ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Бумагия. Полное пошаговое руководство по современным бумажным техникам
Иллюзии
Сила подсознания, или Как изменить жизнь за 4 недели
Краткие ответы на большие вопросы
Посторонний в доме
Краткая история феминизма в евро-американском контексте
Эксперт дорожно-транспортных происшествий Тамаки Риничиро. Том 1
Тринадцатая сказка
Большая книга японских узоров. 260 необычных схем для вязания спицами

Щурясь от яркого солнца, Энни изумленно взглянула на Рика:

– И ты знаешь, какую игру он затеял?

– Я всегда это знал. – Рик криво усмехнулся. – Декер постоянно пытается доказать, что он лучше меня во всех отношениях. И как муж, и как отец, и как фермер.

Покачав головой, Энни заметила:

– В один прекрасный день вы должны попытаться помириться, иначе дело может плохо кончиться.

Рик выразительно хмыкнул и, схватив очередной лист шифера, принялся приколачивать его к крыше.

– Так на кого ты злишься? – не отставала Энни.

Рик раздраженно пожал плечами, давая понять, что не желает говорить на эту тему. Хотя Энни и понимала, что сейчас не лучшее время для разговоров, она не могла больше молчать о произошедшем в Холлоу.

– Я хочу тебе кое-что сказать. Рик выжидающе уставился на нее.

– Рядом с Льюисом обнаружили еще чьи-то останки. Рик замер.

– Ты этого не ожидала?

– Да. – И Энни снова принялась ожесточенно стучать по крыше. – Я не ожидала никаких осложнений.

– Осложнений ты не любишь.

Это был не вопрос, а утверждение. Энни прервала на секунду свое занятие и взглянула на Рика, но то, что она увидела в его глазах, заставило ее быстро отвернуться. Наступило долгое молчание. Наконец Рик прервал его, спросив:

– И чьи это оказались останки?

– Не знаю. Руп и Криста еще не до конца очистили их, так что пока даже невозможно определить, мужчина это или женщина.

– Но кое-какие домыслы у тебя есть.

Рик читал ее мысли, как в книге. Для такого грубого, прямолинейного мужчины он оказался необыкновенно проницательным.

– Есть, однако сенсационными их нельзя назвать, – призналась Энни. – У меня такое чувство, что это останки индейца. В ту ночь Льюис и Бун сопровождали группу пленных индейцев, сражавшихся под предводительством Соука... Но меня еще кое-что беспокоит. – Энни положила молоток на крышу. – Я, конечно, не эксперт в военной области, но не кажется ли тебе странным, что в ту ночь несли вахту два офицера, первый и второй лейтенант, а не простые солдаты? Мало ли что могло произойти среди ночи, да еще в незнакомом месте. Солдаты могли лишиться своих командиров.

– А ведь ты права.

– Что, если вся эта история про охрану такая же ложь, как и история про дезертирство? – продолжала Энни. – Ведь Бун один раз оболгал Льюиса, и это мы теперь уже точно знаем. Льюис не дезертировал, а лежит в земле.

– А рядом с ним покоится еще кто-то.

– И может, не один. Кто знает, что они обнаружат? – Обернувшись, Энни посмотрела на Холлоу. – О Господи, Рик, что же произошло той ночью?

В тот же миг с десяток сценариев пришли Энни на ум, и не все в пользу Льюиса. Может быть, все было очень просто? Бун убил Льюиса, когда тот пытался дезертировать, потом испугался и закопал его, чтобы спрятать концы в воду, а когда Тейлор на него насел, придумал правдоподобную историю.

– Может быть, что-то еще случилось в Холлоу, – проговорила Энни, глядя на Рика. – Рик, а где, по словам старика Оле, находились костры? Ты помнишь?

Рик ткнул пальцем в сторону дома и двора:

– Вон там, по кругу. В те времена это место было сплошь покрыто травой.

– Тогда почему они вели пленных в Холлоу? Ведь там лес.

– К чему ты клонишь?

– Сама не знаю. – Энни вздохнула. – Но Льюис был идеалистом. Может быть, он встрял не в свое дело и погиб.

– Кого-то защищая?

– Да, – прошептала Энни.

– Бьюсь об заклад, это останки не индейца, а индианки.

– Не нравится мне все это, – призналась Энни и, схватив молоток и лист шифера, принялась исступленно стучать по крыше, и стучала до тех пор, пока Рик ее не остановил.

– Эй, полегче! Не принимай все так близко к сердцу. Я знаю лучший способ снять напряжение.

Его насмешливый тон совершенно не вязался с суровым выражением лица. Воображение услужливо подсказало Энни, как они с Риком занимаются любовью на крыше, и она изумленно захлопала глазами:

– Ты это серьезно? Здесь, на крыше?!

– Нет, черт побери, – рассмеялся Рик. – Я не люблю давать публичные представления.

– И в самом деле, почему бы не снять напряжение? – спросила Энни, кладя молоток. – Кроме того, если этой милашке мисс Олсен снова вздумается заглянуть в твой дом, она сразу поймет, что ты мой.

Глаза Рика озорно блеснули.

– А она ничего, эта мисс Олсен.

– Слишком молода для тебя.

– Ревнуешь?

– Немного, – призналась Энни и в ту же секунду гордо вскинула голову. – Но не зазнавайся, Магнуссон.

Войдя в дом, Энни прямиком направилась к раковине, налила в стакан воды и в несколько глотков жадно осушила его.

– Ненавижу ждать! Я и не представляла, что все так затянется. Хорошо бы Руп и Криста закончили до завтра.

– Тебе так не терпится отсюда уехать?

– Я приехала сюда для того, чтобы отыскать Льюиса. – Энни настороженно обернулась к Рику. – И я это закончу. Я увезу его домой. Если бы он был твоим предком, неужели ты бы его оставил, забыл...

– Я понимаю, что ты должна отвезти его домой, – перебил ее Рик. – Я даже рад за парня. Но что ты собираешься делать после этого?

Взглянув Рику прямо в глаза, Энни проговорила:

– Рик Магнуссон, в данный момент единственное, что меня интересует, это чтобы ты показал мне, как снять напряжение.

Глаза Рика потемнели от злости – не понравилось, что Энни уходит от темы разговора, – однако спустя секунду он справился с собой и, улыбнувшись, спросил:

– Может быть, будут какие-то пожелания?

– А чья сейчас очередь придумывать? – улыбнулась Энни, довольная тем, что ей удалось его отвлечь.

Они уже десятки раз занимались любовью, однако разговоры о том, что вот-вот должно произойти, предвкушение этих сладостных мгновений неизменно вызывали у Энни прилив страстного желания.

– Моя.

– Почему всегда твоя?

– Потому что это мой дом. – Рот Рика превратился в звериный оскал. – Ив данный момент мой кухонный стол кажется мне очень привлекательным.

– На столе?! Средь бела дня, да еще когда окна распахнуты настежь?!

– Ты же сама вечно отдергиваешь занавески. – С этими словами Рик направился к ней, однако Энни успела отскочить и забежала за старый дубовый стол. – И потом, Бак залает, если кто-нибудь надумает подойти.

– Если бы твоя мама узнала, что ты задумал, она бы тебе задала жару, – проговорила Энни, поспешно отскакивая, когда Рик попытался ее схватить.

– Может быть. – Голубые глаза Рика озорно блеснули. – Но помнится мне, отец, бывало, тоже гонялся за ней по кухне.

– Понятно, – рассмеялась Энни. – Мы играем в салки.

– Верно, и я хочу тебя осалить.

– Попробуй!

И, охваченная внезапным желанием пошалить, она расстегнула кофточку, и восхищенному взору Рика предстал его любимый лифчик, украшенный кружевами и крошечными жемчужинками. Прерывисто вздохнув, он бросился к Энни. Взвизгнув, она успела отскочить в сторону.

– Ха! – издевательски выкрикнула Энни. – Ну что, Магнуссон, не хватает прыти меня поймать?

– Погоди, сейчас ты узнаешь, у кого чего не хватает! – пригрозил Рик.

Он уже успел стащить с себя рубашку и теперь рванул на джинсах молнию вниз. Энни осторожно опустила глаза и судорожно сглотнула: узкий треугольный вырез ширинки заполнила возбужденная плоть.

– Ты нечестно играешь, постыдись, – тем не менее сумела выдавить она из себя.

– Сама виновата, – усмехнулся Рик и направился к Энни, медленно огибая стол.

Энни тотчас же устремилась от него прочь. Так, смеясь, дразня друг друга, они обежали вокруг стола несколько кругов. Наконец Энни немного замедлила бег и, игриво ведя пальцем по полированной дубовой крышке стола, тихонько, с придыханием, пропела:

Фермер из лесистой долины...

Хай-хо, дайари-о,

Фермер из лесистой долины...

– О Господи, Энни! – смеясь перебил ее Рик.

Энни медленно облизнула губы, с удовольствием глядя, как в глазах его все жарче разгорается огонь желания.

52
{"b":"30952","o":1}