ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Ира в ответ на эти крики-вопли меланхолично повторяла, что Игорь, как ей раньше казалось, приличный человек, а приличный человек к ужину должен прилично одеться. Но Игоря эти доводы не прошибали, поэтому он продолжал орать:

– И ты снимай свое черное платье с жемчугами и декольте. Ты что, с ума сошла? Разве можно в Турции ходить на ужин в таком виде? Да тебя немедленно похитят сексуально настроенные местные кадры! Ты только посмотри на себя! Это же неприличное платье! Через это декольте виден даже цвет твоих носков!

– Серег, – обратился Игорь к приятелю. – Скажи ей, что в таком платье на ужин ходить неприлично. Ты видишь цвет ее носков?

– Вижу, – признался Сергей. – Но это вовсе не из-за декольте.

– Все равно! – не унимался Игорь. – Декольте – ужасно неприличное! В нем все видно. Вот ты скажи – что ты видишь в этом декольте?

Сергей покраснел.

– Да скажи ему, не стесняйся, – посоветовала Ира. – Я-то переживу, а вот ему – деспоту, мещанину и собственнику – будет стыдно.

– В этом декольте, – осторожно сказал Сергей, – я вижу краешек восхитительной девичьей груди.

– Видала? – торжествующе сказал Игорь Ире. – Он всю твою грудь видит.

– Не всю, – заспорила Ира, – а только краешек. Он сказал – краешек.

– Это он из любезности, – пояснил Игорь. – Равно как и фраза «восхитительная девичья».

– Але? – оскорбилась Ира. – Что ты имеешь против моей груди?

– Я против твоей груди ничего не имею, – сказал Игорь. – Но я имею против турок, которые тоже ее будут разглядывать.

– Короче, – сказала выведенная из себя Ира, – ты в этом декольте видишь соски?

– Нет, – признался Игорь. – Чего не вижу – того не вижу.

– Ну и все, – торжествующе сказала Ира. – Раз соски не видны, значит, все в порядке.

Игорь вопросительно посмотрел на Сергея. Тот пожал плечами – мол, святая правда. Раз соски не видны, значит, все приличия соблюдены. А девичья эта грудь или не девичья – уже не суть важно.

– Хм-м… – задумался Игорь. – Ну, предположим. Но, с другой стороны, я иду в шортах и майке, а ты рядом со мной – в вечернем платье. Это вносит диссонанс в нашу компанию. Я себя буду чувствовать неудобно.

– Ну и оденься прилично, – парировала Ира, – раз тебе неудобно.

Игорь сделал вид оскорбленной невинности.

– Ну ничего себе! – сказал он. – Это ты давай стягивай свою сексуально-эротическую пижаму для ужина. Народ ждет.

– Какой народ? – не поняла Ира.

– Народ в моем лице ждет, – объяснил Игорь.

– Теперь поняла, – сказал Ира и пошла в другую комнату переодеваться.

– Видал? – подмигнул Игорь Сергею. – Слушается, как миленькая. Учись, студент, как надо с женщинами разбираться. Они у меня и пикнуть не смеют.

– Да уж, – вздохнул Сергей. – Ты крут – однозначно!

– Вот ты, – сказал Игорь, – со своей Алкой все «ля-ля-сю-сю». Аллочка то, Аллочка сё… Вот она и сбляднула. А если бы порол ее каждую субботу, она и пикнуть бы не смела. Женщина, брат, должна чувствовать твердую руку…

– Игорь, гад! – раздался из другой комнаты дикий крик Ирины. – Если ты еще раз свои чертовы носки кинешь мне на кровать, а тебе оторву все на свете!

– Ой, – сказал Игорь. – Ирусик, прости меня! Я больше никогда так не буду! Только не бей, умоляю…

Но из комнаты уже вылетела разгневанная Ира, одним мощным движением швырнула Игоря на диван и стала его мутузить кулаками. Игорь орал и просил о пощаде.

– Але, молодожены, – сказал Сергей, – вы семейные сцены оставили бы на после ужина. Я жрать хочу, как медведь бороться. Если вы настроены больше чем на один раунд, я пойду без вас.

Ира неохотно встала с Игоря и сказала, что уже готова. Игорь тоже поднялся с дивана и начал было ныть, что вот здесь ему ушибли косточку, вон там потянули мышцу, а вот тут чуть было не сломали важный для мужчины орган… Но Сергей сказал, что еще две секунды и он уходит, поэтому Игорь быстро перестал ныть, после чего компания отправилась на ужин.

– Але! – внезапно сказал Игорь, когда они шли по улице. – А бухло-то мы забыли! Это все ты виновата, – набросился он на Иру. – Вот сейчас и побежишь за бутылками в наказание.

– Еще чего, – фыркнула Ира. – Тебе жаркий климат уже все мозги размягчил. Чтобы я двум мужикам бегала за выпивкой – не бывать такому!

– Ну пусик, – заныл Игорь, – ну сходи за бутыльком.

– И не проси, – отрезала Ира. – Я гордая девушка.

– Ну, раз гордая, – разозлился Игорь, – значит, обойдешься на ужине без своего «Мартеля».

– Ну и пожалуйста, – ответила Ира.

– Ну и все, – сказал Игорь.

– Ну и подавитесь своим «Мартелем», – сказала Ира.

– А вот грубить – необязательно, – заметил Игорь.

Ира разозлилась окончательно, хотела было что-то сказать, но потом передумала и отвесила Игорю пинка. Игорь – то ли от неожиданности, то ли ради хохмы – упал на пол, где стал валяться и завывать, как подстреленный шакал. Проходящий мимо народ смотрел на эту картину с недоумением.

– Слышь, чучело, хватит придуриваться, – решительно сказала Ира. – Народ же смотрит.

– Народ смотрит? – орал Игорь, продолжая валяться. – Пускай смотрит, как ты мне копчик сломала! Вот теперь неси меня на руках на ужин. Я сам дойти не в состоянии.

– Куда я попал? – с ужасом сказал Сергей. – Это вы мне каждый день будете такие концерты откалывать? Ничего себе отдых получится…

– Не реви, подруга, – сказал Игорь, бодро вскакивая, – у самой муж пьяница.

– Вот и ожил раненный в задницу боец, – прокомментировала Ира.

– Видал? – сказал Игорь Сергею. – Снова хамит. Зря мы ее на ужин взяли. Весь ужин нам испортила.

– Шуруй за бутылкой, быстро! – внезапно заорал он на Иру так, что проходящий мимо народ испуганно шарахнулся в кусты.

– Я с алкоголистами не разговариваю, – презрительно сказала Ира, продолжая идти.

– Ирусик, ну мы же по чуть-чуть, – снова заныл Игорь.

– А я тебе что – запрещаю? – удивилась Ира.

– Ирусик, ну мне же лениво за бутылочкой идти, – затопал ножкой Игорь. – Ну сходи, пусик. А я тебя поцелую в ляжку.

– Какой же ты противный! – с притворным гневом сказала Ира, развернулась и пошла по направлению к их номеру.

– Вот так вот, – подмигнул Игорь Сергею. – Политика кнута и пряника дает великолепные результаты.

– Слышь, Макаренко, – сказал Сергей. – Если мы через минуту не окажемся за столом, я беру машину и уезжаю в Москву.

– Друга я никогда не забу-у-у-у-уду-у-у-у, – завыл Игорь, переходя на трусцу. – Если с ним па-адружился в Маськве-е-е-е…

Сергей тоже прибавил ходу, и через минуту они уже подходили к ресторанчику.

Перед входом в ресторанчик наблюдалась интересная картина: рядом с этим заведением сходились перекрестком четыре дорожки, по которым туда-сюда сновало довольно большое количество народу, создавая впечатление муравьев, спешащих по своим делам. Но в самом центре перекрестка стоял человек, который резко выделялся из окружающей толпы. Причем выделялся он не внешним видом (мужик был похож на типичного «нового русского» средней руки, которых в Турции было примерно 60% отдыхающих: плотный, коренастый, с очень короткой стрижкой, здоровенным золотым цепаком на шее и непохмеленным взглядом), а полной неподвижностью, которая резко контрастировала с голодной суетой всех остальных. На лице у человека застыло страдальческое выражение, которое, впрочем, тут же сменилось неимоверной радостью, как только он увидел Сергея с Игорем.

– Мужики! – заорал человек, бросился по направлению к ним и принялся обнимать то Сергея, то Игоря, чуть ли не заливаясь слезами от радости.

– Але, пардон, – забормотал Сергей, пребольно тыкаясь носом в золотую цепь мужика, – чем, собственно, обязаны?

– Ну как? – удивился мужик, несколько ослабляя объятия. – Мы же вместе из аэропорта на автобусе ехали!

– Да? – удивился Игорь.

– Ну да! – подтвердил мужик.

– И что? – осторожно спросил Сергей, все еще не понимая, какое это может иметь значение.

10
{"b":"31037","o":1}