ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

«Беляки с американцами», — определил Левка.

— Айда, айда! Не бойтесь! — снова позвал ребят солдат и вышел из кустов, держа в одной руке винтовку, а в другой раскрытую банку с мясными консервами.

Левка и Сун держали в руках по грозди винограда, которым только что угощались, и это, очевидно, успокоило солдата. Да и вид у мальчиков был самый мирный. Перед походом Лука Лукич позаботился одеть ребят так, как одеваются обычно все деревенские мальчишки.

— Вы из деревни? — спросил солдат.

— Деревенские мы. Вон из этой деревни, — махнул Левка.

— Дай им по шее, пусть бегут! — донесся из кустов ленивый голос.

— Айда в село! И ни боже мой, никуда не выходите! Стрелять приказано. Ну, бегом!

Левка схватил Суна за руку и побежал к селу.

— Вот влипли, вот влипли! — повторял на бегу Левка, раздумывая, как выбраться из создавшегося положения.

Сун потянул было Левку вправо, к речке, но и там в лозняке блеснул на солнце штык винтовки.

— Не пройдешь! — сказал Левка. — Полный вперед. Найдем деда Коптяя с Колькой. Дед тут все знает… покажет, как пройти.

Как только Левка с Суном вбежали в село, они сразу юркнули в первый же двор и стали наблюдать, что творится на улице.

По широкой улице села расхаживали солдаты. У церкви стояли повозки, дымилась кухня. Где-то пронзительно визжал поросенок.

Мимо изгороди проехал солдат верхом на коне. Временами он останавливался и кричал таким голосом, будто объявлял необыкновенно радостное известие:

— Эй, слухай! Из деревни не выходить! Расстрел будет! Расстре-ел…

Оставив Суна в огороде, где тот улегся между картофельными грядками, Левка направился к дому. В доме, куда зашел он, находилась одна хозяйка и ее сын, мальчик лет одиннадцати. Хозяйка рассказала Левке, что видела, как вели деда Коптяя с Колей по селу, а ее сынишка добавил, что арестованные сидят в учительском амбаре против церкви.

— В учительском доме штаб у них, — пояснила хозяйка и спросила: — Тебя-то никто не видел, как ты ко мне заходил?

— Нет, я осторожно.

— Вот что, лезь в подпол. Спрячу я тебя, а то не дай бог кто-нибудь увидит да узнают, что не здешний ты…

Левка отрицательно покачал головой:

— Нет, прятаться мне нельзя. Мне надо из села выбираться поскорее.

— Убьют! Ведь приказ был. Все вот по домам сидим.

— Не могу, — Левка произнес эти два слова так решительно, что женщина поняла, что этот упрямый паренек ни за что не останется.

— Ваши-то не знают про этих?

— Нет.

— Ну, тогда в добрый час! Васятка, проводи его через кладбище.

— И там солдаты, — ответил Васятка. — Вот если пройти к Луговым, потом ползком по огороду да к конопле, а оттуда через болото в тайгу, а?

— Иди, иди, не мешкай! На тебе пирожка с рыбой на дорогу! — И хозяйка протянула Левке пирог.

— Спасибо. До свидания.

Васятка не очень удивился, когда между грядками показался Сун. Он только спросил:

— Этот тоже с тобой?

— Да, это Сун!

— Бедовые вы ребята! Право слово, — с восхищением сказал Васятка. — И тот тоже, в красных-то штанах! Идет себе как на вечерку. Только вот собаку жалко. Рыжая такая.

— Рыжик?

— Ну да. Ногу ему ушибли. На трех бег, а не отстает. Ну пошли!

— Постой! А что, сарай, где они сидят, крепкий?

— Вот какие бревна, в обхват!

— Подкоп нельзя сделать?

— Что ты! Пол там — накатник. И часовые кругом. Вот если бы бомба была… Такая, чтобы трахнуть бы в них и всех до одного в лежку положить. Ну пошли! Я знаю, вы куда… К нашим? Да? Мой папанька тоже там.

Словоохотливый Васятка, провожая ребят, то и дело оглядывался, что-то шептал, подмигивал или подавал знаки. Наконец он остановился у забора, закрытого кустами бузины, и прошептал:

— Надо поляну перебежать к Луговихиному двору.

Левка задумался.

— Нет, бежать не годится, — сказал он. — Надо просто идти, как будто мы гуляем.

— Пошли! Я скажу, что меня маманька к Луговихе за яйцами послала. У ней курей штук сто. Смотри, ребята, как из ее двора солдаты курей тащат, — и Васятка кивнул на солдат, которые со смехом выбегали из ворот, таща за ноги трепыхающихся кур.

Мальчики перелезли через прясла и пошли через полянку к дому. Они были уже у самых ворот Луговихи, когда во дворе послышалась ругань, хлопанье крыльев, кудахтанье кур и женский голос, умолявший кого-то:

— Христом-богом прошу. Оставь ты мне эту хохлатку… Бери за нее хоть десять кур…

В ответ послышался смех и сиплый голос:

— Может, она мне тоже нравится пуще всех твоих кур! Ну, пусти, убью!

Женщина заплакала. Звякнула щеколда, распахнулась калитка, и перед Левкой и Суном появился Брынза с винтовкой за плечами. В каждой руке он держал по нескольку связанных за ноги кур. Из-за спины Брынзы виднелась американская шляпа.

Левка и Сун, не мешкая, бросились назад. Брынза тоже узнал мальчиков; Он выпустил кур и закричал:

— Стой, убью!

Впереди бегущих показались два американских солдата. Левка оглянулся. Брынза, присев, снимал с плеча винтовку.

— За мной! — сказал Левка Суну, решившись на отчаянный шаг. Он повернул назад и бросился прямо на Брынзу.

Американский солдат с вырывающимися курами в руках стоял возле Брынзы и хохотал, потешаясь над его усилиями снять винтовку через голову. Тем временем Левка юркнул в открытую калитку. Сун бежал за ним, отстав на несколько шагов. Брынза, вскинув, наконец, винтовку, стал целиться в Левку. Сун, увидев опасность, грозившую другу, изо всей силы толкнул предателя в спину. Прогремел выстрел, и пуля, подняв облачко пыли, врезалась в землю.

Американский солдат хохотал, размахивая курами. Он даже посторонился, уступая Суну дорогу. Сун был уже в воротах, когда цепкие пальцы Брынзы сжали его плечо.

В это время Левка бежал по картофельному полю. До его слуха доносился раскатистый смех американца, ругань Брынзы и голос Суна:

— Скорей, Левка! Скорей!

Левка пробрался через заросли конопли, миновал лужок. Слезы застилали ему глаза. Сейчас, может быть, Суна били и топтали ногами. Может быть, Сун, умирая, шептал: «Эх, Левка, Левка, бросил меня…»

И Левка подумал: «А не вернуться ли назад?» Но тут перед Левкой возникло суровое лицо деда, его приказ. Он вспомнил о партизанах, что идут сейчас на соединение с отрядом отца, против которых сейчас расставляются пулеметы, пушки, устраиваются засады. И понял, что его первый долг — выполнить приказ лед а.

Левка бежал по болоту, поросшему кустами тальника. Где-то над головой тоненько пропела пуля. Вторая чокнула в лужице возле самых его ног. С пригорка торопливо застучал пулемет. Но Левка бежал и бежал, проваливаясь по колена в воду, падая и снова вскакивая, бежал, не обращая внимания на свистевшие вокруг пули.

«Скорей! Скорей!» — подгонял он себя, чувствуя, как жжет в груди.

Вот по лицу больно хлестнула ветка.

«Лес!» Левка оглянулся: село скрылось за густым кустарником. Он остановился, набрал полную грудь воздуха и снова побежал. Но уже чуть медленнее.

ПЛЕННИКИ

Деда Коптяя и Колю втолкнули в полутемный сарай. Еще не успела закрыться скрипучая дверь, как на дворе послышалась ругань солдата, лай и визг Рыжика. Видно, пес сражался с кем-то из охраны.

— Рыжик, сюда! — позвал Коля.

И пес, тяпнув напоследок кого-то за ногу, влетел в полузакрытую дверь.

Снова раздалась ругань. В сарай заглянул солдат. Его белесые глазки горели злобой, сивые усы, похожие на зубную щетку, двигались из стороны в сторону. Солдат занес было ногу через порог, но кто-то окликнул его, и он, погрозив кулаком Рыжику, захлопнул дверь и заложил ее на засов.

Положив руку Коле на голову, старик спросил:

— Ну как, страшно?

— Да нет… чего бояться? Подумаешь!.. Дерутся-то они больно… Вот придут наши… дадут им…

— Ну-ну! Раз такое дело, давай сядем на сенцо, отдохнем и покурим. — Дед сел на податливый ворох сена и плутовски прищурил глаза: — Солдаты-то табак не отобрали. Карманы обшарили, а табачок-то вот он, — и старик вытащил из-за голенища кисет.

42
{"b":"30949","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Влюбись в меня
Шесть столпов самооценки
Прыг-скок-кувырок, или Мысли о свадьбе
Мозг Брока. О науке, космосе и человеке
Исповедь узницы подземелья
Эликсир для вампира
Украина це Россия
Арктическое торнадо
Де Бюсси