A
A
1
2
3
...
11
12
13
...
43

– Сталкивался, – откликается он и я весь обращаюсь в слух. – Перебрали мы как-то с приятелями пива в «Гольфстриме», ну, нажрались, в общем, до зеленых чертей, и вот иду я, значит, до дому…

– Олежка, я серьезно спрашиваю.

С минуту он пристально и внимательно смотрит на меня. Затем ставит бутылку на стол и медленно опускается в соседнее кресло.

– Во что ты вляпался, Славка?

– Не знаю. – Честно отвечаю я. – Ей богу, не знаю, Олег.

– Помощь нужна?

– И этого не знаю. Не хочу я никого впутывать в собственные проблемы. Пока сам не разобрался.

– Слав… – Олег сосредоточенно трет переносицу, берет в руки бутылку, но тут же, словно передумав, ставит ее обратно. – Я понимаю, конечно, что это не мое собачье дело и далеко не во все следует соваться, но я действительно хочу тебе помочь. Понимаешь, то, что ты постоянно темнишь, постоянно что-то скрываешь, меня нисколько не задевает, в конце концов, у каждого человека могут быть собственные тайны. Но чтобы помочь, надо хотя бы понять…

Не могу. Не могу больше врать и изворачиваться. В конце концов, мой моральный долг перед Олежкой уже сейчас настолько велик, что никаким пивом его не залить. А теперь я уже так или иначе втравил его неизвестно во что – ведь половина программ, оставшихся в том чертовом дипломате, писал он. И если что, у него тоже будут неприятности. В конце концов, мне самому не помешал бы сейчас надежный союзник. А играть с ним вслепую… Нет, это не по мне. Не могу я так. Совсем не могу.

И я принимаю решение.

– …а понять мне тебя и не удается, как ни стараюсь. Может, я чего-то не так делаю, тогда ты…

– Я дайвер, Олег.

Олегатор замолкает на полуслове. В комнате повисает мертвая тишина.

– Настоящий?

– Игрушечный, блин…

Несколько утомительно-долгих секунд Олег смотрит на меня расширившимися глазами, затем взъерошивает ладонью волосы и достает из лежащей на столе пачки сигарету.

– Первый раз в жизни вижу живого дайвера. – Произносит наконец он.

– Где ж ты мертвых-то насмотрелся?

Еще мгновение Олегатор сидит, непонимающе уставившись в мою сторону, а затем взрывается оглушительным хохотом.

– Может, тебе приснилось? – Недоверчиво спрашивает Олег, стремительно щелкая клавиатурой компьютера.

– Ага. И дипломат приснился, и девчонка с пистолетом, и охранник. Триста баксов тоже приснились. И вообще, ты мне кажешься.

Я не вдавался в подробности выполненного мною заказа, рассказал все лишь в общих чертах, взяв с Олегатора клятвенное обещание держать язык за зубами. Во имя его же блага. Олег обещал, а я знал, что его словам можно верить.

– Ничего. – Говорит он, устало откидываясь на спинку кресла. – Я прошерстил сеть тремя специальными утилитами, даже до индекса двух адресных поисковых систем добрался. Нет такой улицы в Диптауне. Нет и никогда не было.

– Что и следовало доказать. – Эхом откликаюсь я.

– Чего делать будем?

– Пиво пить. – Я встаю на ноги и направляюсь к заставленному бутылками столику, полными и пустыми, половина на половину. – Не пропадать же добру?

– Все бы тебе шутки шутить. – Недовольно ворчит Олег но все же присоединяется ко мне. – Не, а серьезно. Что-то же надо предпринять? Может быть, в офф-лайне твою контору поискать, ну, в справочниках там покопаться…

«Офф-лайном» Олежка привычно называет мир, расположенный по эту сторону дип-программы. Намертво въевшаяся, словно ржавчина, привычная терминология, прочно сложившаяся еще до появления Глубины. Мы с Олегом успели застать это «до». Но пройдет одно-два поколения и общепринятый жаргон виртуальщиков наверняка изменится. Сможем ли мы тогда понимать наших собственных детей? Ох, сомневаюсь…

– Ты хоть знаешь, чем она занимается, в каком городе расположена? – Кажется, Олегатор решил взяться за меня всерьез.

– Нет. Как-то, понимаешь ли, не пришло в голову поинтересоваться.

– Тогда облом. – Он задумчиво теребит пальцами подбородок. – А может, это… Ну, заказчика твоего потрясти… Аккуратно так, ненавязчиво…

А вот это уже идея. Наша схема передачи заказа подразумевала соблюдение полной анонимности с обеих сторон, однако у меня оставался резервный канал связи. На всякий случай. Шанс дохленький – адрес наверняка липовый, арендованный «на раз», но попытаться все равно стоит.

– Олежка, ты молодец! – Искренне говорю я. – Я об этом вообще не подумал.

– А о чем-нибудь ты вообще думаешь? Временами?

– Ага! О бабах. Причем постоянно. Этого достаточно?

Мы с Олегатором дружно расхохотались.

– Кстати, о бабах. Набрел я тут недавно на один порносайт…

Разговор под все усиливающимся влиянием потребляемого нами напитка постепенно переместился в привычное для подобных бесед русло. Давно подмечено, что люди, так или иначе плотно связанные с программной индустрией, могут полноценно общаться только о двух невзаимосвязанных категориях: о компьютерах и о женщинах. О первом – подолгу и конкретно, о втором – изредка и отвлеченно. В полной мере эта философская сентенция относилась и к Олегатору. Ну не клеились у нас разговоры на другую тематику после третьей бутылки, ну никак не клеились. Вместе с тем пиво брало свое: проблемы понемногу отошли на второй план, и мир вокруг стал казаться более прекрасным и приветливым.

– Ты, это… Поосторожнее, что ли… – Произнес я, из последних сил стараясь припомнить, что еще я собирался сказать Олегу на прощанье. Что-то ведь собирался? Нет, не помню. В голове была вата, асфальт под моими ногами равномерно покачивало приятным легким прибоем, желудок грела изнутри мягкая теплая печка.

Мы стояли возле стеклянных дверей станции метро, за которыми уже маячила уборщица в ситцевом синем халате, возила обмотанной мокрой тряпкой шваброй по гранитному полу, недовольно поглядывала на нас из-под цветастого платка. Дождь кончился, пахло свежестью и мокрой листвой, из-за расступавшихся туч показались бледные на синевато-черном питерском небе звезды.

– Иди, а то закроют. – Олег тоже удерживал вертикальное положение тела явными усилиями воли. – И сам, того… Ну в общем, давай.

Я крепко пожал протянутую мне руку, посмотрел, как Олег, что-то насвистывая себе под нос, зашагал к дому – ему недалеко, всего две остановки, – и вошел в вестибюль. С трудом нащупал в кармане жетон – под руками все время путалась какая-то мелкая ерунда – со второй попытки попал им в щель турникета и под пристальным, недобрым взглядом постового милиционера ступил на эскалатор.

Переход на третью линию уже, разумеется, закрыли. Я вышел на станции «Гостиный Двор» и зашагал к площади Восстания пешком. Невский светился разноцветным маревом реклам, из распахнутых дверей ночных клубов и ресторанов доносилась приятная музыка, создавая неповторимую праздничную атмосферу, благодаря которой мое настроение становилось с каждой минутой все лучше и лучше. И вот это мы променяли на неумело нарисованную картинку? Неужели там, в царстве чужих миражей, нам лучше, чем здесь? Чужие миражи… Как-то странно это звучит.

На тротуарах Старо-Невского тут и там встречались небольшие группы девушек, жавшихся к стеклянным витринам троллейбусных остановок. Квартал свободной любви. Низкие цены, высокое качество обслуживания. Вон, светло-серый «Мерседес» прямо по курсу неторопливо скользит вдоль поребрика, наверное, выбирают девчонку посимпатичнее. Ну, флаг вам в руки. И барабан, как говорится, в соответствующее место.

Шикарная иномарка ехала действительно не спеша, вскоре я нагнал ее, несмотря на то, что направлялся к дому прогулочным шагом, не особенно торопясь. «Мерс» чуть увеличил скорость и поравнялся со мной, теперь мы двигались параллельными курсами. Неприятный маячок тревоги тонким зуммером запел где-то на уровне затылка. Совпадение? Или – пугают? От этих бритоголовых можно ожидать всего, чего угодно. Когда у молодых парней, и без того считающих себя полными хозяевами жизни, в крови начинает играть алкоголь, они утрачивают над собой всяческий контроль. А в свете последних событий…

12
{"b":"309","o":1}