ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Ах вот оно что! — На самом деле ни саму женщину, ни её брата Никотиныч вспомнить не мог — кивнул из вежливости. — Это сколько ж тебе лет тогда было?

— Шесть, наверное, — Светлана рассмеялась. — А за то, что нажаловалась на вас, вы меня в лодку посадили и по реке пустили. Ох и ревела я!.. Баба Варя сказала, вы телефоном интересуетесь.

— Неужели есть?

— Шутите! — махнула на него рукой Светлана. — И в администрации есть, и у зоотехника, и у фельдшера — уж два года, как мини-АТС поставили. В район можно позвонить, в область. У нас тут сплошная цивилизация.

— А дальше области нельзя? — осторожно поинтересовался Никотиныч.

— Куда хочете можно, — уверенно кивнула Светлана. — Прошлым летом голландцев привозили, так они к себе домой по трубочкам маленьким звонили. Сотовый телефон называется.

Никотиныч весело рассмеялся.

— Так то голландцы, Свет. У них зарплаты большие. — Он посерьёзнел. — Нам обычную телефонную связь надо. Устойчивую. На несколько часов.

— А зачем вам? — спросила Светлана.

— Для работы, — уклончиво ответил Никотиныч. — Ну так что, сможем?

— Конечно, но только лучше ночью, когда линия свободна.

— Нам как раз ночью и надо. Светлана задумалась на мгновение.

— А как же с ключом быть? Я ведь его вам дать не могу — у меня там ценности на почте.

— А ты не давай. Можем вместе вечерком посидеть. Винца попьём, разговоры поразговариваем, — тут же нашёлся Никотиныч. — Или у тебя муж ревнивый?

— Нету у меня мужа, — вздохнула Светлана.

— Да неужто такую красавицу никто до сих пор не взял?

От этих слов щёки женщины загорелись, будто фонари.

— Погиб у меня муж, — просто сказала Светлана. — От Калязина ехали — мост видели?

— Видели, — кивнул Никотиныч, вспомнив великолепный вид с моста: укутанное туманом водохранилище, а посреди белая колокольня, освещённая робкими лучами нарождающейся зари.

— Ну так вот, до моста не доезжая, он в воду и сверзился. Видать, в глазах у него двоилось.

— Сильно пил? — участливо поинтересовался Никотиныч.

— И пил, и бил, — вздохнула Светлана. — Плохо, ребёночка не завели.

— Какие твои годы! Мужа ещё заведёшь, детей, — подбодрил женщину Никотиныч.

— Такие — никакие. В семнадцать сыскать мужика не могут, а мне куда? Только и осталось, что за бабой Варей ухаживать! — Она кивнула на дом. — А то не сын ваш спит?

— Да нет, не сын. Дочь у меня, — улыбнулся Никотиныч. — А это — друг, коллега. Работаем вместе.

Светлана направилась к калитке, снова кокетливо склонила голову:

— Ну, так вы, Сергей Дмитриевич, заходите вечерком с другом, как обещали. Почта у нас до шести. Не знаю только, где вино для продолжения знакомства возьмёте? В магазинах у нас его теперь не продают.

— Как это не продают? — удивился Никотиныч.

— А вот так. После того как мой мужик сверзился — запретили, чтобы мост в глазах не двоился, — неожиданно весело сказала Светлана.

— Нет, а если серьёзно?

— Если серьёзно — из наших трёх магазинов только один работает, потому как у людей денег нет, чтоб ваши городские фильдекосы покупать. Да и в этом водка такая, что вы её пить не будете — за версту ацетоном прёт. А в пять часов автолавка проездом в Костино будет, там всякое быть может: и винцо, и конфетки… Я от жизни своей горькой очень сладкое люблю! — неожиданно пропела Светлана, рассмеялась и неторопливо пошла по тропинке с холма.

«Ишь ты, весёлая вдова. Светка… Светка? Хоть убей, не помню! — подумал Никотиныч, глядя ей вслед. — Видно, здорово её мужик достал. Только смеяться и осталось».

Лобстер проснулся от ощущения сильной боли в спине и понял, что лежит крайне неудобно — средняя подушка софы провалилась вниз, заставив спать его в полувисячем положении. Лобстер поднялся, снял с софы бельё, скинул на пол подушки. Фанера оказалась проломлена в двух местах. «Интересно, чем они занимались с сестрой на этой софе?» — усмехнулся Лобстер.

Он заглянул за перегородку, убедился, что Никотиныча нет, стал шарить на полках около печи. В одной из банок обнаружил заплесневевшую чёрную гречку, вдобавок траченную мышами. Больше ничего съестного в доме не было.

Скрипнула калитка, и Лобстер подскочил к окну. Он увидел Никотиныча с вёдрами в руках. Никотиныч поднялся на крыльцо, открыл ногой дверь.

Лобстер сделал вид, что изучает выцветший календарь за 1988 год на стене.

— Проснулся? — Одно ведро с водой Никотиныч водрузил на табурет рядом с печью, другое поставил на пол, прикрыл крышкой. — Я тут как пчёлка, а он дрыхнет.

— Жрать нечего, — констатировал Лобстер. — И дискеты я дома забыл.

— А череп папаши не забыл прихватить? — насмешливо поинтересовался Никотиныч.

— Ты отца не трогай! — Лицо Лобстера мгновенно приобрело злое выражение, а голос стал жёстким.

— Извини, — смутился Никотиныч: он не ожидал подобной реакции. Обычно анекдоты и шутки о родственниках проходили безболезненно — Лобстер и сам любил отпустить что-нибудь циничное про предков. — Насчёт жрать — скоро автолавка придёт, а вот дискеты… — Никотиныч пожал плечами.

— Шутишь? Хоть один-то компьютер у них в посёлке должен быть, — уверенно произнёс Лобстер.

— Не знаю, должен. Кстати, связь, по словам телефонистки, приличная. Она тут к нам заходила… Очень милая, между прочим, барышня. Подруга детства.

Лобстер подозрительно посмотрел на Никотиныча.

— Когда успел?

— Подругу детства завести? — уточнил Никотиныч. — В шестнадцать. Собирайся давай, а то не будет тебе ни дискет, ни жратвы.

Лобстер напялил на ноги кроссовки, и они вышли из избы.

Никотиныч притворил дверь в сени, направился к калитке.

— А закрыть? — кивнул на дверь Лобстер.

— Кто к тебе полезет? — махнул рукой Никотиныч.

Они стали спускаться вниз по склону.

— Ну что, устроим разбор полётов? — неожиданно предложил Никотиныч.

— Давай, — кивнул Лобстер. Он вспомнил звук треснувшего стекла, опять увидел сплавившуюся дырку в витрине, почувствовал железные руки дяди Паши, толкающие его на асфальт, под машину, — поёжился, словно от холодного ветра.

— Покушение, если, конечно, хотели убрать именно тебя, касается хакерства — других вариантов быть не может. Давай честно, кого обижал?

Всю ночь Лобстер думал об этом и пришёл к выводу, что обидеть он мог всех и никого конкретно. Чаще всего задание на взлом он получал от посредника — Гоши или ещё одного парня из их тусовки — и с непосредственным заказчиком не виделся. Ему передавали дискеты, компакт-диски с программой, которую нужно взломать, плюс аванс — процентов тридцать от причитающегося гонорара, Лобстер работал, сдавал «продукцию», получал расчёт. Иногда дискет не было, давался конкретный электронный адрес или описание информации, которая нужна, наводка, где искать, он влезал в «локалку» и скачивал файлы. У него была собственная программа, которая стирала следы несанкционированного доступа, так что чаще всего владелец даже не догадывался о том, что в его терминал кто-то лазил. Ну хорошо, даже если догадался, а своим взломом Лобстер навредил «солидным» людям, которые дали задание его вычислить, сначала нужно найти заказчика, разобраться, зачем ему понадобилась та или иная информация, а уж потом…

«Продажный» хакер, он всего лишь среднее звено в цепочке, крохотное, как горчичное зерно, чаще всего его даже не интересует содержание файла, который он украл. Вот ещё — голову себе морочить! Настоящему хакеру куда важнее процесс, чем то, что находится за «волшебной дверцей». Он слишком азартен, как карточный игрок, не знающий, сколько тузов в рукаве у шулера. Он идёт в атаку, как настоящий солдат, который видит только лицо врага и готов победить или умереть в бою. Лобстер всегда побеждал. Почти всегда… Софт, сколько бы он там ни стоил, недостаточная причина, чтобы сажать на крышу киллера с винтовкой. Пока что ни на кого из хакеров не покушались. Потребовать возместить ущерб, «поставить на счётчик», подать в суд, посадить, в конце концов, но чтоб без разговоров, без разборок? Просто Чикаго какой-то! А может, причина именно в том, что частенько Лобстер не вникал в содержание украденного? Скачал, передал — и айда на теплоход с девочками гулять! А там секреты мировой важности? Нет-нет, ни в какие фээсбэшные или военные терминалы он не лазил. Понимал, что найдёт себе на задницу приключений. В натовские — было, но так то — особый случай…

27
{"b":"30973","o":1}