ЛитМир - Электронная Библиотека

— Видите ли, Станислав Павлович, без аванса мы не работаем. Пока аванса нет, продавец, так сказать, на вольных хлебах. Хочет, какому-нибудь родственнику продаст, хочет — помрет. Шучу, конечно, но такие случаи бывали. А если вы денежки внесли — мы сразу с ними договор, и можете не волноваться — квартира ваша. Мы снимаем ее с продажи.

— Понимаю, все кушать хотят, — усмехнулся Станислав Павлович. — Сколько?

— Вы давайте паспорт, сейчас составим договор на оказание риелторских услуг, а потом внесете аванс. Катя, когда должны подъехать продавцы?

— Через полчаса, Вадим Георгиевич.

— Пока я бумажки пишу, сделай-ка нам кофейку. — Вадим подумал, что девушку надо отвлечь какой-нибудь работой, иначе она от волнения скоро в обмороки падать начнет.

Катя вышла, и Вадим Георгиевич принялся изучать паспорт клиента. Посмотрел прописку. Из Тамбова мужик-то. «Тамбовский волк тебе товарищ», — сразу же всплыла в голове заезженная фраза. Вадим решил не рисковать.

— Минуточку подождите, пожалуйста. — С паспортом в руках вышел в соседнюю комнату, прикрыл за собой дверь. — Быстро набери мне Симонюка! — приказал он Кате. — Потом ксерокопию снимешь. Катя бросилась от ксерокса к телефону. Симонюк был майором милиции и работал каким-то начальником в эмвэдэшной справочной. Через него Вадим проверял не только объекты, но, случалось, и клиентов, особенно продавцов, а то потом ищи ветра в поле!

— У телефона! — раздался в трубке зычный бас Симонюка.

Вадим взял трубку:

— Привет, это Вадик.

— А, господин риелтор собственной персоной! — загремела трубка. — Опять нужно какого-нибудь бандита пробить? Нет чтоб без дела, без заботы, просто так позвонить, о здоровье справиться.

— Как со здоровьем-то?

В ответ трубка захохотала.

— А какое после Дня милиции здоровье? Рассол пью. Заезжай, вместе попьем.

— Ой, некогда пока, — вздохнул Вадим.

— Ну ладно, говори, чего там надо.

Вадим продиктовал паспортные данные Станислава Павловича. Через полминуты трубка прогремела:

— Не значится.

Вадим вернулся в свой кабинет.

— Проверяли? — усмехнулся клиент.

— Извините, некоторые формальности. Мы — фирма солидная. Проколов не допускаем.

— Я закурю? — спросил клиент.

Вадим кивнул и углубился в договор. А изучив, красивым почерком вписал паспортные данные клиента, сумму договора — тысяча четыреста пятьдесят семь рублей за оказание риелторских услуг при покупке трехкомнатной квартиры во Втором Троицком переулке — именно эти деньги пройдут через банк, через налоговую.

— Читайте. — Он протянул клиенту договор. Станислав Павлович читал внимательно, наморщив лоб.

«Нет, не „новый“… — пришел к окончательному выводу Вадим. — Те не читают, так подписывают, да еще грозятся: мол, если что не так…»

— Документы на квартиру проверены мною лично. Все в порядке, можете не сомневаться. Вот здесь и здесь подпишите.

Он пронаблюдал, как старательно Станислав Павлович выводит свою фамилию. Расписался сам, поставил печать фирмы.

Вошла Катя с дымящимися чашками.

— Пожалуйста, — поставила чашки, уселась на краешек стула.

— Аванс составит три тысячи, — выпалил Вадим, дока Станислав Павлович отхлебывал кофе.

Три тысячи по нынешним, послекризисным временам — сумма неплохая. Это раньше на плохенькой «копейке» хрущевских времен — «хруще», как говорили его агенты, — можно было взять две-три штуки, не поморщившись, а сейчас… Он вспомнил, как Соня на прошлой неделе радовалась четырехсотдолларовому гонорару — за счастье, как говорится, почла…

— Хорошо. — Станислав Павлович даже бровью не повел. Отставил чашку, достал из внутреннего кармана пиджака бумажник, принялся отсчитывать стодолларовые купюры.

Вадим Георгиевич перехватил взгляд Кати, и ему захотелось больно пнуть ее под столом — девушка завороженно смотрела на деньги. «И правда что салага! — раздраженно подумал он, вспомнив недавний разговор с женой. — Учить и учить еще! Нет, все, теперь буду только агентов с опытом брать». И распорядился:

— Катюша, посмотри, пожалуйста, продавцы не подъехали?

Девушка выпорхнула за дверь. Вадим Георгиевич достал детектор, проверил деньги. Купюры были новенькие, явно только что из банка.

— Все в порядке. Я вам расписочку напишу.

— А дальнейшая процедура… — Станислав Павлович ревниво проследил за тем, как его деньги перекочевывают в сейф.

— У вас остальная сумма с собой? — безразлично поинтересовался Вадим Георгиевич. Станислав Павлович кивнул.

— Подъедут продавцы, съездим в банк, проверим там деньги и заложим их в ячейку, чтобы исключить риск. Потом, как положено: нотариус, БТИ, Регистрационная палата. Обычно вся процедура к обеду заканчивается, можете начинать обмывать покупку. Вы, кстати, завтракали?

Станислав Павлович отрицательно помотал головой.

— Передайте Кате, пускай бутербродов сделает. Я тоже не откажусь.

Когда Станислав Павлович вышел, довольный Вадим Георгиевич крутанулся в кресле, сделал неприличный жест, мол, так вас всех, гадов, и даже пару раз хлопнул себя по ляжкам. Он, оставаясь один, всегда бурно проявлял радость, особенно когда сделка была крупной.

Появилась Катя с бутербродами.

— Ну что, Вадим Георгиевич? — нетерпеливо спросила она.

— Что, что! — Вадим взглянул на часы. — Ты с этими гавриками, с продавцами, железно договорилась?

— Да, конечно — к полдесятому в офис.

— Ну и где же они?

Катя пожала плечами.

— Иди давай, вызванивай клиентов, иначе во! — Вадим показал Кате кулак. — У них там чистая продажа?

— Нет, альтернатива. Однокомнатная на «Бабушкинской».

— А, ну так это копейки. Когда будешь оформлять?

— Послезавтра.

— Дадим нашим гаврикам неделю на выезд. А то засидятся, а клиент, видишь, солидного из себя корчит, нервничает.

— А чего с ним делать-то?

— Пускай журналы смотрит, бутерброды жрет. Побольше внимания к клиенту. Давай-давай, работай, учись. А то с меня Михаил Леонтьевич спросит: как там моя протеже, что я ему скажу?

Катя покраснела и вышла. Вадим слегка унял веселость и занялся текущими делами.

Скоро Новый год, а перед ним обычно все начинают суетиться: покупать, продавать, менять, арендовать. Мол, Новый год на новом месте! Но это так, для отмаза, а на самом деле все хотят деньги во что-то вложить: черт его знает, как там дальше сложится. Найдется какой-нибудь правительственный мудак, запретит хождение наличной валюты — и прощай «зелень мохнорылая», уплывешь ты на черный рынок, в бандитские карманы. Вот перед Новым годом всякие такие, типа сегодняшнего Станислава Павловича, и летят на огонек…

До кризиса у него одних агентов сорок человек было — шестеро штатных, остальные на вольных хлебах. Не так, конечно, как в крупных риелторских конторах, где штат до двухсот человек доходит, но все-таки! Были, правда, среди этих сорока и «двоечники»… Вот, например, Марина Михайловна — сорокалетняя баба. Вроде бы и красивая, и одевалась хорошо, и объектов много цепляла, а не заладилось у нее дело, хоть убейся! Дальше показов не шло! Повозит покупателей, те покивают, почмокают, а там их и след простыл. Такие приличные квартиры из-под носа уходили! Он ее на аренду перевел, так она и там умудрилась все дело завалить! А какой ему толк с пустого агента? Налог на заработную плату платить да в Пенсионный фонд? Он ее к себе через три месяца и вызвал, предложил где-нибудь в библиотеке себе на пенсию зарабатывать. Плакала, просила оставить на еще один испытательный срок. Только у него за те годы, что недвижимостью занимался, вся мягкость в песок ушла, одна жесткость осталась. Кругом ведь волки зубастые, агентств как грязи, рынок поделен.

Только чуть расслабился, глядишь, а у тебя уже полбока отъели вместе с печенью. И Марину выгнал, и всех остальных, за кем удача по пятам не ходила. А тут тесть эту Катьку подсунул — мол, родители слезно просили за девочку. Ладно, пусть пробует. Тестю как откажешь?

16
{"b":"30976","o":1}