ЛитМир - Электронная Библиотека

— Ну нет. Мы все время находились в звуковой тени. А сейчас тем более. Лагуна для нас закрыта.

— Наверное, думают, что мы погибли.

— Не исключено. Последняя неделя полна трагических случаев.

— Все-таки еще раз попробую.

Неожиданно кабина наполнилась звуками: слышались обрывки разговоров, музыки, перебивали свисты, шорохи, щелчки.

— Послушай на нашем диапазоне, — попросил Антон.

Сразу же они услышали усталый голос, повторяющий:

— «Л-101», «Л-101», почему молчите? Отвечайте! «Л-101»…

Но передатчик не работал.

— Неприятная история, — сказал Антон. — Сколько неприятностей из-за нас! Там уже двинули всю флотилию батискафов на наши розыски.

— Мы сможем войти в канал при таком прибое? — спросила Вера.

— Ну конечно. Канал при входе очень широк. К тому же там большое движение, в крайнем случае нас подберут. Горят ли у нас ходовые огни?

— С моей стороны горит красный..

— Ну, а с моей — зеленый.

Батискаф подняло на гребень волны, и они увидели большой, залитый огнями корабль. Он шел встречным курсом в километре от них. Вера подумала, что можно выстрелить одной из петард, в воздухе она рассыплется чудесным фейерверком, корабль их заметит, и через каких-нибудь полчаса она будет лежать в прохладной кровати… Она тут же отогнала эту мысль: только из-за ее изнеженности останавливать такое огромное судно, тревожить команду, — нет, она неплохо может устроиться и в своем кресле.

— Ты можешь вздремнуть, — сказал Антон. — Нажми рычажок справа у сиденья.

Спинка мягко откатилась, и Вера очутилась в узкой, но довольно удобной кровати.

— Я только полежу, а то от качки у меня что-то с головой, — сказала она, сладко зевнула и в то же мгновение заснула.

Антон вел батискаф, стараясь не попадать под нависающие гребни волн: тогда кораблик исчезал под водой и внутрь через вентилятор, хотя у него и был антиводяной клапан, попадали холодные соленые брызги.

Уже показался маяк у входа в канал, когда в ста метрах от батискафа на гребне волны вспыхнуло розовое пламя и погасло. Не прошло и минуты, как впереди почти одновременно, теперь уже ближе, вылетели из воды два пришельца и, пролетев метров двадцать, врезались в воду, подняв каскады фосфоресцирующих брызг. Задний стереоскоп показал, что и там вспыхнуло вначале розовое, а затем алое пламя.

«Я же включил все бортовые средства связи, — подумал Антон. — Правильно ли я сделал, раздражая пришельцев? Может быть, следует оставить попытки связаться со штабом или с кем-либо еще находящимся поблизости? А что, если им нравится ультразвуковой душ, что льется из нашего „блюдца“?»

И в третий раз появился пришелец. Он выскочил из воды совсем близко и перелетел через батискаф, слегка задев его щупальцами. Машина глубоко ушла в воду.

— Что такое? — проснулась Вера.

По лицу Антона она сразу поняла, что случилось, поставила спинку кресла на место и приготовилась к стрельбе петардами.

Антон не стал выходить на поверхность — там батискаф был беспомощен, его могли атаковать со всех сторон, он же мог только стрелять в воздух безвредными петардами. На глубине легче следить за приближением опасности, и там пока на противника действовало аэрозольное облако.

Вера все еще находилась под впечатлением увиденного сна.

— Мне снилось, — сказала она, — что мы с тобой гуляем по платановой аллее, благоухают листья, скрипит под ногами песок и будто ты уже вернулся с Марса, и ты очень весел…

— Огонь! — подал команду Антон. Вера выстрелила и, глядя на темное облако, освещаемое прожектором, продолжала:

— Неожиданно перед нами появился Мокимото.

— Еще огонь!

— Скорее, дым, — сказала Вера, нажав красную кнопку.

Страха в ней не было. Она была счастлива, что находится вместе с Антоном, что опасность еще больше сближает их.

Антон развернул батискаф на 180°, и Вера послала снаряд в пришельца, зашедшего с тыла. Антон сразу решил, что им легче будет обороняться, если они подойдут к отвесной стене Большого Барьерного рифа, и повел машину задним ходом. Батискаф опускался все глубже и глубже, чтобы приливные волны не раздавили его, пока он не достиг глубины ста пятидесяти метров. Все это время Вера посылала петарды в наседающих пришельцев.

— У нас два снаряда осталось, — сказала она Антону, и опять у нее не появилось страха за жизнь: так уверенно было лицо ее возлюбленного, движения его неторопливы, решительны.

— Пока не стреляй. Так говоришь, что видела меня во сне?

— Да, Антон. Ты был очень красив и понравился Мокимото, а он, должна тебе сказать, разбирается в людях, у него так мало привязанностей.

— Стреляй!

— Теперь у нас всего один…

— Ничего, мы подошли к стенке.

Антон включил все фары. Они находились под навесом поросших мшанками глыб; здесь, близ границы вечной тьмы, уже не росли кораллы, только колыхались под напором течения красноватые водоросли, виднелись морские лилии и еще какие-то растениевидные колонии животных. На огромной скорости пронесся серебристый косяк небольших рыбок.

Антон остановил батискаф и сказал:

— Здесь мы подождем, пока пришельцам не наскучат бесполезные атаки.

— Вот и отлично. Ты выбрал уютное местечко. — Она посмотрела в иллюминатор и слегка вскрикнула от изумления: — Ты только взгляни, что за существо сидит на уступе и таращит на нас глаза на тоненьких стерженьках! Кажется, мы открыли новый вид ракообразного. Как он элегантен! Клешней протирает глаза: не приснилось ли ему наше «блюдце»?

— Да, прекрасный экземпляр, — ответил Антон, бросив мимолетный взгляд на рака, и снова стал смотреть туда, где должны были находиться пришельцы.

Свет пронизывал необыкновенно прозрачную воду и где-то далеко рассеивался, образуя светлое облако.

Они старались говорить о самых обыденных вещах, не выказывая тревоги.

Антон сказал:

— Я в этой суматохе потерял сандалию.

— Так она здесь, твоя сандалия, под ногами.

— Ты можешь снова вздремнуть, — сказал Антон.

— Ну нет, теперь твоя очередь.

— Я привык не спать по нескольку суток. Бдение входит в тренировки космолетчика.

— Ну нет, я соня, а вот сейчас спать совсем не хочется. Знаешь, почему?

— Нет, Вера, не знаю, почему не хочется спать после бессонной ночи.

— Взошло солнце! Уже половина седьмого! Кто же спит, когда взошло солнце?

— Никто, — улыбнулся Антон. — Никто не спит, когда Гелиос выезжает на своей лучезарной колеснице. У нас включен приемник?

— Да, включен.

— Прибавь громкость.

И они услышали голос Кости:

— Вера, Антон! Мы идем к вам на выручку! Где вы? Отвечайте.

Вера, сдерживая радость, ответила:

— Не тревожьтесь, ничего страшного. Мы отсиживаемся в гроте Барьерного рифа. Возле нас рыщут несколько пришельцев.

— Сколько?

— Было три. Сейчас, наверное, два.

— У вас есть оружие, вернее, мины или как они там… петарды?

— Есть.

— Сколько?

— Одна. Но ты не тревожься. Только идите к нам побыстрей.

— Идем, Вера! Антон! Как самочувствие, дружище?

— Отличное, Костя. Идите вдоль рифа на глубине ста пятидесяти метров. У нас горят все прожектора…

Антон умолк, увидев пришельцев. Вера не ошиблась, их пока было два; они медленно приближались, двигаясь на расстоянии десяти метров друг от друга.

— Почему замолчали? Антон, Вера!

— Пришельцы, — почему-то прошептала Вера. — Два! Сейчас я их…

Антон приказал:

— Не смей без моей команды!

— Есть без команды не сметь!

— Пусть подойдут ближе. Целься в правого!

— Почему в правого?

— Он, кажется, больше.

— В правого так в правого. Смотри, как они опять раскаляются. Им не нравятся наши ультракороткие волны.

Тосио сказал:

— Выключите! Они свирепеют от ультракоротких. Выключайте!

— Выключи! — приказал Антон.

Вера щелкнула тумблером, не сводя глаз с правого чудовища. Казалось, у него не было дурных намерений, просто его мучило любопытство и он хотел поближе рассмотреть тоже «пришельцев», вторгшихся в его мир. Он стал заметно бледнеть, но скорости не сбавил. Второй немного поотстал.

47
{"b":"30947","o":1}