ЛитМир - Электронная Библиотека

Славик недоуменно посмотрел на Лелика. В его глазах читался немой вопрос.

– Ну перенервничал я, и что? – сварливо спросил Лелик. – Скажи спасибо, что ни во что не вклепались. Я вместо тормоза на газ нажал. Все эти бундесы чертовы. Довели человека.

Славик, ничего не говоря, полез во внутренний карман, достал оттуда маленькую «самолетную» бутылочку виски и протянул ее Лелику.

– Что это? – недоуменно спросил Лелик.

– Выпей, – сказал Славик. – Выпей, и тебя сразу отпустит. А то будет какое-нибудь смертоубийство. А мы нам нужны живые. Нам так больше нравится.

Лелик выхватил у Славика «мерзавчик», свернул ему шею и закапал пятьдесят граммов виски в горло.

– Вот и славненько, – сказал Славик. – Тем более что здесь полис все равно просто так тебя останавливать не будет. Сначала надо что-нибудь нарушить.

– Точно, – подал голос Макс. – Опять же у нас документы не на «Ауди», а на «Фольксваген», причем документы с исправлениями, а такие бумажки обычно недействительны.

– Очень приятно путешествовать по Европе, – сказал Лелик, – с такими добрыми и верными друзьями, на которых всегда можно положиться и у которых в любой момент найдется ободряющее слово.

– Не стоит благодарности, – радушно сказал Славик.

– Обращайтесь в любое время, – пискнул с заднего сиденья Макс.

Лелик вместо ответа снова нажал на газ, и машина покатилась к выезду с парковки…

Славик, как ни странно, оказался прав: виски привело Лелика в чувство, и он даже по Франкфурту ехал довольно спокойно, несмотря на то, что первый раз сам вел машину по другой стране и ему все здесь было очень непривычно – начиная от узких полос движения и отдельного светофора для каждой полосы.

– Ты не первый раз здесь рулишь, что ли? – поинтересовался Славик, которого поразило спокойствие Лелика.

– Здесь – в первый, – сказал Лелик. – Я за границей только в Египте на джипе катался. Но там, как ты понимаешь, дорог и знаков не было совсем. Ну и в Финляндии еще зимой. Но там совсем другое дело: все в снегу, кроме дорог, машин мало…

– Тогда завидую твоему спокойствию, – сказал Славик. – Я как-то за руль во Франции сел. Сохранил просто жуткие впечатления. Без памперса и базуки там ездить вообще нельзя.

– Вполне может быть, – согласился Лелик, куда-то сворачивая.

– Кстати, – сказал Славик. – А куда ты рулишь?

Лелик задумался. Он не знал, куда он рулил. Он просто ехал по городу, выполняя требования знаков.

– Я рулю, – сказал он Славику, – повинуясь инстинкту родового гнезда. А вот почему ты, штурман фигов, сидишь, ни черта не роясь в карте, я не понимаю. Где мы вообще ночевать будем? Где вообще все эти Бельгии и Голландии? И куда мы вообще собираемся ехать?

– А мне почем знать? – обиделся Славик. – Ты у нас командарм – ты и командуй.

Лелик задумался… Но одновременно думать и рулить было трудновато, поэтому он стал думать левым полушарием, а правым полушарием продолжал следить за дорогой. В результате этого он два раза наехал на довольно здоровый бордюр, а в голове вместо предполагаемого маршрута возник почему-то образ Киркорова, одетого летучей мышью. Лелик испугался и остановился совсем, включив аварийный сигнал, после чего стал держать военный совет.

– Значит, так, – сказал он приятелям. – В Германии мы сейчас болтаться не будем. Я предлагаю отправиться в Голландию и сразу решить там все проблемы: обкуриться, пожениться и посетить Музей Ван Гога. После этого можем скататься в Бельгию, Францию и, наконец, Германию, откуда вылетаем на родину.

– Что-то ты для Голландии мало проблем поднял, – встрял Макс. – Еще мы должны посетить знаменитый на всю Европу Музей секса и квартал красных фонарей.

– Как скажешь, фотограф, – добродушно сказал Лелик, которого виски настроило на миролюбивый лад. – Будут тебе и красные фонари, и музей. Только веди себя хорошо.

– Я кушать хочу, – неожиданно объявил Макс.

– Ты всегда хочешь кушать, – сказал Лелик. – Не бывает промежутков времени, когда ты бы не хотел кушать. Поэтому на будущее я тебя прошу не ставить нас в известность о позывах твоего организма. Кушать мы будем тогда, когда я дам команду.

Макс ничего не ответил на эту оскорбительную тираду, а только завозился на заднем сиденье «ауди».

– Вот возится, – сказал Лелик. – Все сиденья сейчас протрет своей задницей.

Макс затих.

– Ну ты его прям запинал совсем, – укоризненно сказал Славик. – Нельзя так.

– Эх, Славик, – вздохнул Лелик. – Где теперь те глубоко наивные люди, которые думали, что Макса кто-то может запинать? Царствие им небесное, – и Лелик неумело перекрестился.

– Короче, – сказал Славик, – куда штурманить-то?

– В Голландию, – твердо сказал Лелик. – Едем в Голландию, не останавливаясь. Ночевать будем в каком-нибудь голландском городке на границе. Утром выспимся, спокойно позавтракаем и отправимся в Амстердам, чтобы начать оттягиваться прямо с обеда.

– План выглядит привлекательно, – согласился Славик. – А ужинать где будем?

– Где-нибудь по пути, – отмахнулся Лелик. – Это же не Россия. На каждой заправке есть классный кабачок с самообслуживанием.

Славик достал карту и начал ее внимательно изучать. Лелик снова завел машину и поехал, высматривая указатели на Бельгию и Голландию. С указателями в Европе было все в порядке, поэтому уже где-то через двадцать минут они выезжали из Франкфурта в нужном направлении…

Первые полчаса Лелик ехал очень нервно и в разговоры не вступал. В России он привык быстро ездить по левой полосе на своей хотя и старенькой, но все еще весьма шустрой «Хонде», но здесь таких джигитов было – пруд пруди. В Москве Лелик постоянно матерился на недотепистых водителей, загораживающих ему путь, но здесь, в Европе, Лелик казался чужим на этом празднике жизни, потому что скорость движения по самой левой полосе автобана составляла примерно 180 километров в час и Лелику приходилось довольно сильно напрягаться, чтобы не выпадать из общего потока и никому не мешать.

Можно было, конечно, спокойно перестроиться правее и ехать с меньшей скоростью, однако в Лелике взыграло самолюбие, и он решил, что ни под каким видом никому не уступит дорогу, чего бы это ему ни стоило. Однако где-то через полчаса он уже привык к здешним скоростям и перестал напрягаться. Дело в том, что автобан был прекрасно рассчитан на быстрое передвижение и там, в отличие от российских дорог, по пути не попадались ямы, колдобины, забытые дорожные заграждения и открытые люки колодцев. А если же где-то что-то было не так, то водителей начинали предупреждать специальными знаками и световыми указателями чуть ли не за несколько километров.

Так что Лелик, видя, что движение с такой высокой скоростью не несет никаких неожиданностей, перестал напрягаться и расслабился настолько, что даже закурил. Славик и Макс, увидев эту умиротворяющую картину, шумно вздохнули и тоже закурили. Но через две минуты Лелик понял, что курение в три горла внутри машины изрядно затрудняет навигацию, потому что из-за пелены дыма дорога становится еле различимой.

– Внимание, – сказал Лелик друзьям. – Отныне курить будем по очереди. Я уже и так еду, как в подбитом танке: сквозь дым ни черта не видно. Приоритет, разумеется, у водителя. То есть сначала я курю, а когда мне не хочется, тогда Славик.

– А я? – пискнул Макс с заднего сиденья.

– А ты – когда не хочется Славику, – объяснил Лелик. – Если, конечно, в этот момент мне не хочется. Но если мне хочется, тогда ты ждешь следующего круга.

– Очень мило, – сказал Макс. – Кстати, Лелик, ты знаешь, говорят, что в некоторых западных машинах бывает такая штука, которая называется кондиционер. Ты слышал о таких?

– Когда-то слышал, – язвительно ответил Лелик, – но я всегда считал, что это просто красивые легенды.

– Напрасно, – холодно сказал Макс. – Говорят, что когда эти штуки работают, то внутри машины может курить хоть полк солдат – все прекрасно выдувается.

– Макс, хватит гнать! – решительно сказал Лелик. – Разумеется, я сразу же включил кондиционер. Только его сил не хватает, чтобы успевать выдуть весь наш дымовон.

15
{"b":"31038","o":1}