ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Завтра на двоих
Лис Улисс и долгая зима
Зарабатывать на хайпе. Чему нас могут научить пираты, хакеры, дилеры и все, о ком не говорят в приличном обществе
Три дня до небытия
Семья в огне
Кобель домашний средней паршивости
Я говорил, что ты нужна мне?
Мои живописцы
Всегда вовремя
A
A

— Гигантский сом, — пробормотал Грегуар, закуривая сигарету. — Жаль, что Пленк...

— Никаких сомов, никаких метеоров, никаких плавучих городов, только пять минут нормальной жизни, пожалей меня, — простонала колдунья.

Вдали у Коромандельских берегов разразилась гроза, небо осветилось яркими вспышками. Ветер переменился, донеся до них звуки концерта, продолжавшегося в ресторане. Классику уже не играли. Китайцы перешли на рок-н-ролл.

— Битлы, первый период, — узнал мелодию Грегуар, бросая сигарету в черную воду. — Неужели Ринго обуздал музыкантов?

Сын Ганса-Фридриха унаследовал от отца битломанига. И никогда не упускал возможности наполнить мозг окружающих одной из мелодий битлов. Роберта даже не замечала внушения. А Грегуар, похоже, вообще не реагировал на подобные ментальные пытки. Что касается Лилит, то, реши она создать девичью группу во время трудного подросткового периода, ей обеспечена квалифицированная поддержка. Грегуар ощупал карманы.

— Забыл Ринго на столе! Надо сходить за ним.

Роберта облокотилась на ограждение. Она пыталась пронзить взглядом мрак, когда до нее донесся странный и жалобный звук. «Тузитала» не могла быть его источником. Она немедленно подумала о самом худшем и вцепилась в Грегуара, когда тот вернулся. Ее спутник вслушался в стон, доносившийся из лагуны.

— Думаете, это сом? — прошептала она, тесно прижимаясь к профессору истории.

Он успокоил ее, погладив по спине, и через некоторое время ответил:

— Думаю, это — волынка.

«Скажу даже больше, это «Мисс МакЛеод О'Ресси», исполняемая на манер Гордонов Шотландских», — просветил их Ринго. И погрузился в презрительное молчание, не желая обсуждать столь устаревшую музыку.

ГЛАВА 28

Стон волынки не давал Роберте заснуть добрую часть ночи. Мешал спать и Грегуар, оглушавший ее могучим храпом. Ничто не помогало — ни свист, ни щипки, ни угрозы, которые она шипела ему на ухо. Когда сон наконец овладел ею, в мозг хлынули видения, которые сталкивались друг с другом и выводили на авансцену Баньши-триумфаторшу. Лилит агонизировала, а ее родителей преследовал чудовищный сом. Когда колдунья проснулась, было уже светло. Но ей казалось, что она проспала не более двух часов.

Роберта отправилась в ванную и плеснула в лицо водой. С террасы доносился шум. Она потащилась туда, окончательно не проснувшись. Грегуар и Лилит сидели за столом — они готовились плотно позавтракать. Семейство Густавсон в полном составе сгрудилось вокруг котелка с червями, предназначенными для рыбной ловли. Опущенный навес скрывал вид на лагуну.

— Драствуй, — сказала Лилит, ее мордочка была перепачкана шоколадом.

— Ну и как шабаш? — попытался пошутить Роземонд. Он был свеж как огурчик.

«Добрая порция личинок мясной мухи — день следует начинать с этого», — мысленно посоветовал ей Ганс-Фридрих.

Роберта упала на стул, охватила голову руками и попыталась отделаться от мрачных ночных видений. Роземонд налил ей чашку кофе, большой стакан апельсинового сока и намазал ломоть белого хлеба манговым джемом.

— Кофе из Суринама, — весело объявил он. — Способно разбудить даже мамонта, вмерзшего во льды в четвертичном периоде.

Роберта, вставшая не с той ноги, сочла намек на ископаемого толстокожего злобным выпадом. Но кофе действительно помог приподнять веки и разместить нейроны там, где им полагалось находиться.

— Который час? — спросила она, наливая себе вторую чашку.

— Семь тридцать. А что?

Лилит уже была одета, а Грегуар красовался в белом льняном костюме. С того момента, как они покинули Пирей, ее спутники никогда не появлялись в приличном виде ранее девяти часов утра.

— Можете сказать, почему мы уже не в постели?

Вдруг вновь раздался стон волынки — на этот раз он был удивительно близким. Роберта поставила чашку кофе, почесала в затылке... Она сходила с ума. Или ее настиг Альцгеймер. Волынка издала новый стонущий звук. Грегуар и Лилит продолжали набивать брюхо, не обращая на него никакого внимания.

— Вы слышали?

Грегуар тщательно вытер губы.

— Волынка? Сигнал, по которому открывает двери Мондорама. Ты все увидишь, дорогая. — Он обращался к Лилит. — Повеселимся, как маленькие сумасшедшие.

— Мондорама?

Роберта нажала на рычаг, и навес взлетел вверх, залив террасу ярким светом. «Тузитала» стояла на якоре посреди маслянистой лагуны. К верхней палубе корабля подходил трап длиной в полмили, ведущий к нагромождению куполов, гигантских механизмов и разноцветных дворцов, чьи неясные контуры подрагивали в туманной дымке.

— Святилище Уоллеса остановилось здесь ночью, — сообщил Роземонд. Волынка перестала ныть. Ее заменила шарманка. — Оно уже открылось. Наше крохотное сердечко очень хочет посетить храм забавной магии. Правда, малышка?

— С папой! — Лилит обняла его за шею.

— Эдипов комплекс, — извинился Грегуар, обращаясь к колдунье.

ГЛАВА 29

— Добро пожаловать в Мондораму! — кричал привратник в красной ливрее с золотыми пуговицами. Бросил взгляд на билет, предъявленный Робертой, и пропустил ее. — Добро пожаловать в мир развлечений! Развлекайтесь! Пользуйтесь удачей! Мондорама работает весь день! Аттракционы для маленьких и для больших!

Роберта не думала о развлечениях. С одним из Густавсонов в кармане она следовала за Грегуаром с Лилит на плечах. Этот крохотный город, возникший из ниоткуда, был для нее загадкой. А если Уоллес продался Баньши? Колдунья в тысячах километров отсюда, возразил профессор истории. Разве они могли не посетить святилище? Он мечтал об этом, поскольку пропустил последние гастроли Уоллеса в Базеле.

Они остановились в центре полукруглого понтона, который окружали здания, похожие на нагромождение безвкусных, крикливых декораций. На гипсовом фасаде театра в итальянском стиле висела афиша, обещавшая невероятный спектакль. В готическом замке, где окна обрамляли скелеты, ждали начала сеанса магической гильотины. В деревянной лачуге размещался Институт изучения прорицательства. «Все мы сверхпроницательны!» — утверждала вывеска у входа. На площади уже собралась небольшая толпа. Роберта видела мостки, ведущие к другим понтонам и множеству пришвартованных судов, часть которых не уступала размерами «Тузитале».

— Как Мондорама успела разместить свои аттракционы в столь короткое время? — спросила невольно удивленная колдунья.

— Ярмарочная наука, приложенная к требованиям лагуны, — ответил Грегуар. — Смотри, Лилит. Великан!

Мимо них, разбрасывая проспекты, прошествовал гигант на ходулях, Грегуар осторожно снял один из них с головы Роберты.

— Великий Чин-Хун Су и его алхимические секреты, — прочел он. — Сеанс в десять часов в «Никель-Одеоне». Первое отделение: четвертование гуттаперчевой женщины. Мы не можем пропустить это!

На противоположной стороне площади стоял шарманщик. А на музыкальном ящике крутила сальто макака. Лилит потребовала, чтобы ее поставили на землю, и побежала к гадальщику. Грегуар и Роберта поспешили за ней, рассекая толпу.

— Надо сунуть ей в сумку вашего Густавсона, — посоветовала Роберта. — Если она потеряется, будет легче ее найти.

— Вы правы.

Грегуар уложил ежа в сумочку в виде кролика, которую Лилит носила на спине. Роберта уловила обмен мыслями между супругами Густавсон. Мадам упрекала мсье в том, что тот без сопротивления позволил сунуть себя в кролика, — колдунья разделяла ее возмущение. Лилит восхищенно приплясывала перед шарманщиком.

— Послушайте, — заговорил Грегуар, заметив гримасу Роберты. — Мы можем сегодня провести замечательный день отдыха. Ежи с нами. Или вы предпочитаете сидеть взаперти в апартаментах Амфитриты? «Тузитала» снимется с якоря только вечером. Беспокоиться будем потом.

Профессор истории походил на юного сорванца. Роберта никогда не видела своего спутника в таком состоянии.

34
{"b":"31009","o":1}