ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Они тренируются, учатся драться.

Коля пожал плечами.

— Учатся драться? Да разве драке надо учиться? Что это, арифметика, что ли?

— Бокс, брат, почище арифметики, — покровительственно произнес скаут. — Если не умеешь боксировать, то тебя так разукрасят, что родные не узнают,

— скаут окинул Колю с головы до ног уничтожающим взглядом и пошел дальше.

— Меня? Много вы меня разукрашивали! Забыли, как мы вас разукрасили? — сказал ему Коля вслед, но скаут даже не оглянулся: Коля был для него таким невежественным человеком, на которого не стоило обращать внимания.

И вот однажды Коле пришлось-таки надеть боксерские перчатки. Случилось это в воскресенье. Коля пришел в клуб очень рано. В пустом складе звонко раздавались удары ракеток о целлулоидный мячик игроков в пинг-понг да шлепки какого-то заядлого боксера, который тренировался, ударяя по кожаному мячу. Коля покрутился на турнике и подошел к рингу, где долговязый скаут «дрался с тенью». Коля остановился, наблюдая, как скаут наносил удары в воздух, по-птичьи прыгал на одном месте, хрипел, изображая страшную ярость.

— Сильней, сильней его! — подзадорил Коля.

Боксер остановился. Смерив Колю презрительным взглядом, он сказал с явным вызовом:

— Эх ты, кляча!

— Сам кляча!

— Что?

Коля повторил громче:

— Кляча, говорю! Слышал теперь?

— На ринг! — зловеще произнес боксер.

— Думаешь, испугаюсь?

— Перчатки висят на столбе. Я жду!

Коля решительно направился к столбу. Подбежали с ракетками в руках игроки в пинг-понг. Они со смехом надели на Колю перчатки, перемигиваясь друг с другом.

Один из игроков в пинг-понг, юркий скаут с насмешливыми глазами, вызвался быть судьей. Начался бой. На первой же минуте боя Коля понял, что его противник очень слабый боец. Два раза Коля бросил его на веревки ринга, а когда разбил ему нос, то сказал, опуская руки:

— С тобой неинтересно! Дерешься, как курица! — И стал зубами снимать перчатку.

Долговязый молчал, тяжело дыша.

— Постой, не снимай перчатки, — остановил Колю судья. — У меня есть для тебя настоящий партнер. Эй, Гольденштедт, хочешь доставить удовольствие знаменитому боксеру?

Скаут, молотивший кожаный мяч, прекратил свое занятие.

— А что же Попка не займется по-настоящему своим партнером? — спросил он.

— Попка сегодня не в форме.

— Да, я сегодня не в форме! — подтвердил долговязый.

К рингу подошел лопоухий в боксерских перчатках.

— Что смотришь? — сказал он Коле с вызовом. — Не узнал?

— Узнал! Это тебе да еще одному очкастому Левка здорово тогда насовал!

Лопоухий покраснел.

— Ну, эту легенду тебе, наверное, бабушка рассказывала, — сказал он, пролезая под веревку ринга.

— Сам видел, — соврал Коля.

— Ну, сейчас другое увидишь! Клянусь, что я в пять минут превращу тебя в мочало!

— Это мы увидим, — и Коля приготовился к бою.

Гольденштедт оказался очень опасным противником. Он необыкновенно ловко уклонялся от Колиных ударов или подставлял под них перчатку, а сам бил Колю по лицу так сильно, что у того красный туман застилал глаза.

Все же лопоухому ни разу не удалось сбить Колю с ног. И после драки он сказал:

— Благодари бога, что я был сегодня не в форме, а то бы тебя вынесли с ринга.

— Что-то вы все сегодня не в форме, — ответил Коля, размазывая по лицу кровь. — Хоть дерешься ты здорово, но я тебя все равно когда-нибудь так разукрашу, что родные не узнают.

Вместо ответа лопоухий сплюнул через веревки ринга. С этого дня Коля перестал ходить в клуб скаутов. Теперь все свободное время он занимался тренировкой. Вернувшись с работы и наскоро пообедав, Коля спешил в дровяной сарай, и допоздна из сарая неслись глухие удары, а из дверей и единственного окошка летела золотистая пыль: это Коля молотил кулаками мешок с опилками, подвешенный к стропилам.

Коля постарался оборудовать свой «гимнастический зал» такими же снарядами, какие он видел в клубе скаутов. Кроме мешка с опилками, он укрепил на ветхой стене старый тюфяк и на нем закаливал свои кулаки «на силу удара». В углу возле окошка он подвесил на веревочке мячик. Трудное это оказалось дело — попадать кулаком по крохотному подвижному мячу!

Коля тренировался не только в дровяном сарае. Теперь он редко ходил шагом, а больше бегал рысцой. В карманах у него лежали две резиновые клизмы, которые за неимением мячей он все время мял и тискал, тренируя кисти рук.

Однажды, заглянув в сарай, Наташа увидела, как брат наливал на ладонь какую-то прозрачную жидкость и, чихая и отплевываясь, полоскал ею нос.

— Ты что это делаешь? — спросила она.

— Укрепляю нос… это морская вода… Мне один матрос с «Симферополя» посоветовал… Первое средство, чтобы кровь не шла. А то у меня чуть заденет кто по носу, и уже кровь бежит…

И еще более удивил Коля сестру, когда однажды снял с гвоздя обрывок веревки и, краснея, попросил ее:

— Натка, поучи меня прыгать через веревку! У меня что-то не получается!

Сестра уставилась на него удивленными глазами. Коля стал объяснять:

— Эти попрыгушки мне нужны для укрепления мускулатуры на ногах. Чтобы не сшибли на ринге.

Наташа засмеялась.

— Ну, чего ты зубы скалишь? Если хочешь знать, то все знаменитые боксеры прыгают через веревку.

— Кто это тебе сказал? — не поверила Наташа.

— Кто? Да тот самый матрос с «Симферополя», который велел мне для укрепления нос полоскать морской водой. Ух, и молодчага парень! Вот у кого удар! Как по дверям кубрика тарарахнет кулачищем, так аж весь корабль гудит! — Коля стал хвастаться перед сестрой своим знакомством с матросом-боксером и, желая окончательно поразить ее, в заключение заявил, что новый друг взялся «ввести его в настоящую форму» и ежедневно будет его тренировать и что тренировки начнутся с завтрашнего дня и поэтому он будет приходить с работы позже.

Наташа предупредила:

— Смотри, отец даст тебе тренировку. Он уже спрашивал, зачем ты матрац опилками насыпал.

Коля сплюнул сквозь зубы и ответил:

— Знаю, что делаю, не маленький. Пусть только тронет. — Однако после этой фразы он с опаской посмотрел по сторонам.

Наташа раскрыла брату все нехитрые секреты прыжков через веревочку, и Коля теперь часами прыгал за домом, на площадке среди зарослей чертополоха, где совсем недавно стояла пушка образца 1812 года.

Работа и тренировки вконец измотали Колю. К счастью, в порту забастовали грузчики, и у него оказалась пропасть свободного времени. При встрече с товарищем Коля теперь обычно говорил:

— Слушай, будь другом, давай подеремся! — и протягивал пару перчаток, сшитых из рукавов старого ватного пиджака.

Все лицо Коли покрылось ссадинами и синяками. Он старался не показываться на глаза отцу. Тайком пробирался он в дровяной сарай, куда Наташа приносила ему еду. Очень скоро с Колей никто уже не хотел драться. Руки его стали железными, тело приобрело необыкновенную подвижность.

Коля научился всю свою силу, всю волю вкладывать в удар кулака, с презрительной улыбкой переносить боль.

Узнав, что в «сарае» проводятся большие соревнования по боксу, Коля отправился в клуб скаутов. Там его встретили насмешками.

Первым к Воробьеву подошел Корецкий.

— Привет, чемпион! Ну, как здоровье? — начал он, подмигивая своим приятелям. — А мне говорили, что тебя увезли в больницу.

— Спасибо, здоровье хорошее.

— Вот и прекрасно! Значит, сегодня снова покажешь нам свое искусство?

— Затем и пришел.

— Ого! Хочешь со мной? Эй, Попов, — крикнул Корецкий, — запиши меня в пару с парнем из Голубиной пади!

— Нет, с тобой я сейчас не буду драться.

— Слабо! Попов, не записывай: парень празднует труса!

— С тобой я буду драться после.

— Когда же?

— Когда насую лопоухому!

— Кому? Это ты имеешь в виду Миху Гольденштедта?

— Ну да, вон того, что с американцем стоит. — Коля показал на высокого американского офицера, который стоял возле Гольденштедта и что-то ему говорил, поблескивая золотыми зубами.

22
{"b":"30949","o":1}