ЛитМир - Электронная Библиотека

И теперь очередной пропавший бойскаут неизбежно спровоцировал вспышку тревоги, какую я испытывал каждое утро перед тем, как Робби и Сара отправлялись в школу, особенно в дни страшного бодуна или если я перебирал с кофе. Этот кошмарный сон наяву длился не более тридцати секунд, но после мне все равно требовалась таблетка клонопина: в школе беспорядки, детский шепот по мобильному: «мне страшно», а фоном как будто хлопают петарды, пуля рикошетом валит второклассника, беспорядочная стрельба в библиотеке, брызги крови на недописанной проверочной, красные лужи на линолеуме, кишки на парте, раненый учитель выталкивает оцепеневших детей из столовой, застреленный в спину охранник, девочка шепчет: «Кажется, в меня попало» – и лишается чувств, прибытие машин Си-эн-эн, шериф, запинаясь, выступает на экстренной пресс-конференции, по телевизору мелькают сводки, «озабоченный» репортер докладывает последние новости с места событий, в небе зависают вертолеты, финальные моменты, когда стрелок вставляет себе в рот дуло «магнума», забитый людьми приемный покой больницы скорой помощи, импровизированный морг в спортзале, игровая площадка, затянутая желтыми лентами полицейских ограждений, а в итоге: винтовка 22-го калибра, пропавшая из шкафчика отчима, дневник, рассказывающий об отчужденности и отчаянии мальчика, который плохо переносил издевки, которому нечего было терять, элавил[23], который не помог, или биполярное расстройство, которое не выявили, книга по черной магии, найденная под кроватью, «Х», вырезанное на груди, и попытка самоубийства в прошлом месяце, кисть руки, сломанная о стену, ночи, проведенные в кровати за счетом до тысячи, домашний кролик, которого нашли вечером повешенным на крюке в стенном шкафу, – и наконец, завершающие кадры бесконечного медиамарафона: приспущенный флаг, поминальная служба, сотни букетов, свечек, игрушек на лестнице, ведущей к школе, окровавленная рука жертвы на обложке «Ньюсуик», вопросы, пожимание плечами, гражданские иски, убийцы-подражатели, все то, отчего перестаешь молиться. И все равно самые жуткие слова слышишь из уст собственного ребенка: «Да нормальный он был, пап, такой же, как я».

Я не заметил, как Джейн вошла на кухню, не сказав ни слова хлюпающему носом, завернутому в простыню, согбенному над столом придурку. Она стояла у плиты спиной ко мне и ждала, пока в кастрюле закипит вода (она варила детям овсянку). Я попытался понять ее на уровне языка жестов, но у меня ничего не вышло. Тогда я снова приложился к столу со специальными углублениями для бутылок оливкового масла. Иноходью забрел Виктор. Уставился на меня. «Как ты мне надоел, – думал пес. – Придешь домой, там ты сидишь».

– Интересно, почему этот чрезвычайно невоспитанный золотистый ретривер лаял всю ночь? – спросил я, уставившись на собаку.

– Может, потому, что девятнадцатилетние студенты жарились в нашем гараже, – немедленно ответила Джейн, даже не повернув головы. – А может, потому, что Макинерни купался в нашем бассейне голышом.

– Не похоже это на… Джейстера, – без особой уверенности произнес я.

– А когда ты исчез, пришлось его вытягивать, – продолжала Джейн, – снастями.

– С какими еще Настями? – не сразу сообразил я. – Ах, снастями? – Беспечный вопрос. – У нас же нет сетей, – тревожная пауза, – или есть?

– Я искала тебя, но ты уже вырубился в гостевой. – С деланым безразличием, взятым на вооружение с тех пор, как я переехал к ней.

– Я не «вырубился», Джейн, я ужасно устал, – вздохнул я.

– От чего же, Брет? От чего ты так устал? – спросила она уже напряженно.

Я сделал глоток.

– Пес горланит всю неделю, использует любой способ, чтобы привлечь к себе внимание. И знаешь, милая, это удивительным образом совпало с началом работы над романом, что ужасно меня смущает и наводит на подозрения.

– Да, конечно, Виктор против того, чтоб ты писал книги, – сказала Джейн, выключила плиту и повернулась к раковине. – Тут я целиком и полностью на твоей стороне.

– Ни разу не видел этого пса веселым, – пробурчал я. – С тех пор как я сюда переехал, он в нескончаемой депрессии.

– Ну, когда ты его недавно пнул…

– Так ведь он же пачку масла хотел сожрать! – воскликнул я, привставая. – И присматривался к буханке на столе.

– А почему мы говорим о собаке? – рявкнула она, повернувшись наконец ко мне лицом.

После сдержанной паузы я глотнул своего сока и прочистил горло.

– Хочешь зачитать мне права? – вздохнул я.

– Чего ради? – резко сказала она, отворачиваясь. – Ты все равно еще в коме.

– Вот и будет что обсудить у психолога.

Она не ответила.

Я решил сменить тему в надежде на более мягкую реакцию.

– А что это за парень пришел вчера Патриком Бэйтменом? – спросил я. – Тот, в костюме Армани, заляпанном бутафорской кровью.

– Откуда мне знать? Твой студент? Один из легиона твоих фанатов? Тебе-то что?

– Забудь.

Я заглох и минуту-другую думал о своем.

– А ты выяснила, что произошло в комнате Сары? – спросил я мягким голосом. – Потому что, Джейн, я подумал, может, это она сама натворила? – Я помолчал для большей выразительности. – Она говорит, что виновата игрушечная птица – эта штуковина Терби, которую я купил еще летом, и, знаешь, это вызывает определенное беспокойство. Кроме того, где была Марта, когда случилось так называемое нападение? Мне кажется, это…

Джейн волчком развернулась:

– А почему ты закрываешь глаза на то, что это мог сделать кто-то из твоих бухих обуревших студентов?

– У моих студентов вчера были занятия поинтереснее, чем рыться в комнате нашей до…

– Ну да, трахаться в душе, например, – я их знать не знаю, – или нюхать кокс с кухонной стойки. – Она, не отрываясь, смотрела на меня, руки по швам.

Затянувшуюся паузу я подкрепил возмущенным:

– Кто-то добрался вчера до кухни?!?

– Да, кто-то употреблял на нашей кухне наркотики, Брет. – Эту реплику она произнесла своим фирменным озабоченным тоном.

– Дорогая, может, кто-то и употреблял наркотики, однако я не сомневаюсь, что делалось это тихо-спокойно, с соблюдением правил приличия. – Я беспомощно запнулся.

– И ты тоже употреблял, я знаю.

Она поперхнулась, сарказм испарился; она снова отвернулась от меня и опустила голову. Я заметил, что рука ее сжалась в кулак, и услышал прерывистое дыхание, которое предшествует слезам.

– Ты хотела сказать, что я раньше употреблял, – мягко произнес я. – Все это в прошлом, ты же знаешь. – Пауза. – Я же на ногах!

– Ну да, – пробурчала она, – еле держишься.

– Да смотри же, я сижу, потягиваю сок, просматриваю газеты.

Она вдруг взяла себя в руки.

– Ладно, забудь. Довольно.

– А зачем это ты звонишь жене Джея и спрашиваешь…

– Мне бы не пришлось звонить Хелен, если б ты не взялся за старое, – почти крикнула она, и в голосе ее слышалось страдание. Она остановилась и несколько раз глубоко вздохнула, чтобы успокоиться. – Я не могу сейчас об этом говорить. Давай не будем.

– Резонно, – промямлил я и снова уткнулся в газеты.

Я попытался сделать большой глоток, но сок перелился через край; я сдался и поспешил трясущейся рукой поставить стакан обратно на стол.

Выведенная из себя моим будничным тоном, Джейн снова резко повернулась ко мне.

– Это противозаконно, Брет. И от того, что делалось это в нашем доме…

– Это частный дом! – заголосил я.

– …Легальным это не становится.

– Ну, технически это нелегально, но…

Она ждала, что я закончу предложение, но я предпочел этого не делать.

– Джейн, я вчера не употреблял никаких наркотиков.

– Ложь! – сорвалась она. – Ты врешь мне, и я не знаю, что с этим делать.

Призраку стоило огромных усилий подняться и притрусить к Джейн. Призрак обнял ее, повис на ней, и она не отстранилась. Ее трясло, между всхлипываниями трепетали неровные вздохи.

– Может, просто будешь мне верить… и… – Я повернул ее к себе лицом и умоляюще посмотрел на нее грустным и томящимся взглядом. – Просто любить меня?

вернуться

23

Фирменное название амитриптилина – трициклического антидепрессанта.

17
{"b":"31054","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Коронная башня. Роза и шип (сборник)
Airbnb. Как три простых парня создали новую модель бизнеса
Нет кузнечика в траве
Земля лишних. Треугольник ошибок
Четыре года спустя
Жизнь в стиле Палли-палли, или Особенности южнокорейского счастья. Как успеть все и получить от этого удовольствие
Кобель домашний средней паршивости
Монстролог. Дневники смерти (сборник)
Дело о бюловском звере