ЛитМир - Электронная Библиотека

– Еще одно, Корел, священник Бабригора, – проговорил он. – Если ты встретишься со своим повелителем, который может предоставить гораздо больше зла для размышлений, чем то, что ты увидел здесь, передай ему: когда отгремят все битвы, его статуя придет убить его.

Родимое пятно заплясало – Корел заморгал.

– Запомню, – сказал он. – Но когда-нибудь мой повелитель наденет светлую мантию.

Дилвиш засмеялся, и глаза его скакуна вспыхнули искорками во мраке.

– Там! Там знак его божественности!

Девять черных голубей кружились в небе.

Корел опустил голову, ничего не ответив.

– Я иду, чтобы встать во главе моих легионов.

Блэк вскинул стальные копыта и метнулся прочь.

Они проехали Дорогой Армий, оставляя Цитадель Рахоринга во мраке, а священника Бабригора в печали.

Рыцарь для Мериты

Проезжая по ущелью, он услышал женский крик. Крик эхом пронесся над его головой и затих. Лишь звенели копыта скакуна, нарушая тишину этих мест. Дилвиш остановился и огляделся в надвигающихся сумерках.

– Откуда кричали? – спросил всадник Блэка.

– Не знаю, – ответил стальной конь, на котором ехал Дилвиш. – В горах трудно определить, откуда кричат.

Дилвиш повернулся в седле, посмотрел назад на дорогу, по которой они ехали.

Далеко внизу, на равнине, лагерем расположилась армия проклятых. Дилвиш, который всегда спал мало, поехал вперед разведать путь в горах. Когда он проезжал тут на пути в Рахорингаст, была ночь, и он плохо разглядел дорогу.

Глаза Блэка слабо мерцали в темноте.

– Темнеет. Бесполезно искать, – проговорил конь. – Ты не сможешь разглядеть дорогу, когда мы отъедем за тот поворот. Может, лучше вернуться в лагерь, послушать рассказы предков о молодых днях Земли?

– Хорошо, – согласился Дилвиш, и только он проговорил это, как снова раздался крик. – Туда! – воскликнул Дилвиш, показав налево. – Кричали там! С дороги!

– Ладно, – согласился Блэк. – Но помни, мы еще где-то на границе Рахорингаста, так что ситуация более чем подозрительная. Я бы советовал не обращать внимания на этот крик.

– Женщина зовет на помощь ночью в дикой стране… а я не откликнусь?! Поехали, Блэк! Иначе я нарушу закон моего рода. Сворачивай!

Блэк издал звук, похожий на крик охотничьей птицы, и поскакал вперед. За ущельем он свернул с дороги и начал подниматься по крутому склону.

Высоко над ними замерцал огонек.

– Это замок, – сказал конь. – И женщина стоит на зубчатой стене. Она в белом.

Дилвиш посмотрел вперед. Облака разошлись, луна залила своим светом сооружение – большой, отчасти разрушенный замок, который казался частью склона. Темное строение, если исключить слабый свет, исходивший из открытых ворот, ведущих во двор.

Они подъехали к стенам замка, и Дилвиш позвал:

– Госпожа! Это вы кричали?

Женщина посмотрела вниз.

– Да! – ответила она. – Да, милый путник. Это я кричала.

– В чем дело?

– Я звала, потому что услышала, как ты едешь. Во дворе замка дракон. Я боюсь за свою жизнь.

– Вы сказали «дракон»?

– Да, милый господин. Он спустился с неба четыре дня назад и устроил себе логовище. Теперь я узница. Я не могу уйти.

– Тогда все просто, – заметил Дилвиш.

Он выхватил Невидимый меч.

– О дорогой!..

– Вперед, Блэк!

– Не нравится мне все это, – пробормотал конь, когда они влетели во двор.

Дилвиш огляделся.

Факел горел в дальнем конце двора. Повсюду танцевали тени. Кроме теней – никого.

– Я не вижу дракона, – заметил Блэк.

– И я не чувствую вони рептилии.

– Эй, дракон! – позвал Блэк. – Дракон! Выходи!

Они сделали круг по двору, всматриваясь в арки и темные галереи.

– Его нет, – сказал конь.

– Нет.

– Жаль. Ты, должно быть, лишился удовольствия доброй схватки.

Когда они миновали последнюю арку, откуда-то из замка позвала женщина:

– Он, кажется, исчез, милый путник.

Дилвиш убрал в ножны меч Селара и спешился. Блэк, словно стальная статуя, замер у него за спиной. Дилвиш шагнул вперед, в сводчатый коридор. Женщина оказалась перед ним, и Дилвиш поклонился.

– Ваш дракон, кажется, улетел, – заметил он. Потом внимательно посмотрел на женщину.

Волосы ее были черными; распущенные, они свободно спадали на плечи. Она была высокой, глаза цвета дыма лесного костра. Рубины танцевали в мочках ее ушей. Узкий подбородок был высоко поднят. Дилвиш пробежал взглядом по холмам ее грудей, выступающих из тесно облегающего платья.

– Не может быть! – удивилась она. – Мое имя Мерита!

– А меня зовут Дилвиш.

– Ты храбрый человек, Дилвиш, – пойти на дракона с голыми руками…

– Может, и так, – ответил он. – Когда дракон улетел…

– Боюсь, он вернется за мной, – проговорила женщина. – Я брошена одна в этих стенах.

– Одна? Почему?

– Мои родственники вернутся завтра. Они путешествуют. Прошу тебя, расседлай своего скакуна, пойдем, пообедаешь со мной, мне так одиноко и страшно. – Она растянула губы в улыбке.

Дилвиш согласился:

– Хорошо. – А потом вернулся во двор.

Положив руку на спину Блэка, он почувствовал, как конь вздрогнул.

– Блэк, тут что-то не так, – начал он. – Я хочу осмотреться. Пойду пообедаю с дамой.

– Будь осторожен, – прошептал конь. – Особенно с тем, что станешь пить и есть. Мне не нравится это место.

– Хорошо, Блэк, – проговорил Дилвиш и вернулся к Мерите в сводчатый коридор.

Достав откуда-то факел, женщина протянула его Дилвишу.

– Мои комнаты наверху, – объяснила она.

Дилвиш последовал за ней вверх, во мрак. По углам висела паутина, и пыль почти скрыла изображение на огромном гобелене, посвященном какой-то великой битве. Дилвишу показалось, что он слышит, как скребутся крысы среди обломков, и слабый запах гнили ударил ему в ноздри.

Они поднялись на второй этаж, и Мерита широко распахнула двери.

Комнату освещало множество тонких свечей. Она казалась чистой и теплой, наполнена ароматом сандалового дерева. Темные шкуры устилали пол, и яркий гобелен висел на дальней стене. Через узкие окна-бойницы в комнату то и дело врывались порывы ночного ветерка; там, в небе, мерцали звезды. Узкая дверь вела из комнаты на зубчатую террасу, откуда, по-видимому, женщина и звала Дилвиша.

Он вошел в комнату и увидел, что в углу в камине горят два полена. На накрытом столе стоял горшок с горячим мясом, рядом дымились овощи, хлеб выглядел мягким и свежим. В углу комнаты Дилвиш увидел массивную кровать под балдахином, толстые канаты золотистых нитей свисали до самого пола; оранжевый шелк покрывала и ряд подушек в голове.

– Садись и отдохни, – предложила Мерита.

– Не станешь есть со мной?

– Я уже пообедала.

Дилвиш попробовал маленький кусочек мяса. Оно было не испорчено. Дилвиш отпил вина. Достаточно крепкое.

– Очень хорошо, – проговорил он. – Но как получилось, что обед еще не остыл?

– Я приготовила его, предвидя твой визит. Может, положишь перевязь меча на стол? – улыбнулась женщина.

– Да, – согласился Дилвиш. – Извини.

Он отстегнул ножны и положил их рядом на стол.

– В ножнах нет меча. Почему?

– Мой меч сломался в битве.

– Должно быть, ты все же выиграл поединок, раз ты тут.

– Да. Я победил, – согласился Дилвиш.

– Я вижу, ты отважный воин…

Он улыбнулся:

– Дама кружит мне голову такими разговорами.

Мерита засмеялась:

– Можно я сыграю для тебя?

– Прекрасно.

Женщина принесла струнный инструмент, не похожий ни на один из ранее виденных Дилвишем, и запела, подыгрывая себе:

Ветер подул, моя любовь,
И принес мне капли дождя.
Я молилась, чтоб ты пришел,
И боль сердца прошла навсегда.
Теперь я выбираю ветер,
Который понесет тебя, любя,
По тем дорогам, что во плоти
Прошел ты в поисках меня.
Останься на ночь, моя любовь.
Устали твои ноги.
О рыцарь, который не носит меча,
Внемли моей любви.
Теперь я выбираю ветер,
Который понесет тебя, любя,
По всем дорогам, что во плоти
Прошел ты в поисках меня.
Я молилась, чтоб ты пришел,
Когда увянет свет дня.
Чтоб ты обнял меня на ветру ночном,
Когда падают капли дождя…
8
{"b":"30881","o":1}