ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

И Ахиор, призванный из дома Озии, увидев голову Олоферна и узнав, что совершила Юдифь, припал к ногам ее, поклонился ей и сказал: “благословенна ты во всяком селении Иуды, и во всяком народе, которые, услышав о имени твоем, изумятся! — И видя все, что сделал Бог Израилев, искренно уверовал в Бога и присоединился к дому Израилеву”. (Кн. Юдифь, гл. X, 12—16. Гл. XI, 10, 11, 15—21. Гл. XII, 7, 8, 10, 17—20. Гл. XIII, 2, 4—9, 11, 14—18, 20. Гл. XIV, 6, 7, 10).

Между тем, Юдифь, приказал повесить голову Олоферна на городской стене, предложила на другой день, когда настало утро, чтоб Иудеи, взяв оружие, вышли отрядами на всходы горы — с той целью, чтобы неприятели скорее и неожиданее узнали о смерти своего вождя и смутились. — Так и было. — Увидев Иудеев, ассирийские начальствующие поспешили отправиться за приказанием в шатер Олоферна и с ужасом узнали о том, что совершила Еврейская женщина… “И душа у них сильно смутилась, и напал страх и трепет на бывших в шатрах, которые, все, бросившись, бежали по всем дорогам равнины и нагорной страны, и расположившиеся лагерем в нагорной стране около Ветилуи, также обратились в бегство”. Тогда Иудеи погнались за ними и со всех сторон стали наносить им поражение, покуда они не прошли за Дамаск и за пределы его. Прочие жители Ветилуи напали на стан Ассирийский, разграбили его и весьма обогатились: 30 дней занимались они собиранием добычи, оставшейся после бегства войска Ассирийского. Юдифь присуждено было отдать шатер Олоферна со всеми бывшими в нем драгоценными вещами. Затем весь народ и старейшины его, жившие в Иерусалиме, и самый великий священник Иоаким пришли приветствовать избавительницу народа Израильского.

И сбежались все жены Израильские видеть Юдифь, и благословляли ее, и составили из себя для нее хор; она же взяла в свои руки обвитые виноградными листьями жезлы и дала женщинам, бывшим с нею; и возложили они все на себя масличные венки. Юдифь шла впереди всего народа в хоре и вела за собою всех жен, и начала перед всем Израилем благодарственную песнь, и весь народ подпевал эту песнь: — Воспою Господу моему песнь новую! — воспевала Юдифь, — велик Ты, Господи, и славен, дивен силою и непобедим! Да работает Тебе всякое создание Твое: ибо Ты сказал и совершилось; Ты послал Духа Твоего и — устроилось, — и нет никого, кто противостал бы гласу Твоему! Горы с водами подвинутся с оснований, и камни, как воск, растают от лица Твоего; но к боящимся Тебя Ты благомилостив! — Мала всякая жертва для вони благоухания, и всякий тук ничтожен для всесожжения Тебя; но боящийся Господа всегда велик!”

Прибыв в Иерусалим, где Иудеи праздновали избавление своего от врага перед святилищем в продолжении 3-х месяцев, Юдифь все драгоценности Олоферна, полученные ею, “отдала в жертву Господу”. По возвращении же в Ветилую, жила она в имении своем и “была в свое время славною по всей земле. И состарилась в доме мужа своего, прожив до ста пяти лет, и по смерти своей похоронена была в пещере мужа своего, Манассии. — Дом Израиля оплакивал ее семь дней. И никто более не устрашал сынов Израиля во дни Юдифь, и много дней по смерти ее”… (Кн. Юдифь. Гл. ХV, 2, 3, 5, 6, 11—14. Гл. XVI, 13—16, 23—25).

XXVIII. Книга Эсфирь.

Библия, пересказанная детям старшего возраста. Ветхий завет. Часть вторая (Иллюстрации — Юлиус Шнорр фон Карольсфельд) - _364.jpg

Во дни Персидского царя Артаксеркса, царствовавшего “над ста двадцатью семью областями от Индии и до Эфиопии”, жил в Сузах, столичном городе Персии, Иудеянин, именем Мардохей, из колена Вениаминова. Он был из рода тех пленников, которых переселил из Иерусалима вместе с Иехониею, царем Иудейским, Навуходоносор, царь Вавилонский, но которые не воспользовались разрешением, данным Иудеям Киром, царем Персидским — возвратиться в свое отечество, и находился на службе при дворце царя Артаксеркса.

В третий год царствования своего Артаксеркс сделал пир для всех князей своих, и для служащих при нем, для главных начальников войска Персидского и Мидийского, и для правителей областей своих, показывая великое богатство царства своего и отличный блеск величия своего, в течение многих дней, ста восьмидесяти дней. По окончании сих дней сделал царь для народа своего, находившегося в Сузах, от большого до малого, пир семидневный на садовом дворе дома царского. И царица Астинь сделала также пир для женщин в царском доме царя Артаксеркса.

В седьмой день, когда развеселилось сердце царя от вина, он сказал семи евнухам, служившим пред лицом его, чтоб они привели царицу Астинь пред лицо царя в венце царском, для того, чтобы показать народу и князьям красоту ее, потому что она была очень красива. Но царица Астинь не захотела прийти по приказанию царя, объявленному через евнухов.

И разгневался царь сильно, и ярость его загорелась в нем. И призвал царь на совет мудрецов, знающих прежние времена, — ибо дела царя делались пред всеми, знающими закон и права, — и в присутствии приближенных своих и знатнейших, спросил их: Как поступить по закону с царицею Астинь за то, что она не сделала по слову царя, объявленному чрез евнухов”?

И отвечал Мемухан пред лицом царя и князей: “Если благоугодно царю, пусть выйдет от него “царское постановление, и впишется в законы Персидские и Мидийские, и не отменяться о том, что Астинь не будет входить пред лицо царя Артаксеркса, а царское достоинство ее передаст другой, которая лучше ее. Когда услышат о сем постановлении царя, которое разойдется по всему царству его, как оно ни велико; тогда все жены будут почитать мужей своих, от большого до малого”.

“И угодно было слово сие в глазах царя и князей; и сделал царь по слову Мемухана”, разослал по всем областям письма, “чтобы всякий муж был господином в доме своем, и чтобы это было объявлено каждому на природном языке его”…

Таким образом, решено было избрание новой царицы. В числе девиц, собранных на смотр царя, были и одна Иудеянка, именем Гадасса, — она же Эсфирь”, — сирота, родственница Мардохея, которую он приютил у себя и воспитывал вместо дочери, — но “не сказывала Эсфирь ни о народе своем, ни о родстве своем, потому что Мардохей дал ей приказание, чтоб она на сказывала”.

И приобрела Эсфирь расположение к себе в глазах всех видевших ее. И взята была Эсфирь к царю Артаксерксу, и полюбил царь Эсфирь, и возложил царский венец на голову ее, и сделал ее царицею на место Астинь”. — Она же продолжала умалчивать о родстве своем и о народе своем, как приказал ей Мардохей, которого слушалась она и “теперь так же, как тогда, когда была у него на воспитании”. А Мардохей продолжал служить при царском дворце, и вот, однажды, когда он сидел у царских ворот, услышал он разговор между двумя царскими евнухами — Гавафою и Фаррою, из которого узнал, что они замыслили наложить руку на царя Артаксеркса.

Мардохей сообщил об этом царице Эсфири, а Эсфирь сказала царю от имени Мардохея. — Дело было исследовано, найдено верным, и обоих евнухов повесили на дереве. И было вписано о благодеянии Мардохея в памятную книгу дневных записей у царя.

В это время пользовался особенным благоволением Артаксеркса царедворец его — Аман, сын Амадафа, Вугеянина, — и вознес его царь на такую высоту, что “все служащие при царе, которые были у царских ворот, по приказанию царя кланялись и падали ниц пред Аманом; но Мардохей не кланялся и не падал ниц”.

Это привело в великое негодование Амана и он, задумав отомстить Мардохею, сказал однажды царю Артаксерксу: “есть один народ, разбросанный и рассеянный между народами по всем областям царства твоего; и законы их отличны от законов всех народов, и законов царя они не выполняют; и царю не следует так оставлять их. Если царю благоугодно, то пусть предписано будет истребить их; и десять тысяч талантов серебра я отвешу в руки приставников, чтобы внести в казну царскую.

Тогда снял царь перстень свой с руки своей и отдал его Аману, чтобы скрепить указ против Иудеев. И сказал царь Аману: отдаю тебе это серебро и народ; поступи с ним, как тебе угодно”.

42
{"b":"31046","o":1}