ЛитМир - Электронная Библиотека

Однако их отношениям недолго суждено было оставаться такими дружескими. Из двух сыновей жены Ллира, Пенардун, матери Манавидана, первого звали Нисен, а второго — Эфнисен. Нисен более всего на свете любил мир и покой и всегда мог «примирить между собой своих братьев, даже если между ними вспыхнула ссора». Эфнисен же, наоборот, «мог мигом поссорить между собой братьев, даже когда те мирно беседовали». И вот теперь Эфнисен был вне себя от ярости: с ним ведь не посоветовались, решив выдать Бранвен замуж. В отместку за это он коварно отрезал губы, уши, брови и хвосты всем коням Матолвха и его свиты.

Когда король Ирландии узнал о случившемся, он был буквально взбешен нанесенным ему оскорблением, но Бран дважды посылал к нему послов, объяснив, что все это было сделано без его ведома, чтобы поссорить их. Он обещал в качестве возмещения отдать Матолвху здорового скакуна за каждого коня, покалеченного Эфнисеном, а в придачу — поставец из серебра, ростом с самого Матолвха, и золотое блюдо величиной с лицо короля Ирландии. Помимо всех этих даров, он преподнес Матолвху волшебный котел, некогда украденный из Ирландии. Магическое свойство этого котла заключалось в том, что, если в него положить любого смертельно раненного воина, тот выздоравливал как ни в чем не бывало, правда при условии, что он не лишился дара речи. Король Ирландии с готовностью принял все эти дары, предал забвению нанесенное ему оскорбление, возобновил самые добрые, дружеские отношения с детьми Ллира и наконец отплыл вместе с Бранвен в Ирландию. Не успел миновать год со дня их свадьбы, как Бранвен родила сына. Родители нарекли ему имя Гверн и отдали его на воспитание самым достойным мужам Ирландии. Но на второй год до Ирландии докатились слухи об оскорблении. нанесенном Матолвху в Британии. Единокровные братья и родственники короля настаивали, что он должен жестоко отомстить и начать с самой Бранвен. И прекрасную королеву сослали мыть посуду и прислуживать на кухне, и каждый день повар отвешивал ей крепкую затрещину по уху. Однако Бран даже не подозревал об этом, ибо всякое сообщение между Ирландией и Британией было прекращено. Так продолжалось долгих три года.

Тем временем Бранвен потихоньку от других приручила певчего скворца, выучила его говорить, привязала к его крылу письмо, в котором рассказывала о своих бедах, и отослала птичку в Британию. В конце концов скворец нашел Брана, как и приказывала ему хозяйка, и, усевшись ему на плечо, опустил крылышки. Письмо соскользнуло наземь, и Бран тотчас прочел его. Вне себя от гнева он разослал гонцов в сорок четыре королевства, созывая войско в поход против ирландского короля. Поручив Британию попечению своего сына, Карадавка, и шести других сыновей, он поспешил к берегам Ирландии. Сам он шел по воде, как посуху, а его спутники плыли на кораблях. В самой Ирландии никто и не подозревал об их прибытии. Только пастухи-свинопасы, поившие стадо свиней у берега моря, заметили невероятное чудо. Прямо на поверхности моря возник лес — возник на том самом месте, где его никогда не бывало. Возле него поднялась в небо гора с остроконечным гребнем, а по сторонам ее раскинулись озера. И лес, и гора медленно приближались к берегам Ирландии. Свинопасы поспешно рассказали обо всем Матолвху, который никак не мог понять, что же там происходит, и послал к Бранвен спросить, что бы это могло быть. "Это идут мужи с острова Славы [87] «, — отвечала та, — они явились сюда, потому что услышали, как вы мучаете и унижаете меня. Лес, который вы видите, — это мачты их кораблей. Гора, которую видят ваши глаза, — это мой брат Бран, идущий по воде словно посуху. Острый гребень — это его нос, а озера по сторонам от него — это глаза моего брата».

Мужи Ирландии пришли в смятение. Они бросились к Шэннону и поспешно разрушили мост через него. Но Бран, как ни в чем не бывало улегся поперек реки, и воины преспокойно перешли по нему, как по мосту, на другой берег.

Тогда Матолвх решил прислать парламентеров с предложением заключить мир. Во искупление своей вины он предлагал уступить трон Ирландии Гверну, сыну Бранвен и племяннику Брана.

— А разве я сам не могу быть королем? — заявил Бран и не пожелал более вступать ни в какие переговоры.

Тогда советники Матолвха посоветовали ему умилостивить разгневанного Брана тем, что предложить воздвигнуть для него дворец, способный вместить и выдержать его, и добровольно отдать ему королевство. Бран согласился принять такой дар, и вскоре громадное здание было построено.

Однако строители оказались людьми коварными. По сторонам каждого из доброй сотни опорных столбов дома висели огромные кожаные мешки, в каждом из которых сидело по вооруженному до зубов воину, которые должны были в нужную минуту по условному сигналу разрезать мешок и выскочить наружу. Но Эфнисен, войдя в дом и заметив странные мешки, тотчас заподозрил неладное.

— Что это там за мешки? Что в них? — спросил он первого же ирландца, попавшегося ему на глаза.

— Мука, — отвечал ирландец. Тогда Эфнисен крепко ударил по мешку кулаком, как если бы в нем действительно была мука, и принялся колотить по нему до тех пор, пока не убил воина, сидевшего внутри. Точно так же он поступил и со всеми остальными мешками.

Через некоторое время оба войска встретились в огромном дворце. Мужи Ирландии вошли через одни ворота, а воины Британии — через противоположные. Встретившись в самом центре громадного зала, они уселись друг против друга. Ирландский двор принял Брана с королевскими почестями, а затем состоялось коронование Гверн, сына Бранвен. Гверн был провозглашен королем Ирландии вместо Матолвха. Затем, когда торжественная церемония была окончена, мальчик подошел к каждому из своих дядей, чтобы поближе познакомиться с ними. Бран улыбнулся ему и погладил его по головке; точно так же поступили и Манавидан с Нисеном. Но когда очередь дошла до Эфнисена, коварный сын Пенардун схватил доверчивого ребенка за ноги и швырнул его головой в жарко пылавши очаг. Увидев своего сына мертвым, Бранвен попыталась было сама броситься в огонь вслед за ним, но Бран удержал ее. Тогда воины враждующих армий схватились за оружие, и началась такая сеча, которой никогда еще не бывало ни н одном дворце на свете. Битва продолжалась несколько дней подряд, но у ирландцев было явное преимущество, ибо они поскорее опускали своих убитых в тот самый волшебный котел, и те выходили из него целыми и невредимыми. Узнав об этом, Эфнисен решил найти способ как-нибудь искупить все те несчастья, которые его злобная натура навлекла на Британию. Он принял облик одного из убитых ирландских воинов, и его вместе со всеми остальными тоже положили в котел. Тогда он магическим путем раздулся, став настоящим великаном. Котел лопнул, а вместе с ним лопнуло и сердце самого Эфнисена. После этого силы сторон вновь уравнялись, и в следующем сражении мужи Британии перебили ирландцев всех до единого. Но и из них целыми и невредимыми остались лишь семеро: Придери, Манавидан, Глюней, сын Тарана [88] , Талиесин Бард, Инаваг, Грудиен, сын Муриела, и Хейлин, сын Гвинна Старого.

84
{"b":"31016","o":1}