ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Да, Джейн. Потухший вулкан.

— Я читала, что на острове Гавайи находится действующий вулкан Мауна Лоа. Как жаль, что у нас не будет времени съездить к нему. Сегодня отец Патрик устроит нам прогулку только на Даймонд-Хед. Неужели в его кратере разместились правительственные учреждения?

— Как будто, Джейн.

— Вот уж ни за что не стала бы там жить и работать! Ты еще не знаешь, какая я трусиха!..

Джейн ушла принимать ванну, а Томас Кейри вернулся в спальню, раздвинул шторы, прошел в кабинет, сел в кресло и задумался. На столе в тяжелой хрустальной вазе стояли орхидеи, их горьковатый аромат слегка кружил голову. Шутливое признание жены; «Ты еще не знаешь, какая я трусиха» — вселяло в него надежду: узнав о грозящей «Глории» опасности, она пожелает остаться на берегу. Но тут же подумал, что она испугается и за него.

«Я должен ее убедить, что долг чести повелевает мне остаться на судне, попытаться спасти людей. Что она мне скажет на это? Как я еще ее мало знаю! А себя? Хватит ли у тебя, Том Кейри, сил оставить жену, чтобы рисковать, жертвовать жизнью за чужих людей? Что, по существу, мне все остальные пассажиры, в конце концов? Совесть моя чиста, я сделал все, что мог». Тут перед ним, как в кинокадре, мелькнула веснушчатая физиономия мальчонки Фреда, стоящего за креслом слепого старика, и он почувствовал, как лицо заливает густой румянец стыда.

— Черт возьми! — воскликнул он, вскакивая и оглядывая декоративно-деловую обстановку кабинета. Эта комната для бездельников показалась ему вдруг крохотной, душной, захотелось выскочить из нее и бежать отсюда, схватив за руку Джейн.

За завтраком они почти не разговаривали, только улыбались друг другу. Наконец прислуживающая им за столом японка разлила кофе по чашкам и, церемонно поклонившись, покатила из столовой трехэтажную тележку с посудой.

Джейн сказала, немного смутившись:

— Ну, милый Томас, выкладывай все, что так долго и неумело скрывал от меня. У нас еще больше часа. Я должна знать о тебе все, все, даже то, чего ты сам стыдишься. А вот я должна навсегда оставаться для тебя загадкой. Ну что за женщина без тайны, милый? — Она умолкла в ожидании.

— Видишь ли, Джейн…

— Только без вводных и междометий, говори коротко, как пишешь свои репортажи.

Томас Кейри умоляюще посмотрел на жену:

— Может, не стоит? Лучше потом, когда вернусь, когда все выяснится?

— Подразумевается, что дальше ты плывешь один? Да?

— Это был бы лучший выход для нас обоих.

— Исключено, Том. Ты такой решительный… Что с тобой? Или ты боишься меня испугать, чем-то очень огорчить?

— Да, Джейн.

— Оставь опасения, Том. Я уже хлебнула в жизни горя.

— Хорошо, только возьми себя в руки…

Она слушала, не перебивая. Томас Кейри с болью и нежностью смотрел на ее вдруг побледневшее лицо.

— …Вот, Джейн, при каких обстоятельствах мы снова встретились с тобой, какой случай помог нам разобраться во лжи, опутавшей было нас, и привел в храм святого Августина на улице Ангела — и вот сюда. Теперь тебе понятно, почему я так долго оттягивал этот страшный разговор и почему хочу оставить тебя здесь?

— Все, все так похоже на страшный характер отца, — прошептала она. — Все, чего я боялась, о чем страшилась подумать. Боже, Том! Но то, что ты сказал, бесконечно хуже! Я не могу ничему поверить! Неужели отец мог пойти на такое?.. Что его заставляет? Ненависть к маме, к ее памяти? Ко мне? За что? — Она закрыла лицо руками. Томас Кейри с испугом ждал, что она вот-вот разрыдается. Джейн отняла руки от лица. Глаза ее были сухи, черты лица построжели, будто за эти минуты она стала старше на несколько лет. — Благодарю, Том, милый, — сказала она очень тихо. — Я не ошиблась в тебе. Ты поступал правильно, как настоящий мужчина. Но сколько еще предстоит тебе испытаний! Нам обоим, Том! Я не оставлю тебя! Не сбегу на берег. Как ты мог подумать, что я смогу бросить тебя одного в такое время? Будем бороться вместе! И мы не одиноки, Том. С нами будут капитан Смит, мистер Гордон, моя верная Лиз…

— Стоит ли ее посвящать? Вдруг у нее сдадут нервы?

— Нет, она храбрая девушка и умеет хранить тайны. Хотя ей пока можно не говорить. С нами еще отец Патрик и его друг, с виду очень решительный мужчина…

Позвонив, вбежала мисс Брук. Взглянув на молодоженов, она смутилась. «Уже поссорились», — подумала она. Джейн, поняв ее, успокоила:

— Все в порядке, Лиз. Том рассказал мне очень грустную историю и сам расстроился.

— Ну зачем же в такой день вспоминать о грустном? Давайте веселиться. У нас сегодня замечательная программа! Сейчас приедут мистер Гордон и отец Патрик. Да вот и они!

Вошел один мистер Гордон, а за ним трое молодых людей в ливреях, с картонными ящиками.

— Вчера я ничего не успел, вот только сегодня. — Профессор протянул Джейн рекламную брошюру японской фабрики фарфора. — Было только на тридцать две персоны. Чайный, — сказал он извиняющимся тоном.

— Какая прелесть! — воскликнула Джейн, перелистывая брошюру. — Тридцать два — кажется, счастливое число! Мы вам очень благодарны, мистер Гордон, за все, за все!

Смущенный, профессор только развел руками, поклонился и сел рядом с мисс Брук.

— Мне удалось взять напрокат почти новый «понтиак». Я привык к этой марке. Мне кажется, это лучшая машина на свете. Вы не находите, Лиз?

— Нет, профессор. У меня дома «тойота». А мечтаю завести «мерседес-бенц».

— Вы только посидите за рулем «понтиака»…

Вошел запыхавшийся отец Патрик. Смиренно поздоровался, благословил и поцеловал в голову Джейн. С тем же намерением направился к Томасу, запутался ногой в ворсе ковра и упал бы, но Томас подхватил его под мышки. Отец Патрик резко отбросил руки молодого человека:

— Благодарю. Как вы неудачно схватили меня! Интимная подробность, извините, Джейн. У меня с левой стороны недостает нескольких ребер. Последствие моей миссионерской деятельности. Взамен хирурги поставили платиновые пластинки. Ничего, уже прошло. Позвольте, мой мальчик, благословить вас.

Томас Кейри нахмурился:

— Не расточайте, отец, благодать направо и налево.

— У меня ее достаточно, — в тон ему ответил отец Патрик и подсел к Лиз.

— Томас! — укоризненно шепнула Джейн. — Как можно…

— Прости, невольно сорвалось, только кто ему дал право целовать тебя?

— Ах, Том! Ну можно ли так ревновать к святому отцу?

— Сомневаюсь в его святости, Джейн. — Он отвел ее к окну. — У него под сутаной пистолет.

— Не может этого быть!.. — испуганно прошептала она.

— Сам бы не поверил. Похоже, крупнокалиберный кольт.

— Зачем он ему?

— Пока не знаю.

— Боже!

— Не подавай виду. Улыбайся. Вот к нам идет мистер Гордон. У него аналитический ум, он поможет нам в догадках.

Профессор вопросительно посмотрел на Джейн и Томаса.

— Вы чем-то расстроены? — спросил он очень тихо.

Джейн ответила:

— Пожалуй, я сегодня останусь в отеле или попрошу Тома отвезти меня на «Глорию».

Отец Патрик, он же Клем, насторожился, вскочил, о опаской косясь на ковер, подошел к окну и стал убеждать:

— Если вам нездоровится, Джейн, то стоит лишь вдохнуть горный воздух — и все как рукой снимет. Поверьте мне, старому скитальцу. Завтра уже будет не до того — день отплытия. Несколько часов можно выкроить на осмотр города. Здесь обосновались почти все азиатские народы. Как живописны китайский и японский районы! Сегодня же необходимо уделить внимание окрестностям, подняться на Даймонд-Хед. Особенно незабываема дорога, петляющая по склонам вулкана. Затем вы углубляетесь в тропический лес, полный чудесных орхидей. Там их невероятное количество. Есть орхидеи-гиганты! Всех оттенков. Райский аромат! Нет, Джейн, и вы все, мои друзья, умоляю не откладывать поездку!

Джейн улыбнулась:

— Вы так красноречивы, святой отец, что нет сил противиться. Чувствую, что мой отказ огорчит вас.

— Да, милая Джейн, я все приготовил для поездки. Между прочим, даже, надеясь на вашу благосклонность, пригласил одного молодого человека, он развлечет нашу Лиз. Очень славный юноша, едет во втором классе, пять лет собирал деньги на поездку. Кажется, химик или биолог. И, что невероятнее всего в наше время, еще не женат. — Отец Патрик засмеялся добродушным смехом и с отеческой улыбкой посмотрел на мисс Брук. — Мальчик прекрасно сложен.

39
{"b":"30951","o":1}