ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

В то время женой Есенина была Софья Толстая, внучка Льва Толстого, чем он очень гордился. Любовь ее к Есенину была нелегкой. Софья Толстая была истинной внучкой своего деда. Даже обликом напоминала его: вся в деда грубоватым мужицким лицом, эта женщина редкого ума и широкого сердца внесла в тревожную кочевую жизнь Сергея Есенина свет и успокоение.

Но, видимо, было уже поздно. В конце декабря Есенин сбежал из Москвы в Ленинград, не сказав ни слова ни жене, ни друзьям. О том, что пережила Софья Толстая, живя в Есениным в его черные страшные последние годы, писала своей приятельнице мать Софьи Толстой, Ольга Константиновна Толстая:

«…Нет слов, чтоб описать тебе, что я пережила за эти дни за несчастную Соню. Вся эта осень, со времени возвращения их из Баку, это был сплошной кошмар. И как Соня могла это выносить, как она могла продолжать его любить – это просто непонятно и, вероятно, объясняется лишь тайной любви. А любила она его, по-видимому, безмерно… Его поступки… безумную, оскорбительную ревность – она все объясняла болезнью и переносила безропотно, молчаливо, никогда никому не жалуясь… В конце ноября или начале декабря он сам решил начать лечиться и поместился в клинику, но скоро заскучал… Явился домой 21-го декабря уже совершенно пьяный с бутылкой в руках… 23-го вечером мне звонит Соня и говорит: "Он уехал…" И в первый раз в голосе Сони я почувствовала усталость, досаду, оскорбление. Тогда я решилась сказать: "Надеюсь, что он больше не вернется"».

Дня через два Ольга Константиновна Толстая, мать Сони, пришла к ней. «Соню я застала страшно мрачной, совершенно безжизненной: она днями лежала на диване, не говоря ни слова, не ела, не пила…»

Кто я? Что я? Только лишь мечтатель,
Синь очей утративший во мгле,
И тебя любил я только кстати,
Заодно с другими на земле,

– написал в эти дни Есенин, прощаясь с Соней и прося у нее прощения.

И в последний день жизни, 27 декабря 1925 года, Сергей передал другу, поэту В. Эрлиху, стихи и попросил прочесть их дома, оставшись наедине. Но Эрлих забыл о стихах Есенина. Утром узнал о самоубийстве поэта, достал листок и прочитал:

До свиданья, друг мой, до свиданья.
Милый мой, ты у меня в груди.
Предназначенное расставанье
Обещает встречу впереди.
До свиданья, друг мой, без руки, без слова,
Не грусти и не печаль бровей, —
В этой жизни умирать не ново,
Но и жить, конечно, не новей.

Когда Софье Толстой сообщили о смерти Есенина, она страшно закричала, не хотела верить, была как безумная.

На Ваганьковском кладбище у могилы Сергея Есенина собрались его жены и возлюбленные: Анна Изряднова, Зинаида Райх, Галина Бениславская, Софья Толстая… Айседора Дункан прислала телеграмму. «…Его дерзкий дух стремился к недостижимому… Я оплакиваю его смерть с болью и отчаянием».

Через год Галина Бениславская застрелилась на могиле Сергея Есенина. В 1927 году в Ницце погибла Айседора Дункан.

Софья Толстая сохранила ему верность и старательно берегла все, что было связано с жизнью поэта, разбирала его архив, готовила к изданию его сочинения. Рядом с обручальным кольцом она всю жизнь носила медное кольцо, которое поэт шутя ей подарил. Оно было очень широкое, и она его сдавила, чтобы можно было носить.

УИЛЬЯМ КЛАРК ГЕЙБЛ

(1901—1960)

Американский актер. Носил прозвище «Король Голливуда». Снимался в главных ролях в 90 фильмах: «Это случилось однажды ночью» (1934, премия «Оскар»), «Унесенные ветром» (1939), «Неприкаянные» (1960) и др.

Кларк родился в семье рабочего. Его отец был нефтяником и редко бывал дома. Воспитанием мальчика занималась его мачеха, женщина строгих правил. Гейбл никогда не блистал успехами в школе и не получил даже среднего образования. Забросив учебу и поработав сначала на фабрике, а затем на нефтяной вышке, Кларк решил стать актером. Он устроился подсобным рабочим в небольшом театре, с которым объехал всю страну. Наконец он оказался в Портленде, где его приняли в труппу местного театра. Именно здесь он постиг азы актерского мастерства.

Затем Гейбл отправился на поиски счастья в Голливуд, где снимался в массовках. Кинорежиссеры не сразу разглядели скрытые возможности Гейбла, чего нельзя сказать о женщинах, сходивших с ума от этого красавчика. Наконец на молодого актера обратило внимание руководство студии «Эм-джи-эм», и Кларк стремительно взошел на голливудский Олимп. Разве можно, например, забыть красавца Ретта Батлера из нашумевшего фильма «Унесенные ветром»? В свое время в него были влюблены миллионы. И Кларк Гейбл не разочаровал своих поклонниц. Даже среди мало-мальски известных звездочек Голливуда с трудом можно было найти ту, которая не могла бы похвастаться тем, что знаменитый сердцеед осчастливил ее своим вниманием. Может быть, именно поэтому многие интимные секреты актера очень скоро стали достоянием гласности.

Гейбл оставался скромным человеком даже тогда, когда превратился в звезду мирового экрана. На церемонии вручения «Оскара» Гейбл сказал: «Но ведь размер шляпы-то у меня все равно от этого не изменился». Он терпеливо раздавал сотни автографов, утверждая, что только благодаря зрителям он не пополнил ряды безработных. В свободное время Кларк ездил на рыбалку или на охоту, причем в компании никому не известных актеров из массовки и технических работников киностудии.

При довольно высоком росте (185 сантиметров) Гейбл двигался очень грациозно, великолепно одевался и был просто помешан на личной гигиене, например, принимал душ несколько раз в день, удалял волосы на теле, что послужило поводом для подозрений в нетрадиционной сексуальной ориентации. Но эти подозрения были явно беспочвенны – слишком много прекрасных женщин побывало в постели рокового брюнета.

На первом этапе своей карьеры Кларк явно отдавал предпочтение зрелым женщинам. Злые языки поговаривали, что стареющие влиятельные любовницы очень помогли молодому актеру добиться успеха. И первые его браки можно назвать браками по расчету, а не по любви.

Первая его жена Джозефин Диллон была старше своего супруга на семнадцать лет и позже утверждала, что между ними никогда не было близости. А их брак был формальным. Затем Гейбл женился на богатой 46-летней Риа Лангхэм, успевшей до этого развестись со своим очередным мужем. Гейбл и сам признавал, что ему больше нравились зрелые женщины, а однажды даже заметил: «Зрелая женщина больше видела, больше слышала и больше знает, чем юная девушка… Я всегда готов отдать предпочтение зрелой женщине». Правда, после «Унесенных ветром», когда к актеру пришла слава, место в его постели прочно заняли молодые и красивые девушки.

В 1933 году у него начался роман с 25-летней Джоан Кроуфорд. «Я не верю, что найдется женщина, которая устоит перед сексуальностью Гейбла», – заявляла Джоан. Кроуфорд и Гейбл долго оставались близкими друзьями, хотя им пришлось уступить требованию киностудий, в которых они тогда снимались, и прервать любовные отношения, поскольку актеры в то время имели собственные семьи.

Гейбл вскоре познакомился с голливудской красавицей Кэрол Ломбард, самой большой любовью в его жизни. Вместе они снимались только в одном фильме «Не ее мужчина» (1932). Сумасбродство Кэрол и ее своеобразный, на грани пристойности, юмор привлекли к ней спокойного и сдержанного Гейбла. Вскоре они уже появлялись везде вместе. Называли они друг друга «мамочкой» и «папочкой». Ломбард нравилось подшучивать над всегда серьезным Гейблом. Она часто принимала участие в его охотничьих и рыболовных вылазках. Позже она вспоминала, как они с Гейблом занимались любовью во время охоты на уток.

146
{"b":"31059","o":1}