

— Ты не думал о ком-нибудь в частности?

— Главнейшая проблема, Яма — устранить подозрения, а не искать их. Расследование передадут в твои руки?

— Не уверен, но думаю, что да. Но я найду того, кто это сделал, и убью его.

— Почему?

— Мне нужно что-то сделать, кого-то…

— Убить?

— Да.

— Мне жаль, мой друг.

— Мне тоже. Тем не менее, это моя привилегия и мое намерение.

61
{"b":"30876","o":1}