ЛитМир - Электронная Библиотека

Итак, первая битва при Маг Туиред продолжалась четыре дня, и обе стороны понесли тяжелые потери. Герой клана Фир Болг, Сренг, сразившийся с Нуадой, королем богов, нанес ему страшный удар и отрубил королю руку и половину щита. Гораздо меньше повезло Эохаиду, королю клана Фир Болг: он поплатился жизнью. Жестоко страдая от жажды, он с сотней уцелевших воинов отправился на поиски воды. Враги преследовали их вплоть до берегов Бали-исадара в Слиго. Здесь король попытался отбиться от преследователей, но был убит, и на его могиле был насыпан курган. Оставшиеся в живых воины клана Фир Болг, числом не более трехсот, решили сражаться до последнего и не сдаваться. Однако бойцы Туатха Де Данаан предложили им во владение пятую часть Ирландии, какую они сами пожелают выбрать. Фир Болг согласились и выбрали Коннахт, ставший с тех пор их пристанищем на многие века, так что даже в XVII веке там можно было встретить людей, считавших себя потомками Сренга.

Письменные свидетельства об этом событии отличаются исторической достоверностью и, лишенные всякой мифологизации, резко контрастируют с описанием другой битвы того же названия, в которой Туатха Де Данаан сражались с полчищами фоморов. В Конге, расположенном неподалеку от места этой исторической драмы, сохранились архаические предания о них. На равнине «южной Маг Туиред» (как ее стали назвать, чтобы отличить от другой равнины — «северной Маг Туиред») сохранилось немало каменных кругов и курганов. Особенно много каменных кругов в окрестностях самой деревни; местные предания утверждают, что в старину их было гораздо больше, но их камень пошел на постройку стен и дамб. На месте, считающемся ареной древней битвы, тут и там встречаются большие пирамиды из камней. Ирландский хирург и любитель древностей сэр Уильям Уайльд, отец знаменитого Оскара Уайльда, пишет в своей книге «Луг Корриб: камни и острова», что его буквально поразило неожиданное сходство между деталями описания легендарного сражения, представленного в одном старинном манускрипте, и сохранившимися до наших дней преданиями, связанными с этими курганами, кругами и пирамидами. Это сходство говорило лишь об одном: свидетельства преданий имели абсолютную историческую достоверность. Некоторые совпадения весьма любопытны. Уайльд считал, что «клан Фир Болг» представлял собой колонию племени белгов, а «Туатха Де Данаан» были племенем данов. Однако племя богини Дану имеет столь явные мифические черты, что бесполезно и бессмысленно пытаться искать реальный его прототип в земном мире. Поистине сверхчеловеческие черты резко отличают Туатха Де Данаан от клана Фир Болг. В эпическом цикле об их подвигах со всей определенностью говорится о том, что Туатха Де Данаан — существа божественно плана, тогда как кланы Фир Болг, Фир Дхомхнанн и Фир Гаилиоин — такие же смертные люди, как и прочие жители Ольстера. Позднейшие исторические свидетельства упоминают о милесианских королях и о том, что трем указанным кланам было разрешено — при непомерно высокой арендной плате — селиться также в других районах Ирландии, за пределами Коннахта. Именно они в античных и средневековых анналах и хрониках нового времени именуются древнейшими жителями этой страны. По-видимому, истина в данном случае заключается в том, что вся эта история войны между богами и кланом Фир Болг — плод домыслов сравнительно более позднего времени. В наиболее ранних документах есть упоминания лишь об одной битве при Маг Туиред. Появление своего рода «битвы-двойника», по всей вероятности, следует отнести к XI веку, а ее автор вполне мог воспользоваться легендами, повествующими о подлинном сражении, в котором в старину встретились два неизвестных войска, положив этот эпизод в основу своей компиляции. Она не имеет никакого отношения к подлинно мифологическому преданию о некой грандиозной битве, в которой Туатха Де Данаан, боги гэлов, сражались с фоморами, богами иберийцев.

Очень интересна и даже забавна легенда, сохранившаяся в Книге Бурой Коровы. Она озаглавлена «Легенда о Туан Мак Кэйрелле»; в ней излагается своя собственная версия вторжения иноземцев в Ирландию.

Согласно этой легенде, святой Финнен, ирландский аббат, живший в VI веке, отправился с мирной миссией к некоему вождю по имени Туан Мак Кэйрелл, жившему неподалеку от монастыря Финнена, в деревушке Мовилл, графство Донегал. Туан отказался принять его, и святой целое воскресенье терпеливо просидел на пороге у двери вождя, пока, наконец, суровый воин-язычник не впустил его в дом. Так между ними установились добрые отношения, и святой спокойно вернулся к своим монахам.

«Туан — человек добрый, — сообщил он им. — Он скоро придет к нам и поведает древние ирландские предания».

Этот понятный человеческий интерес к старинным мифам страны, по наблюдению многих исследователей, является характерной чертой, на которую постоянно указывают литературные памятники первых веков распространения христианства в Ирландии.

Вскоре после этого Туан действительно нанес святому ответный визит и пригласил его со своей братией посетить его крепость. Монахи спросили вождя, как его имя и откуда он родом, и были поражены его ответом. Вождь заявил: «Меня зовут Туан, сын Кэйрелла. Однако прежде я носил другое имя: Туан, сын Старна, сына Серы; мой отец, Старн, был братом Парталона».

«Поведай же нам историю Ирландии», — обратился к нему святой Финнен, и вождь начал свой рассказ.

Парталон, по его словам, был первым человеком, поселившимся в Ирландии. После страшного мора удалось выжить одному Туану, «ибо в старину никогда не бывало, чтобы после боя не оставалось хотя бы одного человека, который мог бы рассказать о случившемся». Туан остался один на всем острове, бродил от одной опустевшей крепости к другой, от скалы к скале, пытаясь найти укрытие от волков. Так он прожил в одиночестве целых двадцать два года, скитаясь по безлюдным пустыням, и в конце концов состарился и совсем одряхлел.

"В те времена Ирландию захватил Агноман, сын Немедха. Он [Агноман] был братом моего отца. Я видел его с вершины утеса и постарался держаться подальше от него. Я весь оброс волосами, поседел, стал морщинистым и дряхлым, был наг и страшен на вид, словно зверь. И вот однажды вечером я заснул, а когда проснулся утром, обнаружил, что превратился в оленя. Я снова стал молодым и полным жизненных сил и запел о приходе Немхеда и его клана и о своем собственном нежданном превращении: «Теперь я принял новый облик, и кожа у меня разгладилась; меня переполняет радость и чувство неожиданной победы: еще вчера я был и слаб, и беззащитен!»

19
{"b":"31016","o":1}