ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

То и дело щёлкала фотовспышка, на доли секунды освещая арку, лужу, склонившихся над лужей людей в форме. Потом во двор въехала ещё одна милицейская машина, и Лобстер вдруг понял, что скоро к нему придут. Менты наверняка уже допросили продавщицу ночного магазина, она описала его, Лобстера, внешность!.. Ведь на «попутчика» напали именно тогда, когда он покупал шпроты, паштет, сыр. Сейчас он нисколько в этом не сомневался.

Лобстер набрал номер Никотиныча. Он снял трубку почти сразу.

— Слушай, мне помощь твоя нужна!

— Твою мать, то в три позвонит, то в шесть! Что у тебя опять стряслось? Белка пропала? — В голосе Никотиныча не было злости. Он уже вернулся с утренней пробежки по парку, был бодр и полон сил.

— Хуже! Нужна срочная эвакуация! — Он не стал рассказывать всего. Никотиныч и так понял по его тону, что дело серьёзное.

Лобстер снял с антресолей в прихожей дорожные сумки, коробки, отёр их от пыли мокрой тряпкой и стал торопливо складывать вещи.

Прежде чем отключить компьютеры от сети и упаковать их в коробки, он просмотрел электронную почту. Послание было только одно.

(20.51)

Кому: гадине Лобстеру.

От: прекрасной Миранды.

Тема: «Ш».

«Лобстер, ты подонок, дрянь, дерьмо собачье! И это ты называешь любовью? Я чуть не разбилась из-за тебя! Полпачки глицина сожрала! До сих пор трясёт! Ты подумал о том, что кто-то может пострадать, когда делал это? Дудки! Ты думал только о себе, любимом, дорогом, единственном! Я обещала тебе писать, но после всего происшедшего — не буду! И спать буду с кем хочу — умойся, гад! Ненавижу!»

Лобстер стёр послание Миранды, выключил компьютер и с тоской посмотрел в окно, на освещённую нежно-розовым цветом утреннего солнца стену дома напротив. Этот мир был ужасен…

SHIFT

В офисе было тихо. Охранник в униформе песочного цвета периодически бросал взгляд на чёрно-белые мониторы. Камеры наружного наблюдения показывали статичные картинки: огороженную стоянку с задней стороны здания с припаркованными автомобилями фирмы, входную металлическую дверь и фронтон особняка, боковые стены и даже часть соседнего жилого дома, который примыкал к офису, — в общем, всё как на ладони — блоха не проскочит.

Охранник зевал и лениво перелистывал газету. Впереди была ещё целая ночь, но его уже клонило в сон. Он решил не испытывать судьбу и полез в стол за банкой кофе.

Тут ему показалось, что из-за двери кабинета директрисы доносятся звуки, будто тихо работает какой-то механизм. Он поднялся, подошёл к двери, припал ухом к гладкой деревянной поверхности, прислушался. Так и есть — принтер! С чего это он вдруг взял да и заработал?

Охранник полез в карман за ключом, отпер дверь, включил свет. Большой лазерный принтер выдавал один лист за другим. Охранник подошёл к принтеру, вытащил из приёмного устройства стопку бумаги. Все листы были чистыми — ни значка, ни циферки, ни буквы.

— Что это ещё за дела? — изумился он.

Принтер словно услышал его вопрос и замер, предварительно выдав очередной чистый лист. «Полтергейст какой-то! Надо будет начальству доложить», — подумал охранник, запирая комнату. Отключить принтер от сети он не решился.

Лобстер осматривал комнату словно кот, запущенный в новую квартиру. Оглядел застеленные газетами полки платяного шкафа, заглянул в тумбочку под телевизором, проверил, раскладывается ли диван. Хозяйка Марина Леонидовна — несколько вычурно одетая блондинка средних лет — с постным лицом наблюдала за его неторопливыми действиями.

— Телевизор старый. Только пять программ ловит. Сами должны понимать.

— Я понимаю, — кивнул Лобстер. — «Ящик» мне не нужен. Розеток побольше надо, чтоб не перегружать.

— Розеток? — удивилась хозяйка. — Вы здесь собираетесь пиратские кассеты выпускать?

— Ничего я здесь не собираюсь! — Дурацкое предположение хозяйки его рассердило. — Просто у меня много техники. Компьютер.

— За электричество, пожалуйста, вовремя платите, чтобы пени не набегали.

Лобстер отрицательно мотнул головой:

— Нет уж, мне по конторам вашим ходить некогда. Я буду каждый месяц деньги давать, а платите вы сами. Сколько набежит, столько набежит. Мне всё равно.

— Ну хоть квиток за коммунальные услуги вы можете из почтового ящика вынимать?

— Квиток — могу, — кивнул Лобстер. — А телефон где?

— Вот, — хозяйка показала носком сапога на стену рядом с плинтусом, к которому была приделана телефонная розетка.

— А сам аппарат? — поинтересовался Лобстер.

— Телефон мне нужен. А разве у вас нет своего? — притворно удивилась Марина Леонидовна. — Прежние жильцы свои ставили. Впрочем, тут напротив универмаг, там совсем недорогие аппараты.

— Спасибо, что подсказали, — усмехнулся Лобстер. Он не первый раз снимал квартиру и всё никак не мог привыкнуть к тому, что не следует верить ушам своим. По телефону хозяева так распишут свою халупу, что возникнет ощущение, будто въезжаешь в шикарные апартаменты с видом на Бискайский залив, а потом оказывается, что холодильник не морозит, изображение на экране телевизора гаснет через пять минут после того, как включишь, горячий кран на кухне не работает, вода в бачок не набирается, окна выходят на помойку, а лампочка в сортире перегорает каждые три дня, потому что там что-то с проводкой и нужно вызывать электрика…

— Да, «восьмёрка» заблокирована, — вспомнила хозяйка.

— То есть по межгороду я не могу позвонить? — уточнил Лобстер.

— Не можете, — кивнула Марина Леонидовна. — Жили тут до вас армяне, назвонили на полторы тысячи и смылись. Чуть номера из-за них не лишилась!

— Я — не армяне. Мне звонить нужно, поэтому разблокируйте межгород побыстрее! — Последнюю фразу Лобстер произнёс тоном, не терпящим возражений.

— Олег, а если… — тем не менее начала Марина Леонидовна.

— Вот телефон моей матери, если не доверяете. — Лобстер протянул хозяйке визитную карточку. — У неё собственная фирма. Она оплатит любые счета, но вообще — это крайний случай. До сих пор я всегда сам платил исправно.

На самом деле Лобстер не собирался получать и оплачивать счета за междугородние переговоры, он всюду будет звонить бесплатно, как всегда это делал, — хоть на Фиджи, хоть в Нью-Йорк. Существуют десятки способов фрикинга. Но выход на межгород через «8» был ему нужен — на всякий случай. Бывают ситуации, когда некогда набирать длинные ряды цифр, чтобы «фрикнуть» телефонную систему.

— Понимаю-понимаю, — вздохнула Марина Леонидовна. — У каждого свой интерес. А как насчёт?..

— Да. — Лобстер полез в карман куртки, протянул хозяйке сто пятьдесят долларов.

— Спасибо, — поблагодарила Марина Леонидовна и быстро спрятала деньги в сумочку, — я имела в виду регистрацию, чтобы потом не было неприятностей с участковым.

— Да, я забыл, что мы до сих пор ещё в сталинских лагерях сидим! — усмехнулся Лобстер. Он полез в рюкзак, протянул Марине Леонидовне потрёпанный паспорт.

— Так вы москвич? — удивилась хозяйка, пролистав паспорт. С логикой у неё было неважно — он только что отдал ей карточку, на которой значился московский телефон матери.

— Ну да. В третьем поколении.

— И что вам с родителями не живётся? — тяжело вздохнула Марина Леонидовна. Было ясно, что этот вопрос мучает её давно. Тоже, наверное, дети из дому сбежали.

— Независимости хотим. Я уже лет семь по квартирам.

— Да, Олег, попрошу не устраивать здесь общежития, иначе мы с вами рассоримся.

— Не рассоримся, — твёрдо сказал Лобстер. — Я — один. Квартира нужна мне как кабинет.

— Очень хорошо, — кивнула Марина Леонидовна и направилась к входной двери. — Вторые ключи я забираю. И поддерживайте порядок.

Лобстеру мгновенно надоедали квартирные хозяйки с их суетой, хлопотами, недоверием и ворчанием. Они заранее видели в жильце негодяя: он не только откажется платить по счетам, но ещё и превратит квартиру в грязный притон, в котором обязательно поселятся местные наркоманы, воры и проститутки. Всякие хозяйственные дела Лобстер ненавидел — ему было абсолютно некогда мыть посуду, смахивать пыль с мебели, драить паркетные полы, стирать бельё, поэтому любая квартира, где он селился, потихоньку зарастала грязью. Если, конечно, в его жилище не появлялась девушка. Он вздохнул — Миранда!.. А ещё не дай бог, если что-нибудь сломается из хозяйского добра!

16
{"b":"30973","o":1}