ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Он видит параллельные тропе рельсы. Передний выступ оказывается платформой…

Снова свист. Ближе. Он чувствует дрожь поезда, сливающуюся с ритмами Земли. Такой поезд он не встречал все эти годы. Они безвозвратно прошли через это неповторимое место. Он шел дальше; звук заслонил весь мир и в любой момент поровняется с ним.

Резкий свист оглушил Билли. Он повернул голову. Да, поезд подходит. Древний, черный, пышущий дымом дракон-машина с пассажирскими вагонами. Слышится скрежет тормозов.

Он оборачивается к платформе, где сейчас стоит ожидающая, ссутулившаяся фигура. Чем-то знакомая…

Грохоча и скрежеща металлом, машина ползет рядом с ним, замедляя ход, останавливается у платформы. Билли чувствует запахи дыма, мазута и раскаленного металла.

Фигура на платформе идет к первому вагону, и он узнает в нем умершего старика-певца, учившего его петь. На краю человек останавливается и машет ему.

Его взгляд скользит по окнам пассажирского вагона. За каждым — лицо человека. Он узнает их всех. Все эти люди умерли: его мать, бабушка, дядюшки, кузины, две сестры…

Дора.

Только одна Дора смотрела на него. Остальные смотрели куда-то вдаль, разговаривали друг с другом, рассматривая ландшафт и нового пассажира…

Дора смотрела прямо на него. Руками она старалась поднять стекло. Яростно тянула его.

Снова свист. Машина вздрогнула. Он бросился к поезду, вагон, окно…

Поезд дернулся и загрохотал. Завертелись колеса. Дора все не могла справиться с запором. Вдруг окно скользнуло вниз. Губы ее шевелились. Она закричала, но слова ее заглушал поезд.

Билли выкрикнул ее имя. Она приникла к окну, протягивая правую руку.

Поезд набирал ход; но он был почти рядом, догнал. Их руки отделял только какой-то метр. Ее губы шевелились, но он не мог разобрать ни слова. Через какой-то миг все поплыло, и она стала удаляться от него.

Билли ускорил бег, и их руки стали сближаться: два фута, фут, восемь дюймов…

Руки сомкнулись, она улыбалась. На миг он развил такую же скорость, как и поезд. Потом понял, что надо уходить.

Высвободил руку и смотрел, как поезд и она в нем удаляются. Билли упал.

Сколько он пролежал, Билли не помнит. И когда пришел в себя, поезд исчез бесследно. Платформы не стало. Его вытянутая рука лежала в ледяном потоке. Сверху сыпал снег. Он встал.

Крупные хлопья снега осыпали его. Ветер прекратился. Вода безмолвствовала. Он поднял руку и молча посмотрел на нее, как на чужую.

Прошло порядочно времени, пока Билли не повернулся, нашел свою тропу и пошел по ней.

Устал. Приподнятое настроение сменилось депрессией, скоро все перемешалось. Догнать ее, потом отпустить. Идет сквозь снег поезд-призрак. Опять расстались. Встретятся ли снова?

Потом он понял, что прошел по песочному домику. Земля вокруг была настоящей многоцветной. Он шел по следу радуги, между Эт-хей-нах-ами-те-кто-идут-вместе. Они были двойниками, сотворенными во Втором Мире Бегочидди. Первый человек и другие поднялись из преисподней по этой дороге. Картина использована в Хозхони — Благословенном Пути. Его путь по радуге к кукурузному стеблю, где тот переходит в темную кукурузную пыльцу. Вверх, вверх по стеблю. Небо освещено яркими вспышками, когда он проходил по длинной стороне радуги-женщины и молнии-мужчины. Прошел между фигурами Большой Мухи на север к тропе, обсыпанной желтой пыльцой.

Снова появилась тропа, ведущая направо к устью большого каньона, тянущегося на север. Идет один, распевая. Падающий снег прекрасен. Прекрасен окружающий его мир.

— Восхищайся, пока можешь, следопыт.

— Кот? Ведь ты мертв! Между нами все кончено!

— Я? Сейчас?

— Я дотрагивался до твоих конечностей в месте, где ты упал. Они окоченели. Ты был мертв.

— Так считаешь ты.

— Никто не сможет выбраться из-под груды камней.

— Убедил. Пойду и лягу там снова.

Билли оглянулся, ничего не увидел: только снег падал в каньоне.

— …но я первым найду тебя.

— Это не так уж трудно.

— Рад слышать это от тебя.

— Мне нравится заканчивать то, что начал. Поспеши.

— Почему бы тебе не подождать меня?

— Я иду по следу.

— И это важнее меня?

— Тебя? Да ты сейчас ничто!

— Не очень лестно. Ну да ладно. Если нам суждено снова встретиться на твоей тропе, мы там встретимся.

Билли проверил ружье.

— Тебе надо остановить поезд, — сказал он.

— Не понял, но не в этом дело.

— И в этом тоже, — возразил Билли, обогнул скалу и увидел свою тропу.

Снежный вихрь танцевал на воде. Он услышал сильный удар по барабану.

…Голубой амулет своей рукой поднимает меня.

Боль в плече утихла и не очень беспокоила. Он всматривался в темные гнезда, проходя мимо: ведь зверь мог выскочить на него; он испытывал страх перед непонятными следами перед собой, но зачем существу где-то сидеть, подкарауливая его, когда можно напасть сзади?

Айронбэр выругался, всматриваясь. Выдыхаемый им воздух превращался в перистый пар. Нос замерз, глаза слезились.

Желтое Облако был прав. Особых проблем с этой тропой не было. Просто и ясно. Глубокий и чистый срез.

Что это шевелится слева?

Да. Ветер колышет кусты.

Он опять выругался. Его предки воевали? Так много наследственного…

— Джимми. Не упускай меня из вида!

— Нет, Чарли. Я не против компании.

— Где ты? Что случилось?

— Я в каньоне, иду за существом.

— Мы здесь в Аризоне, в отеле, поблизости от устья каньона.

— Зачем?

— Помочь, если сможем. Ты преследуешь зверя? Желтое Облако с тобой?

— Был, но сломал ногу. Он вызвал помощь.

— Ты встретил зверя?

— Да, получил растяжение мышцы плеча от встречи. Оставил пару отметин на нем.

— Терял сознание?

— Да.

— А я удивлялся, что не могу до тебя добраться. Ты нашел Зингера?

— Нет.

— Мы — тоже. Сумасшедший индеец.

— Мне кажется, он знает, что делает.

— А ты понимаешь, что творишь?

— Зверь — другой безумец, как я полагаю.

— Я и говорил.

— Похоже, что здесь надо идти по воде.

— Думаю, тебе надо уходить. Ты идешь по двум следам, не по одному.

— Снова пошел снег. Боже, надеюсь, он не засыплет следы. Растает под его ногами. И это уже неплохо.

— Шум, будто существо сразу прикончило тебя.

— Они меняют форму.

— Следы?

— Ну, да… и приближаются к стене. Что бы это значило?

— Это значит, сразу стреляй во все, что движется.

— Здесь что-то мокрое, стекловидное… Не пойму, кровь или что-то похожее?

— Далеко от тебя?

— Не знаю. Мое наблюдение прерывается… Ощущение, будто ухожу навсегда.

— Может, лучше остановиться и передохнуть.

— К черту, нет. Тем временем оно попытается отойти. Я чувствую, что близко, и оно ранено.

— Не хочу путаться у тебя в мыслях, если оно доберется до тебя.

— Не уходи еще. Я боюсь.

— Подожду.

Следующие пятнадцать минут он чувствовал молчаливое присутствие Фишера, когда бежал возле уступчатой стены. Они не разговаривали, пока Айронбэр не добрался до поворота.

— Оно медленно проходило здесь, кралось. Но там мало стекловидного вещества, — заметил он.

— Иди тише.

— И так ползу. Я включу неяркий свет и надену защитные очки. Спущусь ниже и осмотрюсь, особенно угол.

Опять долгое молчание.

— Ну, как?

— Ничего не видно.

Он посветил на землю:

— Следы снова меняются. Я собираюсь направиться за ним.

— Подожди. Почему бы тебе не прозондировать обстановку?

— Боюсь коснуться их мыслей.

— Я больше боюсь отстать от него. Почему все не так просто, как хотелось бы. Будь внимателен к его присутствию. Крадись медленно. Я помогу.

— Ты прав, но мне надо сделать все самому.

Он добрался до гнезда в каньоне, вначале действуя с опаской, потом смелее.

— Ничего. Нет там ничего, — сказал он. — Вижу след, но не чувствую зверя. Может, Зингер…

— Они должны сблизиться.

33
{"b":"30886","o":1}