ЛитМир - Электронная Библиотека

Бредов вспомнил о Марине — риелторше с точеной фигурой — и вздохнул. Поход в ресторан никаких результатов не дал. Девушка оказалась гордой, независимой, спать с ним категорически отказалась, да еще и посмеялась напоследок: ишь, каков клиент, хочет ее любовницей сделать, чтобы посреднический процент не платить! У него даже в мыслях такого не было! Поведение Марины разозлило Алексея не на шутку, и он решил во что бы то ни стало добиться ее благосклонности…

— Алексей Вячеславович, мне бы еще недельку! Уверен я, проявится. Не здесь, так там. Не может он больше года без дела сидеть! — произнес Алексей, не веря в собственные слова. Кант мог «на пенсию» уйти, и что тогда?

— Где это — там? — спросил Зеленцов.

— Там — это за границей, — уточнил Алексей. — Если здесь он может веками нелегалом жить, то там придется ему и натурализоваться, и капиталы отмывать. Главное — этот процесс отследить. Вы уж, пожалуйста, обратитесь за помощью к коллегам.

— Ладно, обращусь, — кивнул генерал. — А теперь давай о том, что в твою филькину грамоту не вошло.

Не вошло многое. Ну вот, например, поведение агента по недвижимости. С незнакомым клиентом — продавцом или покупателем — он ведет себя иначе, чем со знакомым; с приятелем, обратившимся за помощью, иначе, чем со знакомым; с другом — иначе, чем с приятелем, любовницей (любовником) иначе, чем с другом. В общем, все как у Гоголя, и нет предела разнообразию человеческих отношений. Будь Алексей просто клиентом симпатичной Мариночки, никогда бы ему не узнать, что между реальной ценой объекта и той, что значится в распечатке, есть «две большие разницы», как говорят в Одессе, да и живет агент вовсе не с «конторы», а со своих дел, которые он «крутит» на стороне.

— Ну что же, Алексей Вячеславович, если это вам так интересно… — начал Бредов.

* * *

…— Диночка! — ласково позвал Вадим, войдя в комнату.

Шторы были задернуты, стоял полумрак, резко пахло какими-то лекарствами. Дина лежала в кровати, натянув одеяло до подбородка. Под одеялом проступали очертания ее огромного живота. Вадим, решив, что Дина спит, осторожно, на цыпочках, подошел к кровати. Но она не спала — смотрела в потолок. Он присел на краешек, положил ей на грудь большой букет роз.

— Что с тобой? —спросил Вадим шепотом.

— Нет-нет, ничего, — грустно отозвалась Дина. — Тебя жду, лежу, думаю.

— Я уже здесь, — улыбнулся Вадим и ткнулся губами в ее щеку. — Я тебе фруктов привез и рыбки солененькой. Будешь?

Дина отрицательно мотнула головой, из глаз выкатились слезы.

— Что с тобой?

— Врач говорит, на сохранение ложиться надо. Живот тянет. Шесть недель осталось. Скоро уже.

— Кто ж тебе не дает? Ложись, милая, я тебя навещать буду.

— Угу, я лягу, а ты носа в больницу не покажешь, со своей Сашкой будешь жить.

— Дина, ты опять! — Вадим поднялся, заходил по комнате. — Сколько раз я просил!..

— Я тут лежала, думала: вот родится мальчик, подрастет, а папка к нам редко ходить будет. Забежит на часик, опять убежит. Мальчик меня спросит: «А почему папка с нами не живет?» А я ему скажу: «Потому что он в другом месте, с другой тетей живет. Семья у него там». Он спросит: «А мы для него разве не семья?» «Нет, — скажу, — не семья, мы так — в качестве развлечения существуем, чтобы иногда богатый папа нам подарки дарил да в гости приходил — поесть, поиграть да еще кое-что». У меня хороший мальчик будет, красивый, умненький, весь в отца.

— Ты прямо как немецкая фрейлейн из той сказки, ей-богу, помнишь, которая в день свадьбы представила, как родится у нее сынок и упадет в колодец… — покачал головой Вадим. Он снова присел на краешек кровати. — Что тебе всякие глупости на ум идут?

— Может, конечно, и глупости. Тебя почти целую неделю не было. А случись со мной что? Думаешь, моя соседка палец о палец ударит? Да она скорей поможет мне сдохнуть, чтоб жилплощадь поскорей освободилась!

— Диночка, миленькая ты моя! — Вадим обнял ее, принялся покрывать ее лицо поцелуями, чувствуя губами соленые слезы. — Замотался я совсем! Документы на сделку готовили. Знаешь, сколько там документов? Я тебе покажу!

— Не надо, — сказала Дина.

— Юристы, банки, встречи, договора, протоколы. Как белка в колесе, честное слово! Знаешь, какая крупная сделка! Зато теперь все позади. Вчера в десять утра подписали в кабинете у Ведмедека. Он гарантом выступил. Я-то не верил в него, думал, «загноит», откажется, а он настоящим мужиком оказался. Представляешь? Через четыре месяца у нас столько денег будет, умотаться! Все купим: и квартиру, и машину, все-все! Я каждый день к вам приходить буду — обещаю! Ни минуты покоя — вы еще устанете от меня!

— Ведмедек — это кто? — спросила Дина, подозрительно глянув на Вадима.

— Ну, я же тебе говорил… — Вадим замялся. — Ну, этот… тесть. Кличка у него такая.

— Ах тесть! Ну да, он же у тебя такой богатый, такой важный! Без него нельзя, а если ты еще от Сашки уйдешь — весь твой бизнес сразу кончится. Думаешь, дура я, не понимаю?.. — Дина помолчала немного. — Ты и в прошлый раз говорил, что денег много, все купим… Хвастался, что очень крутую сделку провернул.

Вадим тяжело вздохнул:

— Да, провернул. Только те деньги все пришлось в проект вложить. Не хватало. Понимаешь?

— Нет, не понимаю, — покачала головой Дина. — Ты их каждый раз вкладывать будешь. Один проект, второй, десятый. Денег много не бывает, ты же сам говорил…

— Да нет, почему же, бывает, — слегка растерялся Вадим, он действительно говорил так. — Просто подобный проект один раз в жизни подворачивается. Реконструкция элитного дома в центре. Упустишь — и все! Потом фортуна к тебе только задницей поворачиваться будет. Не любит она, когда ее подарки не берут. У нашего мальчика с первого дня жизни будет все, абсолютно все, понимаешь? Это же здорово! И не будешь ты у меня в четырех стенах сидеть, няню хорошую наймем.

— Твои бы слова да Богу в уши. — Дина с трудом повернулась на бок. — Болит все, сил нету.

— А что такое? — встревожился Вадим.

— Как что? Мог бы и пораньше поинтересоваться — что! Уколы мне делают сосудорасширяющие, чтобы преждевременных родов не было, и витамины. Вот и болит!

— Диночка, но ты же мне ничего не говорила!

— А ты не спрашивал!

— Ну ладно, ладно, хватит уже дуться, мир. Смотри, какие розы огромные, голландские. Такие очень долго стоят.

Дина взяла букет, вдохнула аромат цветов.

— Спасибо, — сказала она и слабо улыбнулась. — Обещай мне, что больше не будешь пропадать надолго.

— Обещаю, — с готовностью откликнулся Вадим. — Тебе что-нибудь приготовить поесть?

— Ладно, готовь, — согласилась Дина. — Там в холодильнике котлеты есть, салат. Каши гречневой хочу. Сваришь? И цветы в вазу поставь. Да не просто поставь, а обрежь стебли, шипы обломай, иначе ни фига они стоять не будут, хоть и голландские!

— Через пять минут все будет! — Вадим взял букет и отправился на кухню.

Он, конечно, лукавил насчет того, что после заключения сделки будет посвободней. Куда там! Теперь надо будет жильцов расселять, бегать, суетиться, следить за тем, чтобы подрядчики выполняли все работы в установленные сроки, а те, конечно, будут тянуть резину. Не столько резину, сколько деньги. Дом-то крутой, халтурить нельзя — все должно быть сделано по высшему разряду. А не дай бог, доллар упадет, или еще какая финансовая беда случится в нашем многострадальном государстве! У них ведь вся смета долларовая, в рублевом эквиваленте. А четыре месяца — срок большой, все, что угодно, может произойти… Нет-нет, больше никаких дополнительных инвестиций, все согласно смете и графику работ. И так он уже остался без копейки, весь выложился. Вообще-то подрядчик ему понравился. Солидный мужик лет пятидесяти, все рекламировал себя, показывал фотографии реконструированных им домов. Кучу цветных фотографий. Действительно, стильно, красиво, богато… Вадим чужому слову никогда не верил, а потому навел о подрядчике справки. Все подтвердилось. Хорошо работал, ни разу заказчиков не подвел… Ну ничего, расселение он быстро организует, за ним, как говорится, не заржавеет…

27
{"b":"30976","o":1}