ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
«Я слышал, ты красишь дома». Исповедь киллера мафии «Ирландца»
Будда слушает
Рой
Побег без права пересдачи
Любимая для колдуна. Лёд
Вдохновляющее исцеление разума
Далеко на квадратной Земле
Ликвидатор
100 книг по бизнесу, которые надо прочитать
Содержание  
A
A

Что касается секса, то эта тема тоже должна быть раскрыта. Естественным образом ЖЖ провоцирует знакомства и сближения, как любая социальная среда: танцы или производство. Однако ЖЖ подразумевает довольно долгие ухаживания и создание прежде всего идеологической базы для романа. Если побыстрее, то это в Ай-Си-Къю.

По законам филологии, если люди долгое время находятся в состоянии коммуникации, у них должен выработаться собственный язык, не всегда понятный находящимся за рамками этой среды субъектам. Однако ЖЖ — явление настолько разнородное и массовое, что единого языка здесь нет. Поначалу успешные попытки агрессивного меньшинства навязать немолчному большинству “превед”, “зачот”, “+1”, “афтар жжот” и прочие “учи албанский” увели радикальную группу неотериков на обочину лингвостроительного процесса. Народ их не поддержал. Сказалась полуснобистская любовь большинства к нормативному русскому языку и гордость за свое им владение. Что не отменяет определенных особенностей ЖЖ-речи. Прежде всего, она характеризуется краткостью — не из экономии собственного времени, а из вынужденного уважения к времени “френдов” — читателей: длинный “пост” скорей всего будет безжалостно пролистан. Другая особенность — присутствие мата, однако едва ли более частое, чем в устной речи пишущих. Поскольку ЖЖ — неподцензурное пространство, глупо было бы отказывать себе в удовольствии увидеть напечатанными хорошо известные с детства слова, тем более когда они используются для создания нетривиальных эмфатических конструкций. Многим журналистам ЖЖ служит не только стилистическим полигоном, но и карнавальным исключением на фоне более строгой моды, установившейся в современной прессе. То, как у нас любили писать в 1990-е, сейчас можно прочесть на бумаге разве что в австралийских и южноафриканских глянцевых журналах. Российские гонзо-монстры перебиваются халтурами от друзей беспокойной юности. Однако не политональные наложения барочных эскапад делают картину в русском livejournal’е. В ЖЖ популярны разговорные, даже местечковые интонации. Характерный формат — рассказ о собственных злоключениях с восходящей интонацией искреннего удивления: “Вы таки посмотрите, что пишут в газетах, что ли Дэниел Крейг забубенный Джеймс Бонд или кипит мое молоко на твоем керогазе”. Эта разговорность, наверное, была бы самой важной чертой ЖЖ-речи, если бы не перешла практически без изменений в журналистику. А поскольку тон в ЖЖ все-таки задают профессионально пишущие люди, взаимообмен неизбежен. Другая гипотетическая особенность — перенасыщенность кислородом свободы — также не прижилась. “Пост” еще можно опознать по стилистическим маркерам, но по содержанию уже невозможно. Политические и культурные журналисты пишут в блогосфере примерно то же, что и в газеты-журналы, иногда ограничиваясь Интернет-ссылкой. Чувство безнаказанности осталось где-то на заре блог-строительства. Популярные ЖЖ читаются, а если употребить в “посте” некоторые слова, скажем, “Путин” или “Кремль”, они начинают читаться особенно внимательно и профессионально. Работодатели знают о “страничках” своих подчиненных. “Подзамочные посты” легко прочесть по вводу ключевых слов на www.blogs.yandex.ru. Все, что вы пишете в ЖЖ, может быть использовано против вас.

Может быть, поэтому в ЖЖ остается место не только для программных заявлений и адресных угроз, но и для сообщений частного характера. Иногда пишут для одного единственного постороннего читателя, вроде “я по тебе соскучилась” — кому надо, тот сам поймет. Иногда шифруют сообщения, уходя в приватную эзотерику.

Читать ЖЖ и даже френдленту целиком — слишком сильное и никому не нужное испытание. Главное, что можно предъявить в качестве претензии ЖЖ-юзерам — отсутствие редактуры, “неуважение к эллинистической природе слова, беспощадная эксплуатация его ради своих интуитивных целей”, как написал Мандельштам о Белом. Но именно ради этой грубости, подлинности, “мяса” и читают ЖЖ серьезные вроде бы люди, и даже рассматривают этот феномен низовой культуры в умном критическом журнале. А вообще ЖЖ это уже не модно. Есть YouTube, myspace, подкасты, наверняка, еще что-нибудь придумают. Молодежное.

тема / reality-show

«Меня тошнит при их виде, но в целом шоу нравится». Вера Зверева о «Доме-2» и его зрителях

«Дом-2» — реалити-шоу, которое c 11 мая 2004 года идет на канале ТНТ. «Дом-2» — шоу № 1 в прайм-тайме для аудитории 18—30 лет (в слоте 21.00—22.00, по данным TNS Gallup Media). Об участниках «Дома-2» выходят книги, их фигуры стоят в Московском музее восковых фигур. В Ульяновске концертное выступление участников «Дома-2», смотрели 47 тыс. человек, а на московский концерт в «Олимпийском» пришли 14 тыс. зрителей. Товары, появляющиеся под брэндом «Дома-2» становятся суперпопулярными — одноименный журнал стал самым тиражным изданием среди молодежного глянца. Проект занесен в Книгу рекордов России как самое продолжительное ежедневное реалити-шоу. «Дом-2» — единственное российское реалити, чей формат экспортирован, его купила Sony Pictures Television International (SPTI). Согласно данным компании Gallup Media Russia, «Дом-2» стал лидером по product placement на российском телерынке в 2005 году — шоу заработало около 7 миллионов долларов. Осмыслить эти факты попытались для «КМ» Вера Зверева, Александр Островский и Екатерина Кронгауз.

Телевизионному проекту «Дом-2» в российской прессе уделяется большое внимание: о нем публикуются статьи, его обвиняют в «безнравственности» депутаты Государственной и Московской думы, он служит предметом обсуждения в других телепередачах, его участники становятся героями светской хроники. Такая слава создает ореол вокруг этого шоу, которое едва ли можно рассматривать и как воплощение «порочности», и как творческую удачу. «Дом-2» не выделялся бы ни эпатажем, ни новизной или качеством, если бы был помещен в иной телевизионный контекст, конкурируя с оригинальными развлекательными программами. Но этот проект, с одной стороны, существует в условиях, когда на телеэкране редко реализуются новые идеи. С другой стороны, устроители шоу представляют его с большой настойчивостью; как и полагается медиа-событию, оно становится тем более значимым, чем больше собирает откликов, независимо от их содержания.

Каждый продукт помимо идеологии обладает определенным качеством: среди текстов массовой культуры есть свои шедевры и неудачи. В данной статье о «Доме-2» речь идет не как об образце жанра, поскольку, на наш взгляд, это шоу, несмотря на большой коммерческий успех, является проходным. За состоятельностью программы в сфере бизнеса и способностью нравиться аудитории не обязательно стоит качество или особая философия. В то же время такая программа, давно перешедшая установленные для нее эфирные рамки, интересна как культурный феномен.

Развлекательные телепрограммы, похожие на «Дом-2», вызывают у западных исследователей медиа расхождения в интерпретации. Одни критики, вслед за представителями Франкфуртской школы, считают, что большинство таких телепроектов можно охарактеризовать как трэш или таблоидное телевидение, основанное на пристрастии аудитории к «низкому», и что цель исследователей культуры состоит в просвещении и своеобразном спасении людей от подобного соблазна 2. Другие, также исходя из интересов зрителей, пишут, ссылаясь на М. Бахтина, о том, что данные программы представляют современный вариант народной смеховой культуры, которую бессмысленно выстраивать по высоким образцам. Задача критика заключается в том, чтобы понять, какие именно смыслы вкладывают в шоу зрители, которые его смотрят, какого рода удовольствие и отдачу они получают, каким образом интерпретации телевизионного сообщения меняют систему властных отношений в обществе. Эти рассуждения, как правило, подкрепляются теорией С. Холла о различных типах зрительского прочтения и декодирования медийного сообщения 3.

На наш взгляд, оба эти подхода имеют свои сильные стороны, но одновременно должны быть скорректированы. Одна из характерных черт продукции массовой культуры — назидательность, склонность к адаптации зрителей к культуре и социуму, «примирению» со status quo. Эта особенность важна для конструирования в текстах массовой культуры жизненного мира, то есть представления в каждом отдельном продукте желаемых ценностей и взглядов в качестве нормы. Так, например, в 1980—90-е гг. в Америке популярные фильмы, боевики, полицейские и фантастические сериалы, адресованные широкой аудитории, сыграли огромную роль в распространении идей расового, этнокультурного, конфессионального равноправия 4. В этой связи имеет смысл пересмотреть позиции «просвещения»: оно может реализовываться в практиках конструирования культурных значений в медийных сообщениях, идти не сверху, а изнутри, из ориентированных на массового зрителя текстов. Подобные проекты имеют дидактический потенциал, в том числе в отношении представления общества самому себе. Так, например, эта задача последовательно ставится в реалити-шоу британского телевидения; в шоу «Big Brother», пользующемся большим успехом на протяжении семи сезонов, обращается особое внимание на знакомство зрителей с множественностью культурных групп внутри современного социума, репрезентацию ценностей, норм, стилей повседневной жизни людей из разных стран, этнокультурных и субкультурных сообществ. В настоящее время в российских развлекательных программах подобные задачи ставятся редко или мыслятся как нечто дополнительное, внешнее по отношению к проекту.

14
{"b":"31004","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Зубы дракона
Спасти лето
О лебединых крыльях, котах и чудесах
Город под кожей
Проклятое золото храмовников
Как хороший человек становится негодяем. Эксперименты о механизмах подчинения. Индивид в сетях общества
Сердце того, что было утеряно
Целлюлит. Циничный оберег от главного врага женщин
Черная Пантера. Кто он?