ЛитМир - Электронная Библиотека

— Это плохо? — спросил Спархок.

— Даже еще хуже.

— Ты всегда умел обнадежить, Воррен, — сухо заметил Спархок.

— Может, это мой недостаток, но я стараюсь никогда не терять надежды и не давать терять ее другим. А в Киприа произошло что-нибудь интересное?

— Да, есть кое-что. — ответил Спархок, играя травинками. — Там появились чужестранцы, которые распускают слухи, что в эленийских королевствах на севере простой народ собрался поднять мятеж против церкви, потому как якобы поддерживает эшандистское движение.

— Да, я слышал кое-что, но в Джирохе это еще не зашло далеко.

— Боюсь, это дело времени. Все это хорошо организовано.

— Ты не подозреваешь, кто может стоять за всем этим?

— Мартэл, а мы все хорошо знаем, на кого он работает. Они хотят подвигнуть горожан присоединиться к эрашамовскому восстанию против церкви как раз тогда, когда курия соберется в Чиреллосе выбирать нового Архипрелата. Рыцарям Храма придется прибыть сюда для подавления восстания, а это развяжет руки Энниасу и его сторонниками на выборах, — Спархок встал. — Как ты думаешь, долго еще проходит твой слуга? Нам лучше уйти до его прихода. Может он и не слишком умен, но я знаю рендорцев, они любят посплетничать.

— Я думаю, у нас есть время, мой Джинтал по любому заданию идет не быстрее, чем на неторопливой прогулке. Вы успеете перекусить а я пополню ваши съестные припасы.

— А в Дабоуре есть какое-нибудь безопасное место, где можно было бы остановиться? — спросила Сефрения.

— Нет в Дабоуре места действительно спокойного, — сказал Воррен и посмотрел на Спархока. — Ты помнишь Перрейна? — спросил он.

— Этакий тощий человек, который почти никогда не разговаривает?

— Вот-вот. Он в Дабоуре прикидывается скототорговцем, у него дом рядом со скотными дворами. Кочевники нуждаются в нем, поэтому он может более-менее спокойно ходить по городу. Он живет там под именем Меррелик. Он приютит вас, и выручит из беды, если что. — Воррен тонко улыбнулся. — Кстати, насчет неприятностей, Спархок. Я бы посоветовал тебе покинуть Джирох до того, как Лильяс узнает о твоем возвращении.

— Она все еще несчастна? — спросил Спархок. — Я думал, она уже нашла себе содержателя.

— Наверно, и, я думаю, не одного. Но ты же знаешь, Спархок, она злопамятна, как кошка.

— Я оставил ей свою лавку, и она могла бы жить припеваючи, если бы хоть немного думала о деле.

— Да, я слышал, что все оно так и есть, но ты лишил ее другого, ты уехал, попрощавшись с ней и оставив ей наследство запиской, не доставив бедной женщине удовольствия поубиваться, покричать, что она «сейчас пронзит свое несчастное сердце вот этим кинжалом».

— Но только так я и мог незаметно исчезнуть.

— Но все же ты поступил с ней ужасно, Спархок. Лильяс ведь прекрасная актриса, а ты… Ускользнуть среди ночи, лишить ее возможности устроить спектакль, Спархок!

— Тебе обязательно так долго обсуждать этот вопрос, Воррен?

— Я просто пытаюсь дать тебе дружеский совет, Спархок. Все что тебе грозит в Джирохе — это несколько воющих фанатиков, а здесь тебе грозит гораздо, гораздо большая опасность — встреча с разъяренной Лильяс.

21

Примерно через полчаса они тихо покинули дом Воррена. Когда они забирались на лошадей, Спархок внимательно посмотрел на Сефрению. Хотя едва перевалило за полдень, она выглядела очень усталой.

— А это существо, что следит за нами, может устроить смерч на реке? — спросил он.

Она нахмурилась.

— Вообще-то там слишком мало открытой воды, но создание мира тьмы иногда могут преступить естественные законы природы, — она подумала и спросила: — А река широкая?

— Не очень, — ответил Спархок. — Во всем Рендоре не хватит воды на широкую реку.

— В узких берегах управлять смерчем будет трудно, ты же видел, как блуждал тот, что разрушил корабль Мабина.

— Ну что ж, тогда мы должны попробовать. Ты не выдержишь пути до Дабоура верхом.

— Не надо рисковать из-за меня, Спархок.

— Но это, вообще-то, не только из-за тебя, Сефрения. Мы и так потеряли много времени, а путь на лодке будет намного быстрей, чем посуху. Мы будем плыть рядом с берегом, и в случае чего успеем выскочить.

— Ну хорошо, Спархок. Сделаем так, как ты хочешь.

Они ехали по запруженным народом улицам, где одетые в черное кочевники смешивались с горожанами. В нос лезли навязчивые рендорские запахи — специи, духи и одуряющий аромат кипящего оливкового масла. Уличный шум оглушал.

— А кто эта Лильяс? — с любопытством спросил Кьюрик.

— Это неважно сейчас.

— Если эта личность опасна, я бы сказал, что напротив — мне очень важно знать об этом сейчас.

— Лильяс не опасна в том смысле, который ты имеешь в виду.

— Но все же, Спархок, я бы хотел знать.

Было видно, что Кьюрик не намеревается прекратить расспросы. Спархок удрученно вздохнул.

— Ну ладно, — сказал он. — я прожил здесь целых десять лет. Воррен дал мне место владельца маленького магазинчика, где я жил под именем Махкра. Это было сделано для маскировки, чтобы люди Мартэла не могли обнаружить меня. Ну а чтобы не бездельничать, я собирал сведения для Воррена. Чтобы как следует натурализоваться, мне надо было выглядеть как и остальные купцы на этой улице, а все они имели любовниц, содержанок. Вот и я завел себе такую, ее имя — Лильяс. Ты удовлетворен?

— Слишком кратко, Спархок. Я так понимаю, у леди был вспыльчивый характер?

— Не совсем, Кьюрик. Лильяс из той породы женщин, что долго вынашивают свое недовольство, а потом…

— А, вот оно как. Интересно было бы познакомиться с ней.

— Вряд ли. Я сомневаюсь, что ты вообще выдержал бы все эти вопли и визги, эти драматические представления.

— А что, это так страшно?

— А почему, как ты думаешь, я убрался из города среди ночи? Тебе не кажется, что тема исчерпала себя?

Кьюрик довольно захихикал.

— Простите меня за мой смех, мой Лорд, — сказал он. — Но, насколько я помню, вы без восторга восприняли мой рассказ о моих отношениях с матерью Телэна.

— Хорошо, Кьюрик, мы квиты, — ответил Спархок и далее ехал сжав губы, не обращая внимания на усмешки Кьюрика.

На рахитичных пристанях, врезавшихся в мутные замусоренные струи реки Гулл, были развешаны пропахшие тухлой рыбой сети. Несколько дюжин баркасов, что ходили по реке между Джирохом и Дабоуром были привязаны к ним. Смуглые лодочники в бурнусах лениво развалились на палубах, подложив под голову сложенную одежду. Спархок спешился и подошел к злобного вида одноглазому человеку в свободном полосатом халате. Тот стоял на пристани, выкрикивая приказы ленивой троице босоногих матросов на борту старой грязной шаланды.

— Твоя лодка? — спросил Спархок.

— И что из этого?

— Она идет в наем?

— Смотря сколько заплатишь.

— Не бойся, сговоримся. Сколько дней ты идешь до Дабоура?

— Три или четыре дня, в зависимости от ветра и от цены, — одноглазый оценивающе поглядел на Спархока и его спутников. Его угрюмое лицо растянулось в сладкой улыбке. — Может быть, мы поговорим о цене, уважаемый господин.

Спархок попытался было для виду поторговаться, а потом полез в полный кошелек, который вручил ему перед их уходом Воррен, и вложил в испачканную руку речного капитана серебряк. Единственный глаз того хищно заблестел при виде набитого монетами кошелька.

Они взобрались в шаланду и привязали лошадей посередине, а матросы уже отвязали лодку от пристани, отдав ее на волю течения и принялись поднимать единственный косой парус. Течение в реке было довольно медленно, и крепкий ветер с Арсианского залива легко толкал суденышко против течения.

— Будьте осторожны, — прошептал Спархок Сефрении и Кьюрику, когда они расседлывали своих лошадей. — Похоже, наш капитан не прочь будет поживиться на наш счет, и не упустит возможности получить больше, чем просто плату за проезд. — Он направился на корму, туда, где одноглазый сидел на румпеле. — Держись как можно ближе к берегу, — сказал Спархок.

77
{"b":"31049","o":1}