ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

И когда Бранвен увидела своего сына в огне, она пыталась кинуться в печь с места, где она сидела между двумя своими братьями. Hо Бендигейд Вран сдержал ее одной рукой, а другой поднял свой щит. Тогда все в доме вскочили, и началось величайшее смятение, и каждый схватился за оружие. И Мордуидтилион вскричал: «Отомстим за Гверна!»[86] И когда они все обнажили оружие, Бендигейд Вран прикрыл Бранвен своим щитом.

И тогда ирландцы разожгли огонь под котлом оживления и принялись бросать туда мертвые тела, пока котел не наполнился, и на следующее утро мертвые воины стали такими же, как раньше, кроме того, что не могли говорить. И когда Эвниссиэн увидел, что мертвые Острова Могущества не оживают, он сказал себе: «Боже! Это я послужил причиной гибели людей Острова Могущества. Горе мне, если я не исправлю этого». И он спрятался среди мертвых воинов, и два дюжих ирландца взяли его и бросили в котел, приняв за одного из своих. И он ударился о дно котла и расколол его на четыре куска, но при этом разбилось и его сердце.

И в битве победили люди Острова Могущества, но после этой победы в живых остались лишь семь человек, и Бендигейд Вран был ранен в ногу отравленным дротиком. Вот те семеро, что остались живы: Придери,[87] Манавидан, Гливиэу Айл Таран,[88] Талиесин,[89] Инаук, Гридиэн, сын Мириэла, и Хейлинн, сын гвинна Хена. И Бендигейд Вран приказал им отрезать его голову.[90] «Возьмите мою голову, – велел он, – и отнесите ее на Белый Холм в Лондоне,[91] и похороните там лицом к стране франков. И вы должны долгое время провести в дороге. В Харлехе вы будете пировать семь лет, и птицы Рианнон будут петь вам.[92] И моя голова должна все время быть с вами, как будто она на моих плечах. И в Гуэлсе в Пенфро[93] вы должны находиться четыре по двадцать лет, и вы останетесь там, пока не отомкнете дверь в Абер-Хенвелен[94] и Корнуолл. И когда вы отомкнете эту дверь, вы отправитесь в Лондон и похороните там мою голову».

И они отрезали ему голову, и с нею эти семеро отплыли обратно, и Бранвен была с ними восьмой. И они высадились в Абер-Алау в Талиболион[95] и сели там отдохнуть. И она поглядела в обе стороны, на Ирландию и на Остров Могущества. «Увы! – произнесла она, – горе мне, что я родилась! Люди двух островов истреблены из-за меня». И она испустила тихий стон и сердце ее разбилось. И они вырыли ей могилу и похоронили ее на берегах Алау.

И после эти семеро отправились в Харлех, и голова была с ними. Когда они шли, им встретились толпы людей, мужчин и женщин. «Какие у вас новости?» – спросил их Манавидан. «У нас нет новостей, – ответили они, – мы спасаемся от Касвал – лауна, сына Бели,[96] который завоевал Остров Могущества и был коронован в Лондоне». – «А что же сталось, – спросили у них, – с Карадаугом, сыном Брана, и теми семерыми, что остались с ним на острове?» – «Касваллаун вышел против них и убил шестерых, а сердце Карадауга разбилось, ибо он видел их гибель от меча, но не видел, кто держал меч. Касваллаун надел волшебную одежду, и никто из убиваемых не видел его, а только его меч. Hо Касваллаун не стал убивать своего племянника, сына своего кузена. И Карадауг был третьим, чье сердце разбилось от горя.[97] Пендаран Дифед же, который был младшим из них бежал и скрылся в лесу», – сказали они.

И они пришли в Харлех и расположились там. Им принесли еду и напитки, и стали они есть и пить. И прилетели три птицы и запели, и из всех песен, слышанных ими, ни одна не могла сравниться с этой. И птицы были далеко в море, но как будто рядом, и все время пели. И так для них прошли семь лет.

И на исходе этих семи лет они отправились в Гуэлс в Пенфро. Там было красивое место высоко над морем, и для них приготовлен был большой зал. И, войдя в него, они увидели две Двери открытыми, а третья, что вела в Корнуолл, была закрыта. «Смотрите, – сказал Манавидан, – вот дверь, что мы не Должны открывать». И эту ночь они пировали и веселились. И из всего их горя они не помнили ничего, ни того, что случилось с ними, ни прочих печалей.

И они оставались там четыре по двадцать лет, но так, что не замечали времени и не делались старше, чем были, когда пришли туда, и не было для них времени более приятного и веселого. И голова была с ними, будто живой Бендигейд Вран. И потому их пребывание там названо Гостеприимством Достопочтенной Головы. Время же, проведенное ими в Ирландии, называется Гостеприимством Бранвен и Матолха.[98]

И однажды Хейлинн, сын Гвинна Хена, сказал: «Позор мне,[99] если я не открою дверь и не узнаю, правда ли то, что о ней сказано». Он открыл дверь и увидел за ней Корнуолл и Абер-Хенвелен. И когда он открыл дверь, они разом вспомнили все зло, что с ними приключилось, и всех друзей и соратников, которых они потеряли, и все свои приключения, а главное – просьбу их господина. И с того часа они не знали отдыха, пока не добрались с головой до Лондона. И они похоронили голову на Белом Холме; и это было одно из Трех счастливых погребений этого острова и причина Трех злосчастных выкапываний, ибо никакая опасность не приходила на остров с моря, пока голова не была выкопана.[100]

И на этом заканчивается рассказ о тех, кто вернулся из Ирландии. В Ирландии же не осталось в живых никого, кроме пяти беременных женщин в отдаленной пещере. У этих пяти женщин родилось пять сыновей, и они выросли, и задумались о женах, и решили овладеть ими. И так каждый из них спал с матерью другого, и они владели страной, и заселили ее, и разделили между собою. С тех пор Ирландия делится на пять частей.[101] И они осмотрели место, где было сражение, и нашли там золото и серебро, и стали богатыми.[102]

И здесь заканчивается эта Ветвь Мабиноги, повествующая о горе Бранвен, что было третьим горчайшим горем этого острова,[103] и о Гостеприимстве Бендигейда Врана, когда люди из ста сорока областей и стран пришли в Ирландию, чтобы отомстить за зло, причиненное Бранвен, и о семилетнем пире в Харлехе, и пении птиц Рианнон, и о Гостеприимстве Головы в течение четырех по двадцати лет.

Манавидан, сын Ллира[104]

Это – третья Ветвь Мабиноги.

Когда те семеро, о которых мы рассказывали, похоронили голову Бендигейда Врана на Белом Холме в Лондоне, Манавидан, их вождь, оглядел своих спутников и глубоко вздохнул, и горе овладело им. «О Боже всемогущий, горе мне, – сказал он, – ибо нет никого, кто приютил бы меня хоть на одну ночь». – «Господин, – сказал Придери, – пусть это не тяготит тебя. Твой кузен стал владыкой Острова Могущества, и хотя он добился этого не по праву, не к лицу тебе затевать с ним раздор из-за земли. Ведь ты – один из Трех благородных правителей».[105] – «Хотя он и мой кузен, – ответил Манавидан, – я не рад видеть его на месте моего брата Бендигейда Врана и не могу быть счастлив под одной крышей с ним». – «Нужен ли тебе мой совет?» – спросил его Придери. «Да, мне сейчас нужен совет, – ответил Манавидан, – что ты хочешь предложить?» – «Семь частей Дифеда достались мне, – сказал Придери, – и там сей – час моя мать, Рианнон. Я отдам тебе ее и с нею власть над всем Дифедом[106] И хоть не будет у тебя иных владений, кроме этих семи частей, это лучше, чем ничего. Моя жена – Кикфа, дочь Гвинна Глеу, и хотя королевство считается моим, я хочу, чтобы им владели ты и Рианнон. И если тебе нужны владения, то земли Дифеда – не худшие из них». – «Я и не желаю лучших, – сказал Манавидан, – и да воздается тебе добром за твою дружбу». – «Все, что я могу дать тебе, будет твоим, если пожелаешь», – сказал Придери. «Я принимаю твой совет, друг, – сказал Манавидан, – и отправлюсь с тобой, чтобы увидеть Рианнон и ее владения». – «Ты правильно сделаешь, – сказал Приде – ри, – я уверен, что ты никогда не видел более разумной женщины. К тому же в расцвете лет никто не мог сравниться с нею, и даже сейчас ты не разочаруешься, увидев ее».

вернуться

86

Перевод этой фразы («Guern gwn, gwchuiwch Uordwyt Tyllyon»), искаженной переписчиками, давно уже является предметом дискуссии. Некоторые ученые считают, что эпитет Мордуидтилион, переводимый ими как «раненое бедро», относится к Бендигейду Врану, и переводят всю фразу как «псы Гверна (т. е. воины Ирландии), цельте ему в бедро!». Это подкрепляется строками одной из поэм, приписываемых Талиесину: «Я был в Ирландии с Враном, Я видел, как пал раненный в бедро (yuordwyt tyllon)». Мы сочли возможным дать нейтральный смысловой перевод этой фразы.

вернуться

87

Единственное упоминание Придери в этой Ветви Мабиноги.

вернуться

88

Гливиэу, Сын Грома – возможно, реликт кельтского громового божества Тараниса; Eil – значит «второй», «схожий».

вернуться

89

Талиесин («Сияющее чело») – знаменитый полумифический валлийский бард, живший, по преданию, в VI в. Считается автором записанной в ХIII в. «Книги Талиесина» – сборника поэм и пророчеств, ряд из которых действительно по особенностям языка может быть отнесен к VI в. О нем см. ниже в легенде «История Талиесина».

вернуться

90

Отрезанная голова героя, изрекающая предсказания, нередко встречается в кельтской, и не только в кельтской, мифологии (например, голова Конайре мак Этерскела в «Разрушении Дома Да Дерга» или голова Орфея).

вернуться

91

Hа Белом Холме (Gwynuryn) в Лондоне, где ныне находится лондонский Тауэр, укрепление существовало, по крайней мере, с римских времен.

вернуться

92

Три вещих птицы Рианнон (правда, связь их с ней остается неясной), которые, как указано позднее в «Килохе», могли своим пением «оживлять мертвых и усыплять живых». Последующие странствия героев – сокращенная передача классической схемы легендарного странствия, во время которого герои попадают на Острова блаженных, где забывают на время о своих устремлениях.

вернуться

93

Пенфро – впоследствии графство Пемброк.

вернуться

94

Абер-Хенвелен – Бристольский залив.

вернуться

95

Устье ручья Алау на острове Англси, где в 1813 г. была обнаружена предполагаемая могила Бранвен

вернуться

96

Касваллаун, сын Бели – популярный герой валлийского фольклора, один из выборных военачальников, защищавших остров от римлян под командованием Юлия Цезаря.

В традиции сохранились фрагменты легенд о Касваллауне, где описывается его борьба с римлянами и путешествие в Рим для освобождения возлюбленной, чародейки Флур, дочери Мигнаха Горра. Триады именуют его одним из Трех золотильщиков обуви Острова Британии (вместе с Манавиданом и Ллеу) и одним из Трех верных любящих. Однако магические способности приписываются ему только в этом тексте.

вернуться

97

В триаде 95 упоминаются Трое, сердца которых разбились от горя: это Карадауг, Бранвен и некий Фараон Дандде (может быть, Фараон из библейской истории об Иосифе, сердце которого разбилось после гибели его полков в водах Черного моря, но тогда непонятна его связь с Британией). В более позднее время этого Фараона иногда заменяли Изольдой Белокурой (героиней повести о Тристане).

вернуться

98

Слово «yspydawt», переводимое нами как «гостеприимство», происходит скорее всего от латинского hospitium с тем же значением. Слово «Urdawl» в применении к отрезанной голове Брана переводится или как «достопочтенная, славная», или как «чудесная».

вернуться

99

Буквально: «позор моей бороде» (meuyl ar uy maryf).

вернуться

100

Приведем полностью очень любопытную триаду № 37: «Три счастливых погребения и Три злосчастных выкапывания Острова Британии.

Голова Брана Благословенного, сына Ллира, зарытая на Белом Холме в Лондоне лицом к Франции. До тех пор, пока она оставалась там, как ее положили, саксонская напасть не приходила на этот остров.

Второе счастливое погребение: драконы в Динас Эмрис, которых закопал Ллудд, сын Бели.

И третье – кости Гвертевира Благословенного в главных портах этого острова. Пока они оставались закопанными, саксы не могли проникнуть на остров.

С ними же случились и Три злосчастных выкапывания. Гуртейрн Немощный откопал кости Гвертевира из любви к язычнице Роннвен. Он же выкопал драконов.

Артур же выкопал из Белого Холма голову Брана Благословенного, ибо не желал, чтобы чья-то сила защищала этот остров, кроме его собственной».

вернуться

101

Объяснение разделения Ирландии на пять исторических провинций: Ленстер, Манстер, Ольстер, Коннахт и Мит.

вернуться

102

Редактор, видимо, знал о наличии в Ирландии множества древних украшений и пришел к выводу, что они найдены на полях сражений.

вернуться

103

Собственно, здесь идет речь об «ударе Бранвен» (Paluawt Branwen); имеется в виду пощечина, которую давали Бранвен по приказу Матолха.

вернуться

104

Manawydan uab Lly^r

Эта повесть прямо продолжает сюжет «Бранвен», но здесь события переносятся с широкого эпического простора на условное пространство волшебной сказки. Хотя действие снова происходит в Дифеде (и в городах Англии), географические реалии почти отсутствуют. Основное внимание уделено действиям небольшого круга героев, причем вновь вырисовываются их индивидуальные особенности и различия. В центре повести находится фигура мудрого Манавидана – обобщенного образа бриттских династов, потерявших свои владения в Ллогре и нашедших убежище в Уэльсе. Классический сказочный сюжет «избавления от чар» делает историю динамичной и законченной, а язык ее, выразительный и проникнутый своеобразным валлийским юмором, является одним из лучших образцов средневековой словесности Уэльса.

вернуться

105

Слово «lleddf» здесь означает не просто «благородный», но «не добивающийся возврата своих владений». Двумя другими благородными правителями Острова Британии в триаде № 8 именуются Лливарх Хен и Гугон Горон, сын Передура.

вернуться

106

Это единственное упоминание о том, что сын мог выдать замуж овдовевшую мать. Реально по валлийскому праву вдова была свободна в выборе мужа; даже в этой истории требуется согласие самой Рианнон.

10
{"b":"31080","o":1}