ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Страх: Трамп в Белом доме
Метро 2033: Нити Ариадны
Книга-ботокс. Истории, которые омолаживают лучше косметических процедур
Lamennto
Музыка ветра
Луч
Академия невест. Последний отбор
Проклятое ожерелье Марии-Антуанетты
Новая Зона. Излом судьбы

Вот пришёл «топор». Ну, это монтаж. Он не сразу пришёл. Мы там полчаса маялись, пока его величество со свитой соизволили заявиться. Зато его приход был ощущаем издалека: шума никакого, но крупье вдруг подтянулись, прочая обслуга забегала с удвоенной силой, даже случайные посетители завертели головой, смутно предчувствуя явление «топора» народу.

А лицо его в телевизоре совсем не как в жизни. Черты те же, но чего-то не достаёт. Тогда, в зале, сразу стало понятно: пришёл король. Может, дело в окружении? Полтора десятка людей, которые всем своим видом показывают приближённость к барину. Вот он даёт на чай менеджеру зала (неслыханная фамильярность, как мне потом объяснил Гарик), и тот расплывается в благодарной улыбке. А тётки! Как они все на него пялятся! Даже на съёмке видно. Вживую я, честно говоря, этого не заметил. Я смотрел только на «топора». И он мне нравился!

В тот первый миг я вдруг с ужасом осознал, что, помимо собственной воли, испытываю симпатию ко всему, что делает этот человек: как он улыбается одними губами, как смеётся – негромко и отрывисто, слегка запрокидывая голову, как бережно поправляет тёмно-русую чёлку. Он излучал такое довольство собой и своей судьбою, что невольно хотелось оказаться рядом, чтобы ухватить хотя бы краешек этой судьбы, хотя бы чуть-чуть пометить себя удачей. А может, я все это нафантазировал – исключительно потому, что знал о его способностях? Во всяком случае, в первый момент я растерялся. Зачем мешать такому приятному человеку? Пусть себе радуется!

И тут же мне стало стыдно. На меня ведь люди понадеялись. И вообще, человечество надо спасать. Только, знаете, не бывает угрозы человечеству с таким располагающим лицом!

Вот важный кадр: ко мне сзади подходит Гарик. Он наклоняется и что-то шепчет мне на ухо. Я хорошо запомнил это змеиное шипение: «Люби его! И счастья, счастья ему побольше!» Ну, понятное дело, чем больше я ему счастья пожелаю… А почему это он шептал? Мог бы просто подойти и как бы случайно прикоснуться к руке. Обычно для мыслеобмена этого хватает. Видно, Николай Николаевич придумал, чтобы мы все включились в игру в последний момент. Умница был Николаич!

А вот Гарик наверняка мысли подслушивал: подошёл уж больно вовремя.

Так. Теперь «топор» начинает играть. Почему-то этот фрагмент Гарик просматривает четыре раза. Каждый раз я замечаю детали, на которые тогда не обратил внимания.

Вот, например, крепыш в светло-сером шерстяном костюме. Явно завсегдатай. Увидев «топора», переходит в соседний зал. Хотя деньги его на кону пока стоят.

Бледная особа, которая до этого не сделала ни одной ставки, лезет в сумочку и достаёт фишки. Видно, решила ставить на те же номера, что и барин.

Седеющий полноватый мужчина. До этого азартно болел, вытягивая шею и шумно радуясь каждому выигрышу. Поскучнел, отошёл от стола, повертел головой и вышел из поля зрения камеры. Понятно – исчез элемент случайности.

Прошу Гарика сделать стоп-кадр. Ищу в зале людей из личного окружения «топора».

Телохранители. Раз. Два. Три. А где четвёртый?

– Во-во! – кивает мне Гарик, который уже перестал скрывать, что читает мои мысли в любой удобный для себя момент. – Откуда взялся этот бык с бугра? Ведь не было его!

Ладно. Телохранители – это проблема Гарика. Теперь мои проблемы. Три компенсатора. Одна совсем молодая. Крашеная блондиночка. Не может удержаться, лезет к столу. Живая такая, весёлая, интересуется всем. Может, Николаич ошибся? Информацию-то он собирал в последний момент. Может, обычная девочка из ресторана. Подцепил её наш «топор», а она и прижилась? Зачем такому асу три компенсатора? Тем более, что две другие – тётки, судя по всему, бывалые, держатся за спинами, одеты дорого, но не вызывающе.

Усилитель. Вот кто меня очень интересовал. Вот он – почти рядом со мной. То-то я его не видел. Худой, с впалыми щеками, костюм висит, как на корове (или, скажем, на мне). Вперился глазами в хозяина, аки пёс верный. Был бы хвост – весь уже извилялся бы. Как же близко мы с ним стояли! Ага! Так рядом с ним, наверное, транслятор! Чтец и передатчик мыслей! Как Гарик. Про него Николай Николаевич ничего не говорил, но это же элементарно – пёс должен как можно точнее знать желания хозяина. И Гарик тоже сразу всё просек, поэтому и шептал на ухо, а не занимался своими трансцендентными штучками. Боялся демаскироваться.

Кто там ещё. Вот. Лысый мужик непонятного предназначения. Кстати, до сих пор непонятного. Кажется, всё.

Гарик запускает кассету дальше.

Оп-па! Начинаются провалы памяти. Насколько я помню, «топор» сразу начал ставить. Ан нет! Шарик ещё катался, когда процессия ввалилась в зал. И выпало «зеро». Теперь понятно, почему старожил не остался посмотреть на свою ставку – и так знал, что с ней произойдёт.

Я вопросительно повернулся к Гарику. Раз уж он и так мысли читает, чего мне напрягаться, губами шевелить?

– Все правильно. Когда его денег нет – всегда «зеро». Вроде как подачка казино.

А ради чего это Гарик вслух ответил? Тьфу ты, про Машу-то я и забыл. Хотя Маша сейчас – что есть, что нет. Как сидела навытяжку, так и сидит. И пожеланий никаких по ходу просмотра не высказывает. Даже неудобно, что мы с Гариком так быстро оклемались.

Пока мы переглядывались, кассета ушла вперёд. Пришлось отматывать.

Так. «Зеро». Новые ставки. Новички ставят сразу, хотя и косятся на вновь прибывшего. Опытные ждут ставки «топора». Тот, наконец, бросает фишку. Первая ставка – на красное. Суетливые движения нескольких рук. Все ставят на красное. Рулетка. Шарик останавливается. Не помню что, помню, что чёрное. Общее замешательство. По лицу «топора» ничего не понять, но, думаю, и он офигел.

Гарик останавливает кассету и кивком зовёт меня на кухню. Маша с прежним отупением смотрит в погасший экран.

– Ну, – устало интересуется Гарик, – и зачем ты вылез раньше времени?

– Да я не собирался! Я и не думал. Просто… человек такой обаятельный… показался сначала. Такому невольно добра желаешь. Помимо воли.

– А не надо помимо воли! Контролировать себя надо! Фильм «Чапаев» видел? Ближе надо было подпустить!

– Предупреждать надо! – огрызаюсь я. – Развели тайны Мадридского двора!

Какое-то время мы молча сидим на кухне. Гарик курит в вытяжку, а я просто не хочу возвращаться в пустую тёмную комнату, – да ещё и с зомби, сидящим в кресле по стойке смирно.

– Ладно, – вздыхает Гарик, добравшись до фильтра. – Что-то не хочется мне пока дальше смотреть. Давай завтра?

Я киваю головой. Мне её вообще неохота смотреть. Но придётся.

– Тогда собирайся. Нам с тобой надо выпить. Особенно Машке.

14

Господи, как давно я не был в приличных ресторанах!

Полутёмный пустынный зал. Официант с лицом Дон Кихота и явным кастильским акцентом. Блюда, названия которых сами годились в пищу. Живой гитарист, терзающий инструмент, презрительно прищурив глаза – не для нас, а вопреки нам. И вина. В тот вечер я впервые изменил десертному крымскому с сухим немецким. Видимо, так и подкрадывается к человеку старость.

До истечения первой бутылки мы жевали молча. Поначалу вообще без аппетита. Но в том-то и талант испанской кухни, что огненные специи можно залить только вином, а вино пробуждает голод, утолять который приходится теми же жгучими салатами – и так далее, по кругу, до полного осоловения и лёгкого шума в голове.

Даже Маша, в которую Гарик буквально вцедил бокал какой-то адской смеси, слегка порозовела и взялась за вилку.

И всё равно – даже жующими и пьющими, – мы никак не вписывались в атмосферу испанского праздника. «Товарищи отдыхающие» из-за соседних столиков давно уже косились в нашу сторону с явным подозрением. Я сам чувствовал, что наша троица олицетворяет собою нечто неуместное здесь, да всё боялся сформулировать.

За меня это сделали добрые люди. Добрые люди, которые оказались Гариковыми знакомыми, подошли к нему, хлопнули по плечу и сформулировали предельно точно:

8
{"b":"31006","o":1}