ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Я вытащил тебя из ада! – говорит Эд. – Я дал тебе новую жизнь!

– Ты начал меня пугать, Эксли, – отвечает Инес. – И когда мне хотелось почувствовать себя обычной девушкой, которая встречается с обычным парнем, – я шла к Баду.

– Не смей произносить его имя в этом доме!

– В доме, который купил мне ты?

– Я тебе дал достойную жизнь! Где бы ты была сейчас без меня? На панели?

– Как легко ты превращаешься в мерзавца, querido [51].

– В чем еще ты мне врала? Говори!

– Эксли, может, хватит на сегодня?

– Нет уж, говори!

Молчание.

– Сколько еще у тебя было любовников? В чем еще ты меня обманывала?

Молчание.

– Говори, шлюха чертова! После всего, что я для тебя сделал… Говори, мать твою!

Молчание.

– Я тебя познакомил со своим отцом. Понимаешь, что это значит? Сам Престон Эксли стал твоим другом благодаря мне. С кем еще ты трахалась у меня за спиной? В чем еще соврала после всего, что я для тебя сделал?

Инес, очень тихо:

– Не нужно тебе этого знать.

– А это не тебе решать! Говори, тварь!

Инес делает шаг вперед.

– Я солгала еще только один раз. Ради тебя. Об этом никто не знает – даже мой милый Бад. И сейчас узнаешь ты. Надеюсь, ты польщен?

Эд, вскакивая на ноги:

– Хватит болтать, выкладывай! Я не боюсь твоего вранья!

Инес смеется ему в лицо:

– Да ты всего на свете боишься, Эксли.

Молчание.

Инес, спокойно:

– Те negritos, что надо мной измывались, не убивали людей в «Ночной сове». Всю ту ночь до утра они были со мной. Я солгала ради тебя, чтобы ты не мучался совестью из-за того, что убил их ради меня. А теперь хочешь знать, что такое настоящая ложь? Ты, Эксли, и твоя драгоценная справедливость. Абсолютное правосудие.

Зажав уши ладонями, Эксли выбегает из дома. Холод и мрак, и во мраке перед ним искаженное мертвое лицо Дика Стенса.

ГЛАВА СОРОК ТРЕТЬЯ

На месте многолетнего жетона «Полицейский» красуется новенький жетон сержанта. Бад в кресле, закинув ноги на стол, прощается с Отделом убийств.

В кабинете у него сущий бардак: пять лет бумажной работы. Дадли говорит, перевод в Голливудский участок дело временное, на несколько месяцев. Мол, Тад Грин решил проучить новоиспеченного сержанта – все еще злится за то разбитое окно: «зеленая комната», Дик Стенс, хук справа, хук слева по стеклу. Что ж, это справедливо. Шерлока Холмса, щелкающего серьезные дела как орешки, из него не вышло. Быть может, потому, что серьезные дела всегда доставались другим.

Одно плохо: теперь у него не будет доступа к рапортам о мертвых телах. Значит, труднее станет держаться в курсе дел маньяка, прикончившего Кэти Джануэй и не ее одну.

Что взять с собой?

Со стола: именную табличку «Сержант Венделл Уайт». Фотографию Линн – здесь она брюнетка, уже совсем не похожая на Веронику Лейк; еще один снимок: они с Дадом в мотеле «Виктория». Кастет и дубинку, которыми он по заданию Дада выбивал признания из гангстерских шестерок, Бад оставит здесь.

Из стола: дипломы по криминалистике. Наследство Дика Стенса: шесть штук зеленых, «заработанных» грабежом винных лавок. Его последнее письмо: эту записку передал Баду охранник.

Здравствуй, напарник.

Я теперь жалею обо всем, что сделал. О том, как порой зазря мочалил людей, когда был полицейским. О тех ребятах в участке под Рождество. О том, что пристрелил этих двоих в винной лавке. Но что толку жалеть, все равно уже ничего не исправишь. И кому здесь нужны мои извинения?

Постараюсь принять наказание как мужчина. Знаешь, о чем я теперь думаю, Бад? Ведь на моем месте мог оказаться ты. Тебе просто повезло – иначе ты прошел бы тот же путь, что и я. Наверно, ты и сам иногда об этом задумываешься.

И еще я думаю об Эксли. Конечно, я свой путь выбрал сам но, если бы не он, быть может, мне удалось бы вовремя свернуть с кривой дорожки. Так что вот тебе мое последнее желание: пусть он получит, что заслужил. Только, Бад, не торопись и не делай глупостей, вроде тех, какие непременно сделал бы я сам. Используй мозги и те деньги, что я тебе оставил, ты знаешь, где их найти. И покажи этому ублюдку, где раки зимуют, – пусть помнит сержанта Дика Стенса!

Удачи тебе, напарник. Самому не верится, но, когда ты это прочтешь, меня уже не будет.

Дик

Из нижнего, всегда запертого, ящика стола: две папки его личных досье: по убийствам проституток и по делу «Ночной совы». Записывал все по порядку, разборчиво, не упуская ни одной мелочи, как его учили на курсах; настоящий детектив. Видел бы его сейчас Дик Стенс, был бы доволен. А Эд Эксли, сволочь, позеленел бы от злости. Бад вытащил папки, решил перечитать напоследок;

дело Джануэй.

Первые несколько месяцев с Линн прошли как в тумане; но всему приходит конец, и со временем Бад заскучал. С другими женщинами он не встречался, если не считать редких случайных свиданий с Инес. Пытался сдать сержантский экзамен и дважды его провалил; на деньги Дика прошел курсы по криминалистике. Подрабатывал у Дада в Отделе организованной преступности: встречал в аэропортах и на вокзалах подозрительных личностей, привозил в уединенный мотель «Виктория», выбивал из них дерьмо и отправлял обратно в аэропорт или на вокзал. Дад такие мероприятия называл «удерживанием организованной преступности в должных рамках»; а Баду после этого тошно бываю смотреться в зеркало. Интересные дела в Отделе убийств обходили его стороной: Тад Грин всегда находил, кому поручить расследование. На курсах Бад узнал немало интересного о психологии преступников и методах расследования и решил применить полученные знания к старому делу, которое до сих пор не давало ему покоя – делу Кэти Джануэй.

Для начала перечитал отчеты Джо Ди Ченцо: ни улик, ни подозреваемых, случайное преступление на сексуальной почве. Закрыто и списано н архив. Перечитал протокол вскрытия: Кэти Джануэй забита до смерти, вместо лица кровавое месиво; у убийцы перстни на обеих руках. Во влагалище, во рту, в заднем проходе сперма группы В+; три отдельные эякуляции – ублюдок развлекся на славу. Курсы по психологии преступников подтвердили догадку Бада: это маньяк, такие на одном преступлении не останавливаются, он будет убивать снова и снова.

И, забыв о прежней ненависти к бумажной работе, он начал копаться в архивах.

В полиции Лос-Анджелеса и в департаменте шерифа подобных дел, раскрытых или нераскрытых, не зарегистрировано, на проверку ушло восемь месяцев. Наследство Стенса помогло начать поиски по соседству. Округ Орандж, округ Сан-Бернардино – ничего; четыре месяца бесплодных поисков – наконец удача в Сан-Диего: Джейн Милдред Хемшер, 19 лет, проститутка, дата смерти 8/3/51. Тот же почерк; так же ни улик, ни следов.

Материалы лос-анджелесской полиции и полиции Сан-Диего ни к чему не вели. Бад помнил, как Дад уговаривал его забыть о Кэти Джануэй, как потешались прочие над его «слюнтяйством», но не желал бросать дело. Скоро обнаружился и третий случай: Шерон Сьюзен Пэлвик, 20 лет, проститутка, дата смерти 29/8/53, Бейкерсфилд, Калифорния. Все то же: ни улик, ни подозреваемых, дело закрыто. Дад, если о чем-то и знал, не говорил ни слова.

Он съездил в Диего и в Бейкерсфилд: читал материалы, надоедал расспросами следователям, ведущим дело. Пытался реконструировать картину времени и места: кто был в том и другом городе во время убийств. Проверял архивы аэрокомпаний, железной дороги, автовокзалов, искал совпадения имен – ничего. С годами всплыли еще три покойницы: Салли (второго имени нет) Де Уэйн, 17 лет, проститутка, Нидлз, Аризона, 2/11/55; Крисси Вирджиния Ренфро, 21 год, проститутка, Сан-Франциско, 14/7/56; и два месяца назад Мария (второго имени нет) Уолдо, 20 лет, проститутка, Сиэтл, 28/11/57. Никаких следов. Бад сопоставлял дела и так и этак, применял разные хитрые приемы, о которых рассказывали на курсах, – все бесполезно. Кэти Джануэй и еще пять девушек изнасилованы и забиты до смерти – и убийца неуловим, как призрак.

вернуться

51

Дорогой (исп.).

65
{"b":"31055","o":1}