ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Сто шестнадцать страниц, ведущих в тупик, отправятся с ним в Голливудский участок.

А вот и другое дело – дело его жизни, страницы, которые он не устает перечитывать снова и снова. Спи спокойно, Дик Стенс: каждая страница в этой папке – гвоздь в гроб Эда Эксли. Два слова, от которых у него до сих пор мурашки по коже…

«Ночная сова».

Эти два дела в его сознании тесно переплелись: Кэти Джануэй, Каткарт, порнография. Побочная линия расследования, след, который Лоу поспешно счел ведущим в никуда. А потом Эксли расстрелял сбежавших ниггеров, дело закрыли, и все, что в нем было странного и неясного, забылось. Для всех, кроме Бада. «Ночная сова» напоминала ему о Кэти Джануэй, Кэти Джануэй – о «Ночной сове».

Шевели мозгами, Бад.

Тогда, в пятьдесят третьем, двое знакомых Кэти Джануэй, Дуайт Жилетт и Синди Бенавидес, рассказали ему, что какой-то парень, похожий на Дюка Каткарта, расспрашивал о Дюке и его привычках. Оба сделали естественный вывод: хочет перебить его бизнес. Но какой, к черту, бизнес? На Дюка к тому времени пахали лишь две заезженные клячи. Может быть, речь шла не о сутенерстве? А о том, что все друзья-приятели Дюка считали пустой болтовней, – о его «грандиозном плане»? Не такая уж пустая болтовня, как видно, если братьям Энгелклингам Дюк принес полностью разработанный план, со всеми деталями, даже о том, где взять стартовый капитал, подумал.

Вернемся к фактам.

После «Ночной совы» Бад побывал у Дюка дома. В квартире было прибрано, все отпечатки пальцев исчезли. В шкафу у Дюка кто-то покопался. Телефонный справочник Сан-Бернардино измусолен, особенно в разделе «Типографии». Пит и Бакс Энгелклинги владели типографией в Сан-Берду; оттуда же родом и еще одна жертва, Сьюзен Нэнси Леффертс. Теперь к рапорту коронера.

Идентификация тела Каткарта была произведена по двум признакам: 1) сравнение фрагментов зубных протезов с тюремной картой стоматолога; 2) спортивная куртка с монограммой «Д.К.». Протезы стандартные: такие может получить любой калифорнийский зек с плохими зубами.

Противоречия.

Кэти Джануэй упоминала, что у Дюка на груди «красивый шрам». В протоколе вскрытия, подписанном доком Лэйманом, о шрамах нет ни слова, при том что грудь Каткарта осталась не изуродованной выстрелами. И последний штрих: рост убитого в «Ночной сове» пять футов восемь дюймов, рост Каткарта. согласно тюремной карте, пять футов и девять с четвертью дюймов.

Вывод.

В «Ночной сове» убили не Каткарта, а его двойника.

Причина?

Порнография.

Бад прочел рапорты всех четверых из Отдела нравов, работавших по порнухе. Никаких следов. А потом умер Расс Миллард, и о грязных книжонках и вовсе все забыли. Забыли, несмотря даже на историю братьев Энгелклингов, историю, если вдуматься, очень любопытную. Особенно в той части, когда они изложили свой план Микки Коэну, а тот отказался финансировать дело. Будто бы из отвращения к порнографии. Так мы и поверили… а что, если Микки каким-то боком причастен к делу? Эксли и Боб Галлодет начали проверку этой версии; но тут трое цветных сбежали, и все повесили на них.

Куда теперь?

К теории Бада.

Что, если Коэн или его помощник Дэви Голдман сболтнули о плане Каткарта/Энгелклингов кому-то из заключенных? Что, если этот заключенный, освободившись, под видом конкурента-сутенера собрал о Дюке достаточно сведений? Что, если он убил Дюка, украл его одежду, начал выдавать себя за него, а в «Ночной сове» погиб случайно, потому что знал, что Дюк часто там бывает? Или, быть может, не случайно? Может быть, у него была назначена там встреча: что-то пошло не так, убийцы уехали, вернулись с дробовиками и пристрелили самозванца, а заодно и пятерых ни в чем не повинных людей, чтобы замаскировать убийство под ограбление?

Ищем проколы.

Бад проверил списки освобожденных из тюрьмы Мак-Нил: в период между встречей Энгелклингов с Козном и стрельбой в «Ночной сове» ни одного белого, подходящего по росту и комплекции. Но возможно, двойник Каткарта и не сидел в тюрьме? Может быть, о плане Каткарта он узнал через вторые, третьи, четвертые руки?

Бад думал дальше, напрягая все силы, думал так, что чуть пар из ушей не валил: черт побери, он докажет, что он настоящий детектив!

Предположим, убийства в «Ночной сове» связаны с порнухой. Тогда выходит, что ниггеры тут ни при чем. Значит, настоящие убийцы подбросили дробовики в машину Рэя Коутса. А это значит, что пурпурный «мерк», появившийся у «Ночной совы» в ночь убийства, совпадение: убийцы не могли знать, что первым делом подозрение падет на хулиганов, разряжавших стволы в Гриффит-парке. Значит, убийцы каким-то образом нашли автомобиль раньше полицейских и подбросили туда дробовики, стерев отпечатки пальцев. Как им это удалось? Да мало ли способов.

1. Коутс, уже сидя в тюрьме, мог рассказать о том, где спрятал машину, своему адвокату. Убийцы могли прийти к адвокату (или подослать своего человека), подкупить его и получить нужную информацию. Или же сговориться с ним заранее, чтобы он «разговорил» Коутса.

2. Бандиты могли проболтаться кому-то из сокамерников, возможно «наседке».

3. Самая симпатичная версия – потому что самая простая: убийцы просто оказались умнее полиции, начали розыски первыми и, пока копы собачились с ниггерами, быстренько обыскали брошенные гаражи.

К сожалению, проверить все это невозможно, архивы тюрьмы за 1935 – 1955 гг. уничтожены.

Есть и еще одна версия: что, если убили действительно негры?

Не обязательно эти. Может быть, и какая-то другая троица, решившая перейти от стрельбы в воздух к стрельбе по живым мишеням. В конце концов, пресловутый «меркури» не обязательно сошел с конвейера пурпурным, покрасить его можно и вручную.

Думай, Бад, думай.

В середине пятьдесят четвертого братья Энгелклинги продали типографию и исчезли с лица земли. Два года назад он попытался их разыскать, рассылал запросы – ни следа. Как ни искал, не нашел и тело настоящего Дюка Каткарта. Но вот полгода назад появилась ниточка.

Один парень из Сан-Берду за две недели до «Ночной совы» видел Сьюзен Нэнси Леффертс в компании человека, по описанию очень похожего на Дюка Каткарта. Бад показал ему снимки Дюка; парень ответил: «Похож, это точно, но не он». В отчетах по «Ночной сове» говорится, что Сьюзен Нэнси «в панике» бросилась к мужчине, сидевшему за соседним столом, двойнику Дюка, якобы ей незнакомому. Почему же они сели за разные столики? Бад кинулся за ответом к матери Сью Леффертс – напрасно: та даже не открыла ему дверь. Почему?

Бад собрал сумку, взвалил на плечо. Десять фунтов бумаги, и все дороги ведут в тупик. Прочь из кабинета, к лифту – прощай. Отдел убийств.

В коридоре он столкнулся с Эдом Эксли.

И по его глазам понял: «Он знает о нас с Инес».

ГЛАВА СОРОК ЧЕТВЕРТАЯ

Засада у лавчонки «Ранчо Хэнка» на углу 52-й и Центральной. Над дверью вывеска: «Обналичиваем чеки социального обеспечения». Третье января: день получения пособий – любители обналички околачивают груши на тротуаре. Подразделение надзора получило наводку: какая-то анонимная чува стукнула, что ее парень со своим приятелем хотят грабануть лавку. Парень, мол, оказался подонком, затащил в постель ее сестру, так пусть теперь попляшет! Джек в машине на другой стороне улицы следит за дверью. Сержант Джон Петьевич припарковался на 52-й: наблюдает за тротуаром, скорчив такую рожу, словно чертовски хочет кого-нибудь убить.

За обедом Джек запивал фритос неразбавленой водкой. Теперь Джек зевает и потягивается. Судебное дело, Арагон против Пиментеля, все, как хотел Эллис Лоу. Впереди ужин с Эллисом на какой-то политической тусовке. Водка жжет желудок, и зверски хочется ссать.

Длинный гудок – сигнал. Петьевич указывает на тротуар. В магазин входят двое белых.

Джек выскакивает из машины, бежит через улицу. Подбегает и Петьевич. Вместе заглядывают внутрь. Двое грабителей у кассы, спиной к двери, набивают карманы зеленью; стволы у них наготове.

66
{"b":"31055","o":1}