ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Я вас заждался, — ворчливо сказал он Пишенетту.

— Альбатрос, представьте себе, был под охраной. И аккумуляторы наполовину разряжены. К тому же я не привык водить такой осадный танк… Куда теперь? Следуем за цыганами? Пиратами?

Роземонд подошел к ограждению и глянул на лагуну, стелившуюся в трехстах метрах под ними. Исторический квартал преодолевал брешь в плотине и выходил на простор моря. Подводная лодка виднелась под ним в виде черного веретена.

— Держите курс. Мы отыщем пристанище в ближайшем порту суши. Потом вернемся в Базель.

— Что?

— С нами должна отправиться еще одна крохотная персона.

— Ничего себе! — бросил разъяренный Пишенетт. — Возвращаться в Базель за крохотной персоной! Вы излишне человечны!

Роземонд положил руку на плечо писателя. Перед Пишенеттом пронеслись образы, способные напугать даже чудище, и он тут же углубился в карты, чтобы найти ближайший порт, где им следовало остановиться.

ЭПИЛОГ

Цыгане нашли приют в свободном порту Валломбрез в регионе, который когда-то назывался Тосканой. Высокие холмы, покрытые кипарисами и оливами, выделялись на фоне лазурного неба. Отто Ванденберг и Роберта Моргенстерн гуляли в саду. В воздухе бились разноцветные ленты на майских деревьях.

— Полагаю, у вас солидные улики, чтобы выдвигать подобные обвинения, Роберта. Чума! Дело будет не простым.

— Читайте. Вам станет яснее.

Роберта протянула ему дневник майора Грубера, раскрытый на нужной странице, и отошла к балюстраде. Виктор III Луи Ренара стоял рядом на рейде. Подлодка его брата стояла в сухом доке. Пираты работали, распевая песенку, хорошо знакомую колдунье. Но ветер и расстояние мешали узнать мелодию. Отто подошел к ней и молча вернул дневник.

— Арчибальд Фулд, послав майора Грубера в Мехико, чтобы устроить западню графу Палладио, дал ему приказ доставить генетический код Дьявола. Грубер подобрал окурок, пропитанный слюной. И больше никогда не слышал о нем. Об этом он и говорит. Странное совпадение, не так ли?

— Дневник был частью наследия?

— Да и нет. Он находился в доме. Его нашел Мишо, когда искал копии досье на улице Мимоз.

— Они осуществили роды ребенка дьявола… — пробормотал Ванденберг, пощипывая бородку.

— Вы видели его могущество? Небеса повиновались ему. Эфир стоит на ушах после того, как Фулд якобы остановил дождь. Сюзи в смятении, но уверена в одном — в мир явилось исключительное существо. Я полагаю, за всем этим беспорядком стоит ребенок. Могу поспорить на свое пончо.

— Никогда не делайте этого. Вы перестанете быть самой собой, — Отто скривился. — Фулд и Баньши затеяли игры с адским огнем, и результаты не замедлили сказаться. Получить девяносто девять процентов голосов… Макиавелли может отдыхать.

Они прошли по аллее пальм, высаженных накануне цыганскими пейзажистами.

— Вы думаете о Грегуаре, — догадался ректор. — Не беспокойтесь за него. Королева видела его отлет.

— Но не видела его возвращения.

— У этого человека невероятный потенциал. И если есть среди нас специалист по Дьяволу, то это наш профессор истории. Он приедет к нам только из профессиональной честности. Ладно. Мне пора. Отцы-бенедиктинцы выразили пожелание попытать шанс с Книгой. Они ждут меня в Большом Коньке. Представьте себе избранника в сутане!

Ванденберг фыркнул и оставил Роберту с ее мыслями. Она завернулась в пончо и спустилась на набережную Исторического квартала. На Виктор III готовилась отплыть лодка. Колдунья попросила захватить ее. Лодка пересекла рейд, и Роберта поднялась на борт подлодки, которую красили пираты. Никто не обратил на нее внимания.

Роберта ощутила окарину в кармане. Она не играла на ней с момента пребывания на муниципальной каторге. В такой дали от Базеля она не надеялась отыскать своего ежа-телепата.

Один из пиратов пел, покрывая корпус судна суриком.

Роберта нахмурилась. Удивительно, что этот парень напевает мелодию битлов, сказала она себе. С другой стороны рубки запел другой пират, и тоже о желтой подлодке.

Роберта сделала шаг вперед, пытаясь не запутаться в пончо. Третий пират красил трубу перископа. Четвертый голос доносился из рубки.

— Скажите мне, что я сплю, — пробормотала колдунья.

Спустилась к рубку управления, остановилась, прислушалась. Песня доносилась с кормы лодки.

— Простите, простите, — извинилась она, бросаясь на голос, чтобы не утерять нить Ариадны.

Она пробежала мимо кока, который напевал припев. Еще дальше юнга стучал разводным ключом по трубам.

Пираты замолчали, а Роберта возликовала.

— Ганс-Фридрих! — закричала она, узнав мысль ежа.

Ей уже не были нужны битлы и их желтая подлодка. Еж-телепат вел ее словно маяк. Она нырнула в чрево судна, добралась до отделения главного вала, где было теплее всего. За ее спиной весь экипаж пел.

Она отыскала ежа в углу, где складывали тряпки. Он задрожал от удовольствия, когда она прижала его к себе.

— Ганс-Фридрих! Крошка! Мне тебя так не хватало.

Она подхватила Густавсона под лапки и поднесла к лицу. Он был таким хрупким и обеспокоенным.

— Мог все же дать знать о себе. Я вся извелась. — Она выслушала ответ ежа. — Не мог поступить иначе? Почему не мог сделать иначе?

Еж объяснил. Роберта вытаращила глаза. Присела, поставила счастливого папу на пол и осторожно приподняла тряпки, которые накрывали потомство. Восемь ежат прижимались к мамаше, которая сухо поздоровалась с предыдущей хозяйкой мужа.

— Куча Густавсят, — вздохнула она. Чмокнула в нос родителей. — Браво. Вы славно поработали.

Подлодку охватило настоящее безумие. Половина пиратов орали во весь голос про желтую подводную лодку.

Остальные, используя все средства в качестве ударных, отбивали ритм:

— Пум, та-пум, та-пум, та-пум…

— Мой малыш Ганс-Фридрих, полагаю, они отстают на четверть такта, — сказала Роберта, нахмурившись.

Достала окарину, протерла о пончо и поднесла к губам.

59
{"b":"31010","o":1}