ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Как перевоспитать герцога
Блог на миллион долларов
Зона навсегда. В эпицентре войны
Миф. Греческие мифы в пересказе
Рой
Лидерство и самообман. Жизнь, свободная от шор
Спарта. Игра не на жизнь, а на смерть
Темная ложь
История матери
A
A

— Покажи мальчонку! — попросила Нина Владимировна.

Валерик топтался с ней рядом, курил и глазел по сторонам.

— Показывала уже. Нечего там смотреть. Насмотришься еще! — Анька снова махнула рукой, приказывая уходить.

— Передачку тебе принесут, — сказала Нина Владимировна на прощание. — Иди давай, простудишься!

Она повернулась, зашагала с больничного двора. Валерик поспешил за ней следом.

— Ты чего, расстроилась? — спросил он, пристраиваясь сбоку.

— Да нет, все хорошо, — пожала плечами Нина Владимировна. — Просто грустно.

— Мне на работу надо бежать, — смущаясь, сказал Валерик. — Ничего?

— Беги-беги, — кивнула Нина Владимировна.

Валерик повернулся и пошел.

— Валера! — неожиданно окликнула его Нина Владимировна.

Валерик остановился, повернулся к ней. Подошел, понимая, что она хочет сказать что-то серьезное.

— Давай тоже родим? Девочку.

— Нина, ты с ума сошла! Куда нам их столько? Надо теперь Анькиного поднимать! Я ведь не семижильный — там, тут, здесь.

— Ну да — везде, — подытожила Нина Владимировна.

— Нет, ну если очень хочешь… — Валерик развел руками.

— Нет-нет, не хочу. Я пошутила. Иди давай, а то опоздаешь!

Нина Владимировна стояла и смотрела, как Валерик перебежал улицу на красный свет, заскочил в полупустой автобус. Он помахал ей рукой из автобуса, но Нина Владимировна не ответила. Она развернулась и пошла своей дорогой.

Около мясного отдела выстроилась небольшая очередь. Лерочка вилкой накладывала бифштексы в пакет яркой даме, которая нетрепливо барабанила по прилавку пальцами.

— Пожалуйста!

— Мне, девушка, бефстроганов грамм четыреста и вон ту лопаточку, — указала на витрину стоящая за дамой пожилая женщина. Лерочка подошла к витрине, увидела стоящего около нее мужчину. Мужчина намеренно низко опустил голову, но она все равно его сразу узнала.

— Сергей?

Моисеев поднял взгляд и улыбнулся. — Хотел сюрприз сделать.

— Сергей! — слезы сами брызнули из глаз. Лерочка растерянно оглянулась — выход из отдела был далеко. Она подбежала к прилавку, вскарабкалась на него, спрыгнула с другой стороны, бросилась Сергею на грудь, уже не сдерживаясь. Очередь с изумлением смотрела на продавщицу.

— Тебя отпустили? Ты вернулся? — твердила Лерочка, прижимаясь к нему.

— Скостили за помощь МВД. Мои бывшие ребята за меня и заступились. Да нет, не бывшие. Настоящие, — поправился Сергей. — Это вот тебе, — он достал из кармана коробочку, протянул Лере. Лера открыла ее. В коробочке было обручальное кольцо.

— Спасибо! — она тут же примерила кольцо. Оно чуть болталось на пальце. — Откуда у тебя деньги? Ты же в тюрьме был.

— Да ты не бойся. Мне Владимир Генрихович помог. Ну что, пойдешь за меня?

— Он еще спрашивает! Я тебя так ждала, так ждала! И мама с отцом тоже. Они за тебя переживали. Не веришь?

— Почему же — верю, — кивнул Моисеев.

— Нет, ну это безобразие! — возмутилась наконец толстая тетка в конце очереди. — Мы тут стоит ждем, а она с мужиком обнимается!

— Граждане покупатели, подождите еще немного. Не видите, я из тюрьмы вернулся?

От этих слов Сергея вся очередь как-то напряглась, отодвинулась и даже, кажется, стала меньше.

— Вы как хотите, а я к заведующей иду! — сказала тетка. — Вы скажите, что я занимала, — обратилась она к стоящему впереди мужчине. Мужчина кивнул.

Тетка вернулась через минуту с Анастасией Андреевной.

— Вот, пожалуйста, полюбуйтесь! — кивнула она на целующуюся парочку.

— Ну а что вы хотите, жених их тюрьмы вернулся, — подтвердила слова Сергея заведующая. — Пусть пообнимаются. Да вы не нервничайте так, я вас сейчас быстренько обслужу, — она обогнула отдел, зашла за прилавок, улыбнулась покупателям. — Что вы хотели? Полкило вырезки? Пожалуйста!

В классе было на удивление тихо. Писали итоговую контрольную работу по истории за год. Шесть рядов, шесть вариантов. Вера Ивановна расхаживала между партами и заглядывала в исписанные листки. Она не тешила себе иллюзиями насчет результатов работы, но все-таки надеялась на лучшее.

— Ребятки, осталось пятнадцать минут, — предупредила она десятиклассников.

Дверь отворилась, и в класс вошла Анька.

— Павликова, ты? — удивилась Вера Ивановна.

— Я, — кивнула Анька. — Собственной персоной.

— У тебя же… — Вера Ивановна замолчала, не зная, как лучше при детях сказать про малыша. Господи, да они раньше ее все знали! От них и узнала.

— Я от директрисы, — сообщила Анька. — Душевный разговор. Она мне свободное посещение сделала. Хочу — хожу, хочу — нет. Вот, к вам пришла.

Класс оживился, начались перешептывания, смешки, кто-то кого успел двинуть учебником по спине.

— Дети, у вас десять минут! — предупредила Вера Ивановна. — Пойдем, Павликова, в коридор.

Они вышли, Вера Ивановна оставила дверь открытой, подумав, что, все равно, сейчас спишут.

Они отошли к окну рекреации.

— Ну, как ты, Павликова? — участливо спросила Вера Ивановна. — Тяжело тебе?

— Мама помогает, — улыбнулась Анька. — Говорит, есть у нас с тобой сын. Она у меня замечательная! Лучше всех. Другая бы сожрала, — она посмотрела на часы. — Мне через сорок минут кормить.

— Да нет, Аня, мать всегда поймет, — вздохнула Вера Ивановна. — Как назвала?

— Иваном, как еще? — пожала плечами Анька. — Сначала он мне таким уродом показался, а теперь смотрю — ничего парень!

— Аня, разве можно так о сыне? — покачала головой Вера Ивановна. — Родила — люби, какой бы ни был.

— Я и так люблю. Вы мне задания дайте, — попросила Анька. — Я эктерном за год сдам.

— Как в прошлом году? — рассмеялась Вера Ивановна.

— Нет, по-настоящему. У меня сейчас пока с деньгами туговато, — Анька вздохнула. — Памперсы, коляска, туда-сюда. Молока много. Доит он меня, как корову.

— Эх, Анька, удивительно ты легкое существо. Просто даже завидно, — вдруг сказала Вера Ивановна. — Я бы не смогла так.

— Да ладно, смогли бы, если надо. Мы, бабы, все можем, в отличие от мужиков…

— Да, ты можешь — верю. Смотри, школу не бросай! — погрозила ей пальцем Вера Ивановна. — А то застонешь, что трудно.

— Я и не бросаю. Вы задания дайте.

Вера Ивановна посмотрела на часы. — Ты подожди немного. Вместе пойдем. Я к вам зайти хочу, маленького посмотреть.

— Пожалуйста, — кивнула Анька.

Прозвенел звонок, Вера Ивановна поспешила в класс. Через несколько сепкунд из дверей классы вырвалась большая галдящая толпа. Одноклассники окружили Аньку со всех сторон и начались расспросы…

Миша покачивался на качелях. Рядом в песочнице под неусыпным оком мамаш, сидящих на скамейке, возились малыши. Они то и дело задирали друг друга, сыпали в глаза песком, дрались, ревели. Мамаши разнимали драчунов, разводили их по разным углам детской площадки, но те, поскучав немного в одиночестве, снова бежали навстречу друг другу.

Качели заунывно поскрипывали. Миша увидел, как из подъезда вышла Анька, вытянула за собой коляску. Она пошла по дорожке, свернула на детскую площадку. Подошла к мамашам, приветливо с ними поздоровалась. Завела разговор. Миша напрягся — не замечает она его, что ли? Но Анька замечала — просто делала вид…

Поговорив с мамашами минут десять, она подошла к нему.

— Ну что, откинулся, урка малолетняя? — сказала Анька насмешливо.

— Привет, — кивнул Миша. — Хорошо выглядишь, Анют!

— Издеваешься?

— Нет, правда.

— Ну, ладно, расскажи — чего, как?

— Мать квартиру на однокомнатную поменяла. Всем дала, кому только можно было. Иван по делу организатором пошел, а я так — типа ничего не знал. Будто втянул он меня.

— Ну да, втянул! — с горечью в голосе сказала Анька. — Что теперь с него взять? Бежал-то он, дурак, зачем, не говорили?

— Зачем-зачем? — проворчал Миша. — Ежу ясно — зачем. Тебя хотел увидеть. Правильно говоришь — дурак.

— Перестань качаться — ребенка разбудишь! — цыкнула на Мишу Анька.

Миша встал с качелей, заглянул в коляску.

63
{"b":"30977","o":1}