ЛитМир - Электронная Библиотека

Спархок бросил быстрый взгляд на одного из таинственных черных рыцарей, который как раз поднялся в стременах, собираясь нанести удар одному из наемников. То, что он держал в руке не было мечом — скорее это была та сияющая полоска затвердевшего света, которую он с Сефренией видел в давешней темной комнатенке в Чиреллосе, когда призрак сэра Лакуса отдавал Сефрении свой меч. Светящаяся полоса, казалось, рассекла пополам неуклюжего наемника, и тот судорожно схватился за грудь. Но на заржавленных доспехах не видно было крови, да и сама кираса была цела. Воя от животного ужаса наемник свалился с лошади и, не разбирая дороги, кинулся прочь. Что было дальше Спархок не видел — его внимание отвлек рыжий детина, размахивающий тяжелой булавой.

Когда последний враг был сражен, Спархок повернул коня, собираясь направиться на помощь Бевьеру и Келтэну. Но те уже не нуждались в помощи — трое из их врагов лежали на земле бездыханными, один, скорчившись, кое-как держался в седле, схватившись за живот, а оставшиеся двое безуспешно пытались отразить сокрушительные удары меча Келтэна и Локабера Бевьера. Келтэн сделал ложный выпад и хладнокровно выбил оружие из рук противника, А Бевьер снес своему голову размашистым ударом слева.

— Не убивай его! — крикнул Спархок уже занесшему меч Келтэну.

— Но…

— Я хочу допросить его.

Келтэн разочарованно опустил меч, и Спархок по взрытому дерну подъехал к ним.

— Слазь с лошади, — приказал он перепуганному задыхающемуся пленнику.

Тот мешком свалился с седла. Доспехи его представляли собой невообразимый набор старых заржавленных железяк, иссеченных мечами и покрытых вмятинами, но меч, который выбил из его рук Келтэн, был тщательно отполирован и отточен.

— Ты наемник? — спросил Спархок.

— Да, мой господин, — ответил наемник с пелозийским акцентом.

— Ну, и как тебе понравилась эта затея? — приятельским тоном продолжал Спархок.

Пленник нервно усмехнулся и посмотрел на окровавленные трупы вокруг.

— Мы ожидали совсем другого.

— Вы сделали все, что могли, — успокоил его Спархок. — А теперь я хочу знать имя человека, который нанял тебя.

— Я не спрашивал, как его зовут, мой господин.

— Ну тогда опиши его нам.

— Я… я не могу, мой господин.

— По моему этот разговор становится скучным, — произнес Келтэн.

— Я думаю, можно сжечь его заживо, — мрачно предложил Улэф.

— А мне всегда больше нравилось заливать в доспехи кипящую смолу. Медленно, — сказал Тиниэн.

— Тиски для пальцев, — твердо сказал Бевьер.

Лицо пленника стало пепельно-серым.

— Видишь, приятель, — обратился к нему Спархок, — придется тебе вспомнить, ведь мы-то здесь, а тот кто тебя нанимал — далеко, он, наверно, угрожал тебе всякими неприятными вещами, а мы можем прямо сейчас устроить. Так что избавь нас от необходимости делать это — ответь на вопрос.

— Мой господин, — со слезами на глазах проговорил пленник, — я не смогу этого сделать, даже если вы запытаете меня насмерть.

Улэф спешился и подошел к съежившемуся от ужаса наемнику.

— Перестань скулить, — бросил он пленнику, и протянув руки с раскрытыми ладонями над его головой заговорил на каком-то резко звучащем языке. При звуках этой незнакомой речи у Спархока тоскливо засосало под ложечкой и он подумал, что язык этот — нечеловеческий. Глаза наемника остекленели и он без всякого выражения залепетал что-то на том же самом языке.

— Он связан заклинанием, — сказал генидианец. — И что бы мы с ним ни делали, это не развязало бы ему язык.

Наемник продолжал говорить на этом языке, но слово шло за словом уже гораздо быстрее, казалось, он спешит рассказать что-то важное.

— Их было двое, — перевел Улэф, — тех кто его нанимал. Стирик, одетый в плащ с капюшоном, и элениец с белыми волосами.

— Мартэл! — воскликнул Келтэн.

— Вполне может быть, — согласился Спархок.

Пленник снова заговорил.

— Заклинание на него наложил стирик, — сказал Улэф и добавил от себя: — Не могу представить, кто бы это мог быть.

— Вот и я тоже не могу, — пробормотал Спархок. — Посмотрим, глядишь, Сефрения и сможет.

— О, — добавил генидианец, — оказывается атака-то эта направлена против нее.

— Что?

— Этим людям было приказано убить стирикскую женщину.

— Келтэн! — испугано вскрикнул Спархок, но тот уже вонзил шпоры в бока лошади.

— А что будем делать с этим? — спросил Тиниэн, указывая на пленника.

— Оставь его! — прокричал Спархок, вскочив на Фарэна, и пускаясь вдогонку за Келтэном. — Догоняйте нас!

Добравшись до вершины, Спархок оглянулся, но двух загадочных пандионцев нигде видно не было. Потом он взглянул вперед и увидел их. Группа наемников окружала каменистый бугор, где Кьюрик спрятал Сефрению и детей. Двое черных рыцарей невозмутимо стояли между наемниками и бугром. Они не пытались вступить в бой, а просто твердо стояли на месте. Спархок увидел, как один из наемников метнул дротик и он прошел сквозь тело пандионца, не причинив никакого вреда.

— Фарэн, вперед! — крикнул Спархок.

Огромный чалый вздрогнул и рванул таким бешеным карьером, что быстро оставил позади всех остальных.

Вокруг каменистого бугорка собралось человек десять наемников. Они не решались подойти к двум призрачным воителям, стоящим на их пути. Один из них оглянулся и увидел несущегося с холма Спархока и протяжным криком предупредил своих и новой опасности. После короткого замешательства наемники бросились бежать в разные стороны. Такого панического бегства Спархок не ожидал от опытных вояк, какими обычно бывали наемники. Разогнавшийся Фарэн налетел на камни и выбил из них сноп искр своими стальными подковами. Спархок изо всех сил натянул поводья.

— У вас все в порядке? — тяжело дыша спросил он Кьюрика.

— Все прекрасно, — сказал Кьюрик поглядывая на баррикаду из здоровых валунов, которую возвели он и Берит. — Хотя это не очень-то и помогло бы, если бы не эти два рыцаря. — Кьюрик немного испуганно взглянул на призрачных воинов.

Из-за груды камней появилась Сефрения. Лицо ее покрывала смертельная бледность.

Спархок обернулся к двум странным пандионцам.

— Может быть теперь вы объясните что-нибудь, братья?

Ответа не последовало. Он пристально вгляделся в них. Лошади под рыцарями были еще более худыми, и Спархок вздрогнул, когда увидел, что в темных провалах глазниц животных нет глаз, а через свисающую лохмотьями шкуру проглядывают кости. Вдруг оба рыцаря сняли свои шлемы. Их полупрозрачные лики смутно вырисовывались в какой-то дымке и в их глазницах тоже не было глаз. Один был юн и златовлас, второй — уже почти старик, с седыми волосами.

Спархок похолодел. Он знал их обоих, и знал, что оба мертвы.

— Сэр Спархок, — произнес призрак Пэразима тусклым холодным голосом. — Неотступно следуй своим путем. Время не остановится для тебя.

— Почему вы двое вернулись из Чертога Смерти? — спросила Сефрения слегка дрожащим голосом.

— Наша клятва имеет силу и за порогом жизни, Матушка. И если это нужно, мы можем покидать царство теней, — ответил призрак Лакуса таким же тусклым голосом. — Многие еще падут, прежде чем здоровье королевы поправится, и скоро нас станет больше. — Призрак обратил свои пустые глазницы к Спархоку. — Охраняй как следует нашу Матушку, Спархок, ибо ей грозит большая опасность. Если она погибнет, то и наши смерти станут бесполезны — королева умрет.

— Обещаю, Лакус, — произнес Спархок окрепшим голосом.

— Узнай последнее — со смертью Эланы вы потеряете больше чем королеву, хотя и эта потеря горше смерти. Тьма уже у порога, а Элана — единственная наша надежда на победу в борьбе с нею, — последние слова гулким эхом прокатились по ложбине и оба призрака медленно исчезли, истаяли тонкой дымкой, развеянной ветром.

Четверо рыцарей подъехали к Спархоку. Лицо Келтэна посерело и он заметно дрожал.

— Кто они были? — спросил он.

— Пэразим и Лакус, — тихо ответил Спархок.

— Пэразим? Но он мертв.

57
{"b":"31049","o":1}