ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Жизнь по спирали. 7 способов изменить личную и профессиональную судьбу
Лувр делает Одесса
Опыт «социального экстремиста»
Что такое «навсегда»
Микробы? Мама, без паники, или Как сформировать ребенку крепкий иммунитет
Пятый неспящий
Команда мечты
Время злых чудес
Скажи маркизу «да»
Содержание  
A
A

Может быть, этот «странный тип» и рылся в Дюковом шкафу и примерял его одежду?

– Дальше.

– Да я больше ничего и не знаю. Вот все, что слышала.

– Опиши его.

– Да я его в глаза не видела.

– Кто тебе о нем рассказал?

– Да не помню я. Девки в баре болтали.

– Ладно, с этим разобрались. Теперь рассказывай про план Дюка.

– Слушайте, мистер, да какой там план! Обычный треп. Дюк был трепло еще то.

– Почему же ты раньше мне не рассказала?

– Знаете поговорку: «О покойниках или хорошо, или ничего»?

– Ясно. А ты знаешь, какие условия в женской тюрьме?

Синди, со вздохом:

– Ну ладно, ладно! Дюку взбрело в голову зарабатывать распространением порнухи. Можете себе такое представить? Толкать порнуху для извращенцев! Гадость! Да мы и не говорили про это, а только Дюк сказал, что да, это – серьезное дело, и все. А я больше эту тему не поднимала, потому что треп – он и есть треп. А теперь, может, вы отсюда свалите?

В Бюро что-то говорили о порнографии, соображает Бад. Вроде бы Отдел нравов над этим работает.

– Какая именно порнуха?

– Мистер, я же вам сказана: не знаю. Разговор был секунды на две, не больше.

– Ты отдашь Кэти деньги, которые тебе оставил Дюк?

– Вот еще добрый самаритянин нашелся! Отдам, отдам. Если б я сразу ей все деньги отдала, эта соплюшка сразу бы все угрохала на журнальчики с кинозвездами.

– Учти, я к тебе еще загляну.

– Вот обрадовали так обрадовали! 

* * *

В первом же почтовом отделении Бад отправил всю наличность специальной посылкой в мотель «Орхидея», Кэти Джануэй, вместе с набором марок и дружеской запиской. Больше четырех сотен – для девчушки целое состояние.

Только семь часов. Надо как-то убить время, оставшееся до встречи с Дадли. Можно заглянуть в Бюро, зайти в Отдел нравов, посмотреть, не появилось ли чего нового на доске объявлений.

Порнухой занимается четвертый отдел. Кифка, Хендерсон, Винсеннс, Стейтис. Все докладывают: никаких следов. Подробный просмотр можно отложить на завтра – все равно, скорее всего, ниточка тупиковая. Бад зашел в Отдел по расследованию убийств, набрал номер «Кухни Эйба».

– «Кошерная кухня Эйба», – голос Стенса.

– Дик, это я.

– А-а… Проверяете меня, офицер?

– Кончай паясничать, Дик.

– Нет, Бад, это ты кончай придуриваться! Ты больше себе не хозяин. Теперь ты человек Дадли. Что ему от меня нужно, а? Не нравится, с кем я вожу компанию? Или хочет из меня стукача сделать, надеется, что я размякну и тебе проболтаюсь?

– Ты опять напился, напарник.

– Ис-клю-чительно кошерная выпивка! Слышь, передай Эксли: Утенок Дэнни хочет сплясать с ним еще раз. Я читал в газетах про его старика, про этот его долбаный Фантазиленд. Скажи ему, я приду на открытие. Скажи, утенок Дэнни приглашает сержанта Эда Эксли, говнососа гребаного, на первый танец!

– Дик, пойди проспись!

– Да иди ты! Скажи, Утенок Дэнни сперва собьет с него очки, а потом свернет ему ше…

– Дик, черт тебя дери!…

– Да заткнись ты, Бад! Я читал газеты, смотрел списки – кто работает над делом «Ночной совы». Ты, Дадли Смит, Эксли и вся Смитова гоп-компания. Ты, зараза, работаешь вместе с говнососом, который меня оттуда выкинул, делаешь с ним одно дело и думаешь…

Бад швырнул телефон в окно. Вышел на улицу большими шагами, зло пиная подвернувшиеся стулья.

После «Кровавого Рождества» его должны были вышвырнуть из полиции вместе с Диком.

Его спас Дадли.

А теперь Дадли продвигает в герои Эда Эксли. Требует, чтобы тот допросил Инес Сото и раскрыл дело «Ночной совы». Для Инес допрос – возвращение в ад; но кого это волнует?

«Ты больше себе не хозяин, – так сказал Дик. – Ты больше себе не хозяин. Теперь ты человек Дадли».

С этим Каткартом явно что-то нечисто. А значит, есть Шанс – пусть всего один из ста, – что бойня в «Ночной сове» не просто дело рук отмороженных грабителей. Если Бад раскроет это дело, то сможет оттеснить Эксли. И быть может, помочь Стенсу.

А это значит: если что-то узнает о порнухе – не делиться этим с Отелом нравов; скрывать найденные улики от Дадли.

ХВАТИТ МАХАТЬ КУЛАКАМИ. ПОРА ТЕБЕ, БАД УАЙТ, СТАТЬ НАСТОЯЩИМ ДЕТЕКТИВОМ. НАЧИНАЙ РАБОТАТЬ В ОДИНОЧКУ.

Страшное это дело. И темное. Ведь Дадли он обязан очень многим.

Дадли человек опасный. Опаснее самого Бада, хоть нет человека на земле, которого бы Бад боялся. Чертовски опасный. Особенно для тех, кто встает у него на пути.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Рэй Линкер ведет Эда Эксли по «Ночной сове», реконструирует ход событий.

– В общем, думаю, было все так. Эти трое входят и показывают стволы. Один человек берет на мушку официантку, поваренка и кассиршу. Бьет Донну Де Лука прикладом обреза по голове – вот здесь, возле кассы, мы нашли кусочек кожи с ее волосами. Она отдает ему деньги из кассы и из сумочки. Он заталкивает ее и Пэтти Чезимард в кладовку, по пути захватывает из кухни Гилберта Эскобара. Гилберт без боя не сдается – вот следы, тут его тащили, плюс обрати внимание на разбросанные по полу кастрюли и сковородки. Вот его бьют прикладом по голове: видишь, лужица крови обведена мелом? Сейф у них находится под стойкой. Одна из жертв его открывает – заметь монеты на полу. Гилберт продолжает сопротивляться, его снова бьют прикладом. Видишь круг на полу, где написано «1-А»? Здесь мы нашли три золотых зуба. Идентифицировали – всё точно, зубы принадлежали Гилберту Луису Эскобару. Здесь начинаются характерные следы, как будто тащили тело: старина Гил вырубился. Итак, подозреваемый номер один загоняет в подсобку жертвы номер один, два и три.

Они возвращаются в зал. Сегодня, три дня спустя, ресторан все еще опечатан, и возле окон по-прежнему толпятся любопытствующие. Пинкер не умолкает:

– Тем временем начетчики номер два и три обрабатывают жертв номер четыре, пять и шесть. Следы отсюда тоже ведут в подсобку, а битая посуда и остатки еды на полу говорят сами за себя. Невооруженным глазом не видно – линолеум очень темный, но под двумя столиками найдены лужицы крови: Лансфорд и Каткарт тоже получили прикладами по голове. Кто есть кто, мы выяснили по группе крови. Каткарт сидел за столом номер два, Лансфорд – за столом номер один. А теперь…

– Отпечатки пальцев с посуды снимали? – вклинивается Эд.

Пинкер кивает.

– В основном все смазано, только на тарелке Лансфорда остались два четких отпечатка. По ним его и идентифицировали – сравнили с отпечатками, сохранившимися в картотеке полиции Лос-Анджелеса. У Каткарта и Сьюзен Леффертс от рук ничего не осталось, по отпечаткам ничего не разобрать. Личность Каткарта установили отчасти по зубам, отчасти но тюремной медицинской карте, где описаны его приметы. Леффертс – только по зубам. А теперь смотри: видишь туфлю на полу?

– Вижу.

– Судя по всему, Леффертс рванулась за помощью к Каткарту, сидевшему за соседним столиком. Непохоже, чтобы они были знакомы или еще что – видимо, просто запаниковала. Начала кричать, и один из налетчиков заткнул ей рот пачкой салфеток, которые взял вот из этого ящика. Док Лэйман при вскрытии нашел эти салфетки у нее в горле: говорит, к тому времени, как началась стрельба, она, скорее всего, уже задохнулась. Итак, Каткарта и Леффертс тащат в ту же кладовку. Лансфорд идет сам: бедняга, должно быть, еще надеялся остаться в живых. В кладовке всех обыскивают, отбирают сумочки и бумажники – мы нашли в луже крови обрывок водительских прав Эскобара, а также шесть использованных берушей. у налетчиков хватило ума защитить уши.

Вот это в картину не укладывается, думает Эд. Такая предусмотрительность его цветным не по зубам.

– И все это сделали всего три человека?

– Как видишь, – пожимает плечами Пинкер. – А ты что, думаешь, кто-то из жертв знал кого-то из убийц?

– Понимаю, это очень маловероятно.

– Хочешь осмотреть подсобку? Если хочешь, пойдем сейчас: я обещал владельцу к завтрашнему дню освободить помещение.

39
{"b":"31055","o":1}