ЛитМир - Электронная Библиотека

Но Мэгги и правда нужен гардероб. У Александры есть знакомый портной, который прекрасно шьет для молодых леди. А гувернанткой будет, конечно же, миссис Ферчайлд. Милая дама с хорошими манерами, миссис Ферчайлд была последней гувернанткой Александры, именно она поработала над ее манерами перед первым балом. Для Мэгги она подойдет великолепно. Миссис Ферчайлд вышла за преподавателя Оксфорда незадолго до свадьбы Александры. Сейчас она овдовела и писала Александре, что собирается снова заняться обучением девочек.

– Леди, я... – начала она.

От объяснений ее избавил внезапный шум – дерево упало на мостовую под самым окном. Послышались звон стекла, лошадиное ржание, ругань и испуганные крики прохожих.

Александра вскочила и кинулась к окну, отдернув занавеску. На мостовой лежала перевернутая карета, крыша которой находилась всего в нескольких дюймах от лестницы, ведущей в дом. Фургон посыльного лежал и перекрывал движение, с ним столкнулась еще одна карета. Лошади рвались из упряжи. Окно перевернувшейся кареты треснуло.

К покореженным транспортным средствам стекались люди. Несколько кучеров стояли на козлах уцелевших карет и наблюдали за происходящим. Армейский офицер в красивой красной униформе торопился к месту столкновения. Блондин в очках, напоминавший священника, одетый в поношенный костюм, спустился с фаэтона, бросил вожжи мальчишке и устремился на помощь.

Виконт вышел из дома и вмешался в происходящее.

– Перережьте упряжь! – закричал он. – Освободите их!

Дочь выскочила вслед за ним. Одетая в мальчишескую одежду, она проворно вскарабкалась на перевернутую карету и принялась помогать лакею открывать ее дверь.

Александра отвернулась от окна и схватила с дивана турецкую шаль.

– Там же люди.

Она выбежала из комнаты, столкнувшись по дороге с Джеффри. Он отшатнулся, извинился и поторопился открыть перед ней дверь.

Гросвенор-стрит кипела и бурлила. В аварию попали не только элегантные кареты и фаэтоны, но и фургоны посыльных, повозки строителей и разносчиков, всадники и пешеходы, двигавшиеся от Бонд-стрит до Гросвенор-сквер. Предыдущая авария случилась на их улице как раз после смерти ее мужа. Тогда пришлось поменять окна, занавески и столик – в гостиную влетел кусок повозки. Никто не пострадал, но Джеффри отказывался входить в гостиную целые полгода. Слыша сейчас испуганные всхлипывания из открытой кареты, Александра опасалась худшего.

Лакей, белый как мел, нагнулся и вытащил молодую светловолосую женщину с раной на лбу. Она робко оглядывалась. Мэгги обняла ее за плечи и помогла присесть на край кареты.

Александра торопливо укутала женщину в шаль. Та повернулась к ней с помертвевшим взором и прижала дрожащую руку к выступающему животу. Александра поняла, что леди беременна.

Она отвела даму в сторону. Карета загородила путь к дому – придется пробираться в обход. Молодой человек, которого Мэгги сопроводила до края кареты, явно был мужем этой дамы. Спустившись на землю, он заторопился к жене.

– Кучер – сумасшедший. Нельзя было его нанимать. Я так и знал, что он принесет нам несчастье.

Леди смотрела на него, будучи не в силах ответить. Александра обняла ее и потерла запястья. Она произнесла несколько утешающих слов, хотя и знала, что леди ее не слышит. Все опасения дамы, вне всякого сомнения, сосредоточились на ребенке, которым она рисковала.

Александре был знаком этот страх. Она ощутила острую боль – вспомнились те недели, когда в ней росла новая жизнь, когда непременно хотелось защитить существо внутри себя. Она пела ему, когда думала, что ее никто не слышит. Когда же она наконец-то родила его несколькими неделями раньше срока, боль была невыносимой. Доктора и повитуха наблюдали за ней с мрачным видом, уверенные, что умрут и мать, и дитя. Но Александра заставила себя выжить ради ребенка. Ее мальчик сумел продержаться в этом мире лишь один день.

Она сжала руку леди чуть сильнее, желая, чтобы с ее ребенком никогда не случилось ничего плохого.

Леди Ситон, дом которой был чуть дальше по улице, выбежала к ним:

– Ах, бедняжки! Входите, я напою вас чаем с бренди.

Александра уже собралась было запротестовать, сказать, что супруги могут пойти к ней, но поняла, что время для споров неподходящее. Она проводила пару к дому леди Ситон. Джентльмен пытался скрыть страх за угрозами и руганью в адрес кучера, пока лакей леди Ситон не затворил дверь.

Александра вернулась на место аварии. К счастью, никто больше не пострадал. Виконту и вознице удалось освободить лошадей. Испуганные животные пританцовывали, головы их тряслись. Виконт и возница пытались их успокоить.

Лошадей, запряженных в другие повозки, отвели в сторону. Мэгги стояла на одной из карет и осматривалась. Разумеется, бриджи были для нее неподобающей одеждой, но Александре пришлось признать, что, будь девочка в платье, она не смогла бы никому помочь.

У дальнего конца скопления транспорта остановилась еще одна элегантная карета. Оттуда вышел герцог Сен-Клер, один из гостей Александры, в сопровождении лорда Хилдебранда Колдикотта с сестрой. Все трое обогнули место происшествия и встретились с Александрой у открытой двери ее дома.

– Господи! – воскликнул герцог. – Миссис Аластер, с вами все в порядке?

– Да. – Она взглянула на окна леди Ситон. – Кажется, на этот раз никто сильно не пострадал. Хотя молодая женщина и ее ребенок еще в опасности. – Александра закусила губу, надеясь, что происшествие не приведет к выкидышу. Леди Ситон – заботливая женщина, она непременно настоит на том, чтобы молодая леди отдохнула, перед тем как отправиться домой.

Лорд Хилдебранд заволновался:

– Вам лучше зайти в дом, миссис Аластер. У этих лошадей вид небезопасный.

Сейчас лошадей удерживал виконт, они уже несколько успокоились.

– А я войду, – заявила леди Генриетта Колдикотт. – Я так расстроилась.

Она взглянула на Мэгги и презрительно фыркнула:

– Взгляните на этого ребенка. Что она тут делает? Таких незачем сюда допускать.

Александре очень хотелось объявить, что это благородная мисс Мэгги Финли и что ее отец-виконт слышал, как девочку обидели.

Но вместо этого она обратилась к Джеффри:

– Джеффри, проводите леди Генриетту в гостиную и принесите еще прохладительного.

Джеффри, разочарованный тем, что не может остаться, неловко поклонился и направился в дом. Леди Колдикотт последовала за ним.

– Уж не виконт ли Стоук это? – поинтересовался герцог, заслоняя глаза от солнца.

Виконт передал вожжи бледному кучеру. Тот боязливо поглядывал на лошадей, его ярко-красная ливрея была в грязи и лошадином помете. Виконт поднял руку, приветствуя герцога.

Джентльмен в очках, остановившийся, чтобы помочь, направлялся к Александре и герцогу. Герцог этого не заметил и пошел навстречу виконту.

То, что случилось дальше, вспоминалось Александре словно сон. Виконт увидел человека в очках. Поначалу на его лице отразилось любопытство, потом он узнал его, и интерес сменился яростью. Мэгги, стоявшая на карете, была очень удивлена:

– Мистер Хендерсон!

Человек в очках не откликнулся. Он подошел к Александре. У него было волевое лицо, ясные серые глаза и очень светлые волосы. Костюм придавал ему сходство со священником. Внешне он был настолько привлекателен, что будь он викарием, молодые леди ходили бы в храм лишь для того, чтобы посмотреть на него, поражая родителей своей религиозностью.

– Миссис Аластер? – вежливо осведомился он.

Незнакомому джентльмену неприлично просто так подходить к леди, но, может быть, потрясение от несчастного случая заставило его забыть о хороших манерах?

– Да.

– Благодарю вас.

Не успела Александра спросить, за что именно, как он схватил ее за волосы, откинул голову назад и поцеловал.

6
{"b":"31061","o":1}