ЛитМир - Электронная Библиотека

Я опять завелась. Анька заметила, что я совсем не думаю о своем здоровье. Я заткнулась и посмотрела на нее, раскрыв рот. О чем это она? При чем тут мое здоровье? Правда, если мы еще какое-то время пообщаемся с нею, я вполне могу угодить в психушку. Анька пояснила, что мужики нужны хотя бы для здоровья, потому что длительное воздержание вредит организму.

– Так что, Лерка, давай. А я пока загляну на огонек к твоим соседям. Я о своем здоровье, не в пример тебе, беспокоюсь. Пойду получать витамин «ё».

Я закатила глаза.

Ровно в семь в дверь позвонили.

Анька юркнула в шкаф, прошептав на прощание:

– Помни: не выдавать никакой информации, только получать. – Потом она повернулась к Костику: – И ты, ребенок, не забывай, что идешь в бандитское логово. Ты – разведчик в тылу врага. Следи там за мамой. Я поручаю ее тебе. На тебя у меня больше надежд, чем на нее.

Анька подмигнула гордому Костику, а я, вздохнув, отправилась открывать дверь.

На пороге стоял улыбающийся бандерлог.

ГЛАВА 12

Ужинали мы с Артемом и Костиком в каком-то закрытом ресторанчике, на котором не значилось никакого названия.

Дима доставил нас на место и проводил в кабинку, где уже был сервирован стол и ожидал нас Комиссаров. Дима тут же удалился, а мы с Костиком и Артемом приступили к трапезе. Не буду описывать блюда – все равно названий не запомнила, а всех ингредиентов определить не смогла. Но было очень вкусно. Костик вел себя как пай-мальчик, правильно держал вилку с ножом и совсем не чавкал. Мне даже ни разу не пришлось пинать его ногой под столом, что я обычно делаю в гостях. Возможно, это происходило потому, что он чувствовал себя партизаном в тылу врага и ни в коем случае не должен был привлекать внимание этого врага к своим дурным манерам?

Мы же с Комиссаровым пытались вытянуть друг из друга побольше информации, причем он не скрывал этого, а я, решив последовать Анькиному совету, прикидывалась идиоткой. Костик мне подыгрывал. Мы с Артемом были очень вежливы и обращались друг к другу на «вы», хотя вроде бы в его замке к концу вечера уже успели перейти на «ты».

В общем, Артему так ничего и не удалось у меня выведать. Я придерживалась версии уборки квартиры по поручению уехавшей в Германию подруги.

Артем вынужден был признаться, что его люди несколько раз видели меня (то есть Аньку) заходящей в Ларискин дом, но были уверены, что это была не я, а мой двойник (и правильно, только я, конечно, не стала говорить это Артему). Потом он упомянул, что я часто бывала там не одна, я под столом наступила ему на ногу и показала глазами на Костика. До Артема дошла суть моего послания – я (то есть Анька) использовала Ларискину квартиру для встреч с мужчинами. По-моему, Артем был очень разочарован. Нет, не наличием других мужчин в моей жизни, а тем, что он и его люди так ошиблись, перепутав меня с Анькой… Но кто же знал, кто же знал…

– Лера, – наконец решился Артем, уже за мороженым, которое Костик уплетал за обе щеки, – вы сегодня не заметили в квартире вашей подруги… ничего необычного?

– Нет, а что? – Я посмотрела на Комиссарова невинными глазами.

– И дядя Дима спрашивал то же самое, – встрял Костик с набитым ртом. – А что там могло быть?

Артем молчал, играя ложечкой. Да уж, не решишься же сказать, что там должен был находиться труп, который неизвестно когда и неизвестно каким способом испарился в неизвестном направлении.

Мы с Костиком ждали ответа, глядя на Комиссарова с интересом.

– Вы уверены, что эту квартиру, кроме вас, никто никогда не посещал? – сформулировал свой вопрос Артем.

Я пожала плечами и заявила, что, по-моему, нет.

– Но на сто процентов вы не уверены? – ухватился за мою фразу Артем. – Может быть, вы заметили, что какая-нибудь вещь стоит не так? Или…

– Вы понимаете, это ведь не моя квартира, – медленно произнесла я. – Если бы у меня дома кто-то побывал в мое отсутствие, я тут же заметила бы это. По мельчайшим деталям. А Ларисина квартира – это Ларисина квартира. Я бываю там не так часто. Раз в две недели. Иногда раз в месяц. Там не хранится никаких денег и ценностей. Но если бы вломились воры… Наверное, я поняла бы. Но что там брать? Мебель? Так соседи бы, наверное, услышали шум. И там же бабки все время сидят на лавочке перед парадной. Старую одежду? Тогда бы все разворошили – если бы вломились бомжи. Но ничего такого, слава богу, не случалось.

Я постучала по деревянной ножке стола, а потом посмотрела прямо в глаза Артему и спросила с беспокойством:

– А вы считаете, что той квартирой кто-то пользовался?

Он помолчал еще несколько секунд, а затем заявил:

– Ее могла использовать в своих целях Анна Поликарпова – та, с которой вас спутали мои люди. Возможно, она каким-то образом узнала о вашем существовании. До нас.

– И что она там делала?! – почти закричала я.

– Трудно сказать. Пожалуй, тоже с кем-то встречалась.

– Но зачем это ей? Если я правильно поняла, Анна – человек не бедный, и у нее должно быть много мест… для встреч.

Артем заявил, что я плохо знаю Аньку (ха-ха!), а поэтому не могу предположить, как работает у нее мысль (по-моему, этого вообще никто не может, включая самого Комиссарова). Не исключено, что она запланировала какую-то аферу, решив как-то использовать меня втемную (с этим я вполне могла согласиться). Комиссаров посоветовал мне быть очень осторожной и предложил договориться об условных сигналах: когда я буду приезжать в квартиру убираться, в дверь будет звонить кто-нибудь из его людей (а вообще даже лучше, если я буду предварительно звонить им по телефону) и выяснять, я это или не я. Нужно придумать пароль.

– Вы постоянно следите за этой квартирой? – Я вылупилась на Комиссарова большими круглыми глазами. – Но зачем?

– У нас есть свои причины для этого, Лера. Но, уверяю вас, мы следим не за вами. Если бы мы знали, что все это время там появлялись только вы… Но мы не уверены. И для вас же лучше, если мы во всем разберемся.

– Но зачем разбираться?! Ведь ничего же не пропало! Ну, даже если эта ваша Анна и побывала там, что такого? Да, конечно, нехорошо, мне было бы неудобно перед Ларисой, если бы она узнала, но я могу сменить замки. Вдруг Анна каким-то образом раздобыла ключи? Хотя как это можно сделать? Я же ключей не теряла. Но и следов взлома не замечала тоже. А ведь если открывали не ключом, а отмычкой, должны остаться царапины, правда? Но я обязательно посмотрю в следующий раз. Может, они совсем незаметные?

Комиссаров вздохнул. Видимо, опять думал, открыть мне еще что-то или нет. И опять решился.

Артем достал фотографию, на которой я узнала Степана (но приложила максимум усилий, чтобы Комиссаров ничего не заподозрил), и поинтересовался, не знакома ли я с этим человеком. Я покачала головой. Костик тут же схватил снимок, рассмотрел его и спросил у Артема, кто это.

– Если не знаете его, вопрос снимается.

– А кто это все-таки? – не отставала я.

– Моим людям казалось, что этот человек тоже бывает в квартире вашей подруги.

«Если кажется, надо креститься», – хотелось съязвить мне, но я сдержалась: зачем злить Артема?

– Если и бывает, то мне об этом неизвестно, – твердо заявила я. – Послушать вас, так там просто проходной двор. А потом ваши люди что, постоянно следили за квартирой? Именно за квартирой, а не за домом? Я бы заметила, если бы кто-то стоял на площадке или у лифта.

– Возможно, мы ошиблись с квартирой, – ушел от ответа Артем и предложил все-таки на всякий случай определиться с паролем.

Я вздохнула и согласилась. Мы выбрали число двести тринадцать – номер школы Костика.

Больше разговоров о делах мы не вели, ужин вскоре закончили, и Дима доставил нас до нашей парадной. Костик напомнил ему про кассеты, и дядя Дима обещал как-нибудь заехать к нам в гости. Его мне только и не хватало. Ладно, поручу Аньке, сама лучше посижу в шкафу с видеокамерой.

35
{"b":"30990","o":1}