ЛитМир - Электронная Библиотека

Мы с Ляшеналем энергично протестуем, но, кажется, наш энтузиазм слабо действует на товарищей. Несмотря на свою силу, Террай с большим трудом справился с этим снегом, ежедневно заметающим следы, с этими крутыми склонами, которые приходится преодолевать метр за метром, с высотой, подтачивающей физические силы и моральный дух. Однако он не решается подробно говорить об этих препятствиях, не хочет поколебать нашу решимость.

– Мы идем вверх, – твердо говорю я. – Если мы спустимся, значит, вершина взята. Все или ничего!

Чувствую, что Ляшеналь настроен так же решительно, как и я.

Друзья желают нам удачи, но в их взглядах я читаю сомнение. Теперь дело за нами.

Атакуем склон. К счастью, Ребюффа и Террай, спускаясь, уже проложили путь. Анг-Таркэ, Саркэ, Ляшеналь и я поочередно ведем группу, улучшая следы. Работа не очень утомительна. Однако Анг-Таркэ поражен технической сложностью маршрута. Панзи уже говорил ему, что никогда ранее ни на Эвересте, ни на Канченджанге не встречались подобные участки. Шерпам впервые приходится заниматься сложным лазанием на льду и преодолевать вертикальные стены. Однако все идет хорошо, и мы продолжаем свой сложный путь, тратя гораздо меньше сил, чем в предшествующие дни. Это еще раз показывает, что акклиматизация при гималайских восхождениях является решающим фактором. Жара становится нестерпимой, и, когда мы добираемся до лагеря III, пот стекает с нас ручьями.

Как он чудесен, этот лагерь, затерянный высоко в горах, в маленькой, забитой свежим снегом трещине! У него такой уютный вид!

Надо беречь силы. Сегодня дальше не пойдем. Проведем остаток дня лежа в спальных мешках, а шерпы передадут нам ужин из палатки в палатку.

Хорошая погода как будто установилась. На этот раз счастье нам улыбается, мы пойдем до конца.

Шерпы тратят бездну времени, чтобы приготовить чай, так как на этой высоте эффективность примусов резко снижается. Выкурены сигареты, шерпы и сагибы проглатывают предписанные врачом пилюли, и уже в сумерках лагерь III погружается в сон.

Утром мы спокойно ждем, пока появится солнце, так как по плану сегодня мы должны подняться только до лагеря IV. Вряд ли это займет больше четырех часов. Правда, нам придется перенести этот лагерь несколько выше и установить его непосредственно на самом гребне "Серпа".

Каждый занят своим делом. Я снимаю несколько кинокадров. Далеко внизу, на плато, виднеется лагерь II, теперь уже напоминающий настоящий поселок. Рядом с высотными «гробиками» стоят большие общие палатки; лагерь выглядит совсем как базовый.

– Лионель и Гастон, наверное, отдыхают, – замечает Ляшеналь.

Вскоре мы выходим, чтобы использовать сравнительно приличное состояние снега. Это позволит нам добраться до лагеря IV быстрее, чем мы рассчитывали.

По пути я делаю несколько снимков, в частности снимаю переход через подгорную трещину перед плато, где расположен лагерь IV. Погода по-прежнему хороша. Анг-Таркэ и Саркэ идут прекрасно, первый в связке с Ляшеналем, второй – со мной.

Аннапурна - shturm.jpg

1. Лагерь IV; 2. Лагерь IV-бис; З. Лагерь V; 4. Восточная предвершина; 5. Вершина 8075 метров. + местоположение трещины

Еще рано, и мы успеем перенести лагерь на гребень "Серпа". Настроение повышается, так как дальше никаких технических трудностей уже не предвидится.

Быстро снимаем одну из палаток, забираем также продукты и снаряжение.

– Ледяной склон, выводящий на гребень "Серпа", довольно короткий, – говорю я Ляшеналю. – Мы должны пройти его за час.

Анг-Таркэ и Саркэ спустятся обратно и проведут ночь на старом месте, где мы оставляем одну палатку. Завтра рано утром они ее снимут и перенесут наверх. Отсюда мы двинемся в путь к будущему лагерю V.

Начинаем штурмовать склон. Нагруженные, как ишаки, проваливаемся в свежий снег по пояс.

Однако толщина снега быстро уменьшается: вскоре остается лишь тонкий «гнилой» слой, прилипший ко льду. Крутизна такая же, как на самых сложных ледовых альпийских маршрутах.

Идти на кошках на такой высоте нелегко, и мы пыхтим, как паровозы. Время от времени рубим ступени, но чаще обходимся без них.

Шерпы лезут с опаской. На льду они не виртуозы, однако, боясь отстать, они «жмут» изо всех сил. После двухсот метров трудного и опасного подъема вылезаем на край гребня. Ляшеналь, идущий первым, осматривает окрестности, пока я бросаю взгляд на пройденный путь. Площадку для лагеря мы выбираем там же, где вышли на гребень, у подножия симпатичного серака. Место идеальное, защищенное от ветра как самим сераком, так и небольшим ледовым гребешком, являющимся естественным экраном.

Ляшеналь в восторге:

– Когда мы все устроим, будет так же уютно, как в моем домике в Шамони!

Немедленно принимаемся за дело. Вскоре палатка установлена. Уже далеко за полдень, и я отсылаю Анг-Таркэ и Саркэ в нижний лагерь IV. Они уходят несколько обеспокоенные, так как им предстоит сложный спуск. Я уверен, что Анг-Таркэ не поленится вырубить по пути дополнительные ступени и в случае необходимости соорудит сверху донизу настоящую лестницу…

– Good night, sir!

Крепкие рукопожатия, и наши шерпы скрываются из глаз; мы уже начинаем устраиваться на ночь. Постепенно наплывает туман, поднимается ледяной ветер, бросающий в лицо колючие снежинки.

Аппетита нет ни у меня, ни у Ляшеналя. Однако мы пересиливаем себя и готовим чай. Одновременно выкладываю в ряд всю коллекцию пилюль и порошков, которые Удо строго-настрого приказал нам принимать.

Несмотря на предсказание Ляшеналя, комфорт весьма относителен. Мы поспешно залезаем в спальные мешки, не забыв запихнуть туда же ботинки, чтобы они не замерзли. Ночь проходит превосходно.

На рассвете с тревогой выглядываю из палатки. Восходит солнце, небо чистое, очень холодно.

Сегодня муссон, кажется, нас еще помиловал. Настроение сразу поднимается, так как последние известия нагнали на меня страх. Мы сейчас идем наперегонки со временем.

Сразу после прихода Анг-Таркэ и Саркэ перераспределяем груз и собираем рюкзаки. Скорее прочь от этого серака, где так холодно! Уходя, оставляем здесь одну палатку. Вторую берем для лагеря V.

Длинный траверс влево по леднику «Серпа» позволяет обойти зону разорванных сераков. Таким образом мы попадаем на дно очень широкой, лежащей среди крутых снежных полей ложбины, где препятствий немного.

Идем молча, с полным напряжением. Груз прижимает к земле. Каждый размышляет о том, что нас ждет в ближайшие дни. Меня больше всего беспокоит муссон; сегодня 2 июня, вряд ли можно надеяться больше чем на четыре дня хорошей погоды.

За четыре дня все может быть сделано. Но нельзя терять ни минуты. Теперь у нас в руках важный козырь: на этом большом снежном поле не встретится никаких технических трудностей. Это вызывает в нас непоколебимую уверенность.

Ни Ляшеналь, ни я ни на минуту не сомневаемся в победе.

Мы часто останавливаемся, чтобы достать конфету или кусок неизменно соблазнительной нуги. Обернувшись, мы видим головокружительное зрелище: плато лагеря II выглядит как носовой платок, большой ледник Аннапурны, на пересечение которого требуется больше часа, кажется отсюда малюсенькой ледяной полоской. Вдали, за Большим Барьером, отчетливо виден Тибет, слева Дхаулагири частично закрыт громадной скальной стеной Аннапурны. Зигзаги наших следов виднеются на всем протяжении маршрута.

Разорванный ледовый гребень под самой вершиной производит странное впечатление. Он как будто причесывает густую шевелюру снежных вихрей, вздымаемых ветром. Разорванные клочья тумана проносятся над нами. Прямо над головой вздымается ввысь скала розоватого цвета, имеющая форму птичьего клюва. К этому "Птичьему Клюву"[94] ведет острое как нож скальное ребро.

– Уж как-нибудь мы отыщем местечко на этом ребре, чтобы установить наш "гроб"! – говорю я Ляшеналю во время остановки.

вернуться

94

Она очень похожа на "Птичий Клюв" Грепона в массиве Монблана

40
{"b":"31011","o":1}