ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Хорошо, давайте колье, — прохрипел Мартино.

— Левая рука с торчащим указательным пальцем вытянута вверх, правая — на бедре, нога должна служить продолжением руки, — напутствовала их Роберта.

— Зачем? — удивился Мартино.

Роберте пришлось приложить немало усилий, сгибая его, как куклу, чтобы заставить принять то положение, в котором она хотела его видеть. Луи Ренар ловко повторил позу Мартино. Колдунья отступила, чтобы оценить эффект.

— Превосходно. Настоящие звездные семена. Какая аэродинамика! Вы окажетесь на Луне быстрее, чем я произношу эти слова.

— Когда же вы дадите нам эти чертовы колье? — напомнил Мартино, ощущая смехотворность ситуации.

Роберта накинула колье на шеи путешественников. Луи стартовал первым, Клеман последовал за ним через секунду.

— Благодарим вас за посещение Улуфануа! — крикнула Роберта в небо.

Покинула площадку, взгромоздилась на скутер и направилась к дому. Если удастся реализовать их немыслимый план, Кармиллу Баньши ждет неприятный сюрприз, мысленно радовалась колдунья.

Услышав рев скутера, Грегуар вышел на веранду вместе с Клод Ренар. Зрелище было сказочным — хлопающее по ветру пончо, подпрыгивающая на каждой кочке машина. Но в ста метрах от дома Роберта резко затормозила и спрыгнула со скутера.

— Что происходит? — спросила Клод.

Грегуар спустился на газон, следя за Робертой. Она бежала к опушке леса. А из-под сени деревьев вышел кто-то с красным пакетом в руках.

— Это Роберт Луи, — узнала мужчину Клод. — Похоже, он кого-то несет...

— Лилит! — завопил Грегуар и бросился к лесу.

ГЛАВА 55

В трех тысячах пятистах километров от Тонги и сорок восемь часов спустя Уильям Путифар совершал утренний моцион. Президент и генеральный директор морских верфей «Путифар», личность, известная всему миру, был специалистом по плотинам, понтонам и платформам. Громадные плавучие структуры, рождавшиеся в бухтах Тасмании, где он жил, предлагались всем, у кого хватало денег. Его сооружения давали возможность вернуть земли, поглощенные Потопом. Так было воссоздано побережье Калифорнии, как, впрочем, и города Дубай и Абу-Даби.

Путифар был предпринимателем. И поскольку одержал не одну победу над лагуной, считал себя благодетелем человечества.

Сейчас он шел к насыпному холму в отдаленном уголке своих необъятных владений. Аборигены считали этот холмик священным соском и восстали против его намерения воздвигнуть на нем беседку. Чума на них! Канальями занялась личная полиция Путифара. Ему был нужен священный холм, с незапамятных времен служивший местом ритуальных танцев. Отсюда открывался панорамный вид на верфи, тянувшиеся на многие километры. И он любил здесь завтракать, созерцая дело рук своих.

Стол был уже накрыт. Путифар уселся в беседке, завязал на шее салфетку и срезал верхнюю часть сырого яйца, стоявшего перед ним. Понюхал его, потом зачерпнул кофейной ложечкой содержимое и отведал его, церемонно отставив мизинец. Сказочный вид фиолетовых облаков, которые отражались в лагуне, оставлял его равнодушным. Вызывал воодушевление и аппетит только вид на главный бассейн верфей. Там строилось сооружение, самый крупный заказ на сегодня, сделанный Клубом состоятельных.

Плот титанических размеров мог нести указанный заказчиком груз и выдержать любой ураган. Тесты на остойчивость прошли на ура. Теперь за дело возьмутся архитекторы и декораторы, которые придадут окончательную форму проекту, который, пока еще, увы, не походил на плавучий город для миллиардеров. И все же Путифар был доволен. Работы шли точно по графику. Клиент, который направлялся на верфи, наверняка будет удовлетворен.

Считая, что день начался под благоприятным знаком, лорд Уильям решил отведать второе сырое яйцо, но его внимание привлекло движение над головой. Он поднял голову, рефлекторно бросился на землю и скатился вниз с холма, как бочка, несущаяся по крутому склону.

С неба прямо на беседку рухнуло нечто колоссальное, превратив ее в блин. Это был бронзовый гигант высотой тридцать метров. Он, слегка прихрамывая, неловко спустился с холма. Его левая нога уходила в грунт лужайки, за которой любовно ухаживали садовники, глубже правой. Что не помешало ему решительно направиться в сторону расположенных ниже верфей.

Уильям Путифар увидел, как чудовище одним прыжком перемахнуло через широкую канаву, вырытую вокруг его владений, и продолжило путь к верфям. Заметив его, рабочие пустились наутек. Если оно решило все разрушить, помешать ему никто не мог.

Колосс остановился и со скрипом повернул голову. Казалось, он что-то ищет. В конце концов он направился к плотине, к которой был пришвартован гигантский плот. Дойдя до конца причала, он спрыгнул в воду, вцепился в цепи, которые держали будущий город у суши, и вырвал их. Перекинул через плечо и направился в открытое море, таща громадную платформу за собой.

Путифар был умелым строителем, но умел и считать. Он побледнел, подумав о том, что город Верн был застрахован от всех возможных и невозможных рисков, кроме кражи.

ГЛАВА 56

При рождении его нарекли Баба Ран Янтра. В возрасте десяти лет — и после прочтения повествований Марко Поло, который останавливался в стенах его родного караван-сарая, — он выбрал себе гражданское имя Марк-Поль Морелли. Визитеры с Запада звали хранителя святилища Жантар Мантар просто Морель.

Караван-сарай, обычно тихий и мирный, гудел от криков и топота лошадей. Гидросамолет Кармиллы Баньши ожидался с минуты на минуту. Морель, привыкший к более скромным гостям, немного побаивался предстоящей встречи. Но, будучи опытным арбитром по колдовским делам, он не отступил перед грядущим испытанием. Более того, будучи истинно светским человеком, он не позволил внутреннему возбуждению вырваться наружу. Его восточное лицо могло служить образцом невозмутимости. Безупречный костюм тибетского покроя придавал ему вид принца.

— Пифия прибыла? — спросил тот, кто сопровождал его по залам и внутренним дворикам с самого утра.

Посланец приехал на «хаммере» вместе с двумя друзьями накануне вечером. Они добрались до святилища по старой китайской дороге. Чудо, что они не свалились в пропасть. Сюда обычно попадали по воздуху или по тропе паломников.

— Она здесь, — ответил Морель. — Ее самолет приземлился вчера. С сотней амазонок и одним Карнутом. Я потребовал, чтобы женщины-солдаты оставили оружие в прихожей. Можете мне поверить, что не все прошло гладко.

— Она обвела нас вокруг пальца, как и остальные, — пробурчал Ванденберг. — Я просто взбешен. Надо же, именно я учил Кармиллу арканам волшебства!

Морель только слушал, поскольку роль хранителя Жантар Мантара — обширной мозаики дворцов, монастырей и пещерного жилья — требовала соблюдения нейтралитета. Они пересекли зал, откуда еще не убрали венецианское зеркало. Морель вспомнил о вдове Винчестер и обругал слугу, оказавшегося рядом.

— Унесите зеркало в запасник. Обеспечьте, чтобы ни одного не было на пути ее следования.

Они продолжили путь и вышли во дворик, выложенный красной керамической плиткой. Ванденберг действовал осторожно, словно ступал по яйцам. Главным было привлечь арбитра на свою сторону. Он вернулся к дискуссии, которую они вели почти все утро, настаивая на том, что Баньши вызвала к жизни древние страхи и ужасы.

— Она сознательно дала жизнь маленькой девочке, осужденной на весьма короткую жизнь... с целью соблазнить Дьявола!

Отто не хватало слов. Ситуация говорила сама за себя. В области бесчестья остальные адепты черной магии были по сравнению с Баньши несмышленышами из детского хора.

— Гарнье опоил вас зельем. Винчестер солгала. Оракул пустил по ложной дорожке, — подвел итог Морель. — И все же Совет будет проходить с соблюдением всех процедурных форм. Новая ситуация, которая выявится в результате дискуссии, станет истинным отражением реальности.

61
{"b":"31009","o":1}