ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Ух ты, боевой врач оказался! — насмешливо произнес первый парень. Он резко развернулся и нанес Сергею мощный удар в челюсть. Моисеев осел на пол.

— Не надо! Не надо! — подвывала Лера, с ужасом наблюдая за происходящим.

— Ничего, поучим твоего врача немного! Здоровее будет, — сказал парень.

Второй поднялся с пола и начал с остервенением пинать Сергея ногами.

— Помогите! Помогите! — тихо скулила Лера.

— Хватит! — остановил его первый. — Ну что, девочка, все поняла? Если вякнешь, так опустим… Белый свет в овчинку покажется!

Как только парни вышли, Лера нажала кнопку вызова медсестры. Она вдавливала кнопку в металлическую панель и все шептала: — Помогите! Помогите!

Жемчужина в консервной банке

Около таможенных стоек они попрощались. Алиса знала, что дальше — запретная зона, “табу”. Их не должны видеть вместе, потому что, как много раз объяснял ей, взбаломошной и ревнивой, Владимир Генрихович, появится повод для пересудов и сплетен, а им это ни к чему. Ему — поскольку наверянка найдутся доброжелатели, желающие ему быстрой “кончины” в качестве директора столичного супермаркета, ей — для дальнейшей “карьеры” в личной жизни. Те же доброжелатели нашепчут на ушко ее будущим мужьям и любовникам: Алисочка-то в подружках у Калюжного ходила. Такой роман, такой роман! Феерия плоти! Но на самом деле, все это так — для отмаза, для глупой и красивой девчонки. Владимир Генрихович не боялся сплетен и знал, что директором “супермаркета” он будет до тех пор, пока этого хочет его криминальная “крыша”. Авторитетам стоит только пальцем шевельнуть… И никакие деньги тут не помогут. А про любовницу они наверняка знают. Знают, посмеиваются, обсуждают, сидя где-нибудь в шикарной сауне с проститутками. Впрочем, ему все равно — пускай обсуждают! Кто еще вперед слетит? Вот в чем вопрос. Он — профи, а они… дерьмо! Просто Владимир Генрихович никогда не путал божий дар с яичницей. Любовница любовницей, работа работой. Сейчас, переступив границу таможенной зоны, он уже работал, и присутствие рядом женщины, которую постоянно хочешь, было ему ни к чему.

В зале прилета его поджидал водитель Юра. Он заулыбался, завидев Владимира Генриховича. Обменялись рукопожатиями.

— Здрасьте, как слетали?

— Ничего. Купил все, что хотел. Как там у нас? Представляешь, закрутился, даже позвонить некогда было.

— У нас… — Юра задумался, стоит ли сходу огорчать начальника, решил — нет. — Все хорошо у нас. С Евгением Викторовичем на рыбалку ездили.

Водителя в супермаркет они с замом специально наняли для того, чтобы иногда развлекаться без оглядки. Рабочий день у него был ненормированный. Одна из обязанностей Юры заключалась в том, что он должен был терпеливо дожидаться окончания банкетов и пикников, а потом развозить начальство по домам или куда оно пожелает. За это ему хорошо платили.

— Как рыбалка?

— Вот такие лещики, — Юра развел руки, показывая размер рыбы.

Владимир Генрихович рассмеялся.

— Такие только акулы в детстве бывают. Вас, рыбаков, могила исправит.

— Это точно, — улыбнулся водитель. — Домой?

— Надо еще товар получить.

— Много товару-то?

— На сто двадцать семь тысяч “баксов”. Не оставлять же его здесь!

— Ого! — Юра присвистнул.

— Я уже договорился, растаможку за полчаса сделаем.

Юра взял сумку Владимира Генриховича и направился к выходу.

Сергей Моисеев предстал перед ясные очи майора милиции в отставке Кулакова. Кулаков оглядел его с ног до головы, укоризненно покачал головой.

— Эге, парень-то у нас совсем безбашенный, как моя дочка говорит. И когда только все успевает: и продавщиц лупить, и сам получать? Где это тебя так причесали? — спросил Кулаков, глядя на расплывшиеся по лицу Моисеева синяки.

— Ничего страшного, Лев Дмитриевич. С хулиганами во дворе подрался. К девчонке моей пристали, — объяснил Сергей.

— М-да, видать, не навоевался. Ну-да, ладно, на проходной тебя никто видеть не будет. Начальству на глаза не попадайся, а то меня с утра уже Евгений Викторович спрашивал, как там наш герой, который за частную собственность, как за свою, вступился?

— Ничего, герой, — Сергей улыбнулся.

— Оно и видно. Значит так, служишь сутки через двое, как положено, с девяти утра. Твоя задача — следить за периметром забора и пропускать на территорию машины с грузом. Вся документация у тебя перед глазами. Могут быть и особые распоряжения, но о них после. Усек?

— Так точно. Только через трое суток положено, — заметил Сергей.

— На положено, сам знаешь что, — рассмеялся Кулаков и похлопал Сергея по плечу. — Принимай пост.

Сменщик сдал Сергею оружие, телевизор, объяснил правила прохождения машин на разгрузку, и Моисеев заступил на дежурство. Он сидел, тупо смотрел на мониторы и вспоминал вчерашний безумный вечер.

Очнулся он от того, что кто-то поднес к его носу ватку с нашатырным спиртом. Мотнул головой, открыл глаза, непонимающе посмотрел на склонившуюся над ним медсестру.

— Молодой человек, милицию вызвать? — почему-то шепотом спросила медсестра.

Перед глазами тут же встали откормленные морды “быков”, снова мелькнул огромный, со сбитыми костяшками, кулак.

— Господь с вами, девушка, — сказал Сергей, потрогав опухшую скулу. — Мы с друзьями этот вопрос в рабочем порядке решим, — он поднялся, чувствуя, как ломит все тело, и увидел Леру. Лера беззвучно рыдала, закрыв лицо руками.

Сергей подошел к ней, хотел ласково погладить по голове, но вовремя вспомнил, что ей может быть больно.

— Лерочка, все в порядке! Я жив — здоров. Видите?

Лерочка отняла руки от лица, посмотрела на Сергея.

— Господи, как я испугалась!

— Кто это был?

Лера пожала плечами.

— Говорили, чтоб я забыла все. О поребрик головой упала, — девушка утерла слезы.

— Значит, из супермаркета бандюков послали, — догадался Моисеев. — Ну, ничего, я их рожи на всю жизнь запомнил. Девушка, — обратился он к медсестре, — вы не могли бы мою невесту в другую палату перевести?

Лера удивленно посмотрела на Сергея. Сергей ей подмигнул.

— Куда я ее ночью переведу? Итак в отдельной лежит. Ее мать с главным договаривалась.

— Лучше бы в общую, где народу побольше.

— Без врача я ничего не могу, — сказала медсестра.

— Ну, в таком случае, я буду здесь дежурить до утра! — заявил Моисеев.

— Молодой человек, это категорически запрещено! — повысила голос медсестра.

— Не слыхал я такого запрета. — возразил Сергей. — Родственникам всегда у постели дежурить разрешают.

— Вы же пока не родственник.

— Как это не родственник! — притворно возмутился Моисеев. — Еще какой родственник!

Еще после пяти минут препирательств медсестра сдалась и ушла, оставив Сергея вдвоем с Лерой.

— Не бойся ничего, я с тобой! — сказал Моисеев, сжимая руку девушки в своей.

— Я уже не боюсь, — прошептала Лерочка.

Под утро он заснул сидя на стуле.

Сергей клюнул носом и открыла глаза. Черт возьми, этак ему не продержаться сутки после бессонной ночи! Раньше, пока был молодым и горячим, бывало на оперативных приходилось не спать по двое, а то и по трое суток, и ничего — всегда как огурец! Это все ранение: антибиотики, снотворное, ленивая сытая жизнь в “эмвэдэшном” госпитале!

Сергей залез в ящик стола, достал банку растворимого кофе. Поискал глазами электрочайник.

Через проходную шел мужчина средних лет в дорогом костюме.

— Молодой человек, вы куда? — спросил Моисеев.

— Я директор, — коротко бросил мужчина, едва глянув на охранника.

Сергей на мгновение замер, потом встал, открыл дверь во двор.

— Молодой человек, — снова позвал Моисеев мужчину.

Владимир Генрихович обернулся. На его лице было плохо скрытое раздражение — ну, чего тебе еще? Ясно сказано — директор!

— Вы меня не узнаете?

Владимир Генрихович всмотрелся в лицо Сергея, наморщил лоб, что-то припоминая.

— Моисеев? — произнес он удивленно.

16
{"b":"30977","o":1}