ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

«Разве мы нет?»

«Он вскоре совершит посадку и придет. Кажется, его разум охвачен страхом, которой ему внушили люди из места, что ты ненавидишь.»

«Вероятно. Он живет среди них.»

Он только взглянул на панораму своего мира.

Активизировал экраны, что показывали ему большую часть Земли буквально за несколько минут. Он закрыл их, потому что изменившаяся карта наскучила. Жизнь рядом с вулканом, просто потому что местоположение однажды что-то значило, приучила его к худшему, что могли показать экраны. Это еще имело какое-то значение для него, но он мало что мог сделать, чтобы изменить пейзаж. Теперь он следил за следом от корабля и наблюдал за появлением Морвина.

Настроив следящее устройство на человека, Малакар привел несколько систем оружия в боевое состояние.

Это смешно, решил он. Должен существовать кто-то, кому можно доверять.

Тем не менее, он наблюдал за продвижением Морвина к воротам; и следовал за ним плавшаром, что в мгновение ока мог все залить испепеляющей смертью.

Космически экипированная фигура остановилась и посмотрела вверх. Ломанные линии пересекали шар. Малакар стукнул по клавише вызова на своей массивной Консоли Оружия. Мигнул белый огонек, и он крутанул диск, принесший слова и помехи:

– Я уже здесь, чтобы сказать «хелло», сэр. Если хотите, чтобы я убрался, я уйду.

Он включил радиосеть.

– Нет. Входи. Это только старые меры предосторожности.

Но он отслеживал каждый шаг Морвина, вводя модель движения в свой боевой компьютер. Просвечивал его рентгеном, взвешивал, определял частоту ударов сердца, кровяное давление и электроэнцефалографические показатели. Он заложил эти данные в другой компьютер, который проанализировал их и передал боевому.

Отрицательный ответ, как он и ожидал.

«Шинд? Что ты читаешь?»

«Я скажу, что он остановился, только чтобы сказать „хелло, сэр“.»

«О'кей.»

Он открыл передние ворота своего форта и художник вошел.

Морвин вошел в массивный парадный холл. Сел на выдвинувшийся диван.

Раздевшись, Малакар шагнул в дымную пелену, что окутала и сомкнулась за ним. Продвинувшись к шкафу, он быстро оделся, спрятав только обычное личное оружие.

Затем Малакар переместился на первый уровень и вошел в главный холл своего форта.

– Хелло, – проговорил он. – Как ты?

Морвин улыбнулся.

– Хелло. Во что вы стреляли, когда я спускался, сэр?

– Духи.

– О. Попал в кого?

– Ни в кого – Жаль, что все земные виноградники мертвы, но у меня еще есть хороший запас их выжимки. Как ты насчет этого?

– Это было бы здорово.

Малакар подошел к винному бару, наполнил два бокала, передал один Морвину, который за ним последовал.

– Тост за твое здоровье. Потом обед.

– Благодарю.

Они чокнулись.

Он стоял. Он напрягался. Лучше. Много лучше. Он проверял свои руки, ноги. Существовали еще точки боли, спазматически сжимающие мускулы. Эти он массировал. Он почистил свою одежду. Он двигал головой из стороны в сторону.

Потом пересек ангар и выглянул наружу через грязное окно.

Удлиняющиеся тени. Снова конец дня.

Он засмеялся.

На мгновение печальное голубое лицо, казалось, проплыло перед подернутыми сном глазами.

– Извини, – сказал он; и затем двинулся, чтобы присесть на ящик, где будет ждать ночи.

Он чувствовал энергию, поющую в ранах и в новом болезненном повреждение ткани, которое появилось на тыльной части правой руки.

Это было хорошо.

Дейлинг из Диглы медитировал, как заказал, пока ждал сигнала, связанного с приливом колокола. С глазами, наполовину закрытыми, он кивнул: на своем балконе по настоящему не видишь океан, к которому он теперь обратился лицом.

К событию, для которого его готовили в священстве, он по настоящему не подготовился. Он никогда не слышал о подобном, но это было древней и запутанной верой там, где у него находилось его пастырство.

Было непостижимо, что событие не привлекло внимания Имен. Обычно молния являлась широко распространенным в галактике феноменом.

Но Имена странным образом безразличны к событиям их собственных гробниц. Главным образом носители имен только связывались друг с другом по поводу бегства из мира, в котором почти все из них преподавали.

Будет ли с его стороны наглостью подвергнуть обследованию одного из Тридцати одного, Кто Жил?

Возможно.

Но если они в самом деле не подозревают, их нужно известить. Разве нет?

Он взвешивал. Уже достаточно долго, все еще взвешивал.

Затем со звоном колокола прилива он поднялся и пошел к сектору связи.

Это было несправедливо, решил он. Это то, что он хотел и оно находилось с ним до тех пор, пока он был в том заинтересован. Но сил во время действия оказалось недостаточно, и вкус к нему, который должен бы быть более сладким, пропал.

Он двигался по улицам Италбара. Света не было. Не было видно и движения под этими сияющими звездами.

Он сорвал знак карантина, поглядел на него, разорвал. Позволил кусочкам упасть на землю и зашагал дальше.

Он хотел прийти ночью, касаясь дверных ручек своими ранами, пробегая руками по перилам, врываясь в хранилища и сплевывая на пищу.

Где они теперь? Мертвы, эвакуированы, или умирают.

Город больше не имел сходства с тем, что он видел в первую ночь с вершины холма, когда его намерения были так отличны.

Он пожалел, что являлся проводником хаоса, больше по случаю, чем по умыслу.

Но там должны быть другие Италбары – миры и миры, наполненные Италбарами.

Когда он миновал угол, где мальчик пожал ему руку, то помедлил, чтобы ударить себя посохом.

Когда проходил место, где человек предлагал подвезти, то плюнул.

В течение стольких лет ведя жизнь отшельника, он ощущал, что может видеть природную основу человека много лучше, чем те, кто обитал в городах всю жизнь. Видя, мог судить.

Сжав свой посох, он вышел из города и направился к холмам, ветер теребил его волосы, его бороду, звезды Италбара плясали в глазах.

Улыбаясь, он шел.

Малакар напряг свой арсенал рук и ног и подавил зевок.

– Еще кофе, мистер Морвин?

– Спасибо, капитан.

– …Итак, в ОЛ думают о дальнейшей вражде, и они намереваются использовать меня как оправдание? Очень хорошо.

– Это не совсем так, тот путь, что вы мне нарисовали, сэр.

– Это равносильно тому же.

«Очень плохо, что я не могу доверять тебе», – решил Малакар, – «даже когда ты считаешь себя заслуживающим доверия. Ты был хорошим исполнителем и всегда мне нравился. Твои артистические способности слишком непостоянны. Ты идешь туда, где оплачивают твое искусство. С этими уловками твоих устремлений, как в реакторе синтеза, мы могли бы снова делать вместе кое-какую работу. Очень плохо. Почему ты не раскуришь ту трубку, что я тебе подарил?»

«Он думает об этом теперь», – сказал Шинд.

«О чем еще?»

«Все об информации, что я опасался, это главное в его сознании. Или это, я не могу распознать.»

– Мистер Морвин, с вашего разрешения, я должен спросить вас.

– О чем, сэр?

– Это касается тех шаров, что вы делаете…

– Да?

– Я попрошу сделать мне один.

– Буду только рад. Но у меня нет с собой оборудования. Если бы я знал, что это вас интересует, я мог бы захватить аппаратуру. Но…

– Я понимаю, в принципе, что вы делаете. Я уверен, что мое лабораторное оборудование будет соответствовать этой работе.

– Наркотики, телепатическая связь, шар…

– …И я доктор медицины с другом-телепатом, кто умеет получать и передавать мыслеобразы. Что касается шара, мы можем произвести один.

– Что ж, рад буду попытаться.

– Хорошо. Почему бы нам не начать этим вечером? Скажем, сейчас?

– Не имею возражений. Знал бы я о вашем интересе ранее, давно бы предложил такое.

15
{"b":"30928","o":1}