ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

И после этого Эвниссиэн, вздорный муж, о котором мы говорили, направился к месту, где находились кони Матолха, и спросил, чьи они. «Это кони Матолха, короля Ирландии», – ответили ему. «И что они здесь делают?» – спросил он. «Король Ирландии здесь, ибо он женился на Бранвен, твоей сестре, и с ним его кони», – ответили ему. «И они выдали за него такую достойную девушку без моего согласия! Они не могли нанести мне большего оскорбления»,[63] – воскликнул он. И после он накинулся на коней с оружием и отрезал губы с их ртов, и уши на их головах, и их хвосты. Так он обезобразил коней и лишил их всей красоты.

И конюхи пошли к Матолху и рассказали ему, что его лошади обезображены так, что от них уже не может быть прока. «Господин! – сказал один из них, – тебе нанесено оскорбление, и ты должен отомстить». – «Поистине, – сказал король, – меня удивляет, что они нанесли мне такую обиду, после того как отдали за меня девушку столь знатную». – «Господин, – сказал тут другой, – это действительно так, и лучше тебе ничего не предпринимать, а подняться на корабль». И после этого он взошел на свой корабль.

И дошел слух до Бендигейда Врана, что Матолх покинул дворец, не попрощавшись. И он отправил послов узнать, в чем дело. Вот их имена: Иддик, сын Анарауда, и Хэфайдд Хир. И они пришли к Матолху и спросили, по какой причине он хочет их покинуть. «По правде, – сказал он, – я не настроен покидать вас, ибо нигде я не встречал лучшего приема. Hо одно меня удивило». – «Что же это?» – спросили они. «Вы вручили мне Бранвен, третью по знатности даму острова и дочь короля, и выдали ее за меня, и после этого оскорбили меня. И я удивлен этим оскорблением, ибо оно не уживается с таким даром, как она». – «Поистине, господин, – сказали они, – не волею кого-либо из старших дворца, ни кого-либо из совета тебе нанесена эта обида. И если ты чувствуешь себя оскорбленным, то Бендигейд Вран оскорблен и разгневан ничуть не менее». – «Я верю этому, – сказал он, – однако это не может стереть моего оскорбления».

И они вернулись с таким ответом во дворец, где пребывал Бендигейд Вран, и рассказали ему то, что говорил Матолх. «Нельзя, – сказал он, – допустить, чтобы он отплыл в столь недружественном настроении, и мы этого не допустим». – «Да, господин, – сказали они, – надо сейчас же послать к нему послов». – «Я пошлю их, – сказал он, – встаньте, Манавидан, сын Ллира, и Хэфайдд Хир, и Иник Глеу Исгвидд, и идите к нему, и передайте, что он получит лучшую лошадь за каждую из испорченных. И кроме того, в возмещение он получит слиток серебра размером с него и серебряную пластину шириной с его лицо.[64] И скажите, что за человек это сделал, и что сделано это против моей воли, и что это сделал мой брат по матери, которого мне трудно казнить или изгнать.[65] И пригласите его навестить меня, – сказал он, – и мы заключим мир на условиях, которые он предложит».

Послы отправились к Матолху и передали ему все сказанное в дружелюбном тоне, и он, выслушав это, сказал: «Нам нужно посоветоваться». Он созвал совет, и на совете решили, что, если они отвергнут предложение короля, они не избавятся от бесчестья и вдобавок не получат возмещения. И он согласился с этим и отпустил послов с миром во дворец.

Потом для них разбили шатер, и они стали пировать и сели так, как они сидели в начале празднества, и Матолх заговорил с Бендигейдом Враном. И он был мрачен и немногословен из-за нанесенной ему обиды, хотя ранее всегда казался веселым. И Бендигейд Вран подумал, что его опечалила малость возмещения. «Друг мой, – сказал Бендигейд Вран, – ты не так разговорчив сегодня, как прошедшей ночью. Если это из-за малости возмещения, я увеличу его по твоему хотению, и ты завтра же получишь причитающихся лошадей». – «О господин, – сказал тот, – Бог вознаградит тебя». – «И я еще увеличу возмещение, – сказал Бендигейд Вран, – я дам тебе котел,[66] и свойство этого котла таково, что если погрузить в него сегодня убитого человека, то назавтра он будет так же жив, как раньше, кроме того, что не сможет говорить». И Матолх поблагодарил его за это и весьма развеселился.

И на другое утро они дали Матолху всех лошадей, что у них были. И оттуда они двинулись с ним в другую общину.[67] и там дали ему лучших жеребят, и поэтому та община стала называться Талеболион[68]

И они сидели вместе вторую ночь. «Господин, – спросил Матолх, – откуда ты взял котел, который дал мне?» – «Он попал ко мне, – ответил тот, – от человека из твоей страны, и я не знаю, где он его взял». – «Кто это был?» – спросил он. «Лласар Ллесгиуневид, – ответил тот, – и он пришел из Ирландии со своей женой Кимидей Кимейнфолл. Они спаслись из Железного Дома в Ирландии, где для них был разожжен костер,[69] и бежали сюда. Я удивлен, что ты ничего не знаешь об этом». – «Я знаю нечто, господин, – сказал Матолх, – и все, что я знаю, я расскажу тебе. Однажды я охотился в Ирландии на холме над озером, что называлось Озером Котла. И я увидел высокого рыжеволосого мужчину, идущего от озера с котлом на спине. Он имел свирепый и отталкивающий вид, и с ним была женщина. И хотя он был высок, она была выше его вдвое. И они подошли ко мне и приветствовали меня. „Что вы тут делаете?“ – спросил я у них. „Вот, господин, наше дело, – ответил он, – эта женщина вскоре должна зачать, и я хочу, чтобы ее ребенок стал самым защищенным из воинов“. Я предложил им свое покровительство, и они прожили у меня год. И этот год я щедро содержал их, но неприязнь к ним росла, и к концу четвертого месяца они стали ненавидимы всеми в моей стране, ибо угнетали и оскорбляли придворных и народ. И наконец мои люди потребовали, чтобы я выбирал между ними и этими пришельцами. Я попросил совета, что с ними делать, ибо их не удавалось ни упросить, ни заставить уйти из-за их силы и воинственности. И мне дали совет изготовить дом из железа. И когда он был готов, собрались все кузнецы Ирландии, кто имел клещи и молот. И они обложили дом древесным углем, когда пришельцы собрались там. И мужчины, женщины и дети принесли им еду и питье, и, когда они захмелели, кузнецы принялись разжигать уголь и раздувать мехи, пока дом не раскалился добела. Тогда пришельцы собрались в середине дома, пока жар не стал невыносимым, потом же он нажал на стену плечом и вырвался наружу. И то же сделала его жена, но, кроме них, оттуда никто не спасся. После этого, я думаю, господин, – сказал Матолх Бендигейду Врану, – они и бежали к тебе». – «Да, – сказал тот, – они пришли и отдали мне котел» – «И что же, господин, ты сделал с ними?» – спросил он. «Я поселил их в своих владениях, и их число умножилось, и они преуспевали и снабжали области, где они жили, лучшими воинами».[70]

В эту ночь они беседовали до тех пор, пока могли, и пили, и пели; когда же они увидели, что им лучше лечь спать, чем продолжать беседу, они отправились спать. И потом пир продолжался, а по окончании его Матолх отплыл в Ирландию вместе с Бранвен, и их тринадцать кораблей отплыли из Абер-Менуи, и они прибыли в Ирландию. И там была великая радость по этому случаю. И все люди Ирландии, мужи и жены, навестили Бранвен, и всем она дарила браслеты, или кольца, или королевские драгоценности: все, на что падал их взгляд. И так она провела счастливо год в большой славе, в почете и уважении.

И случилось в это время, что она забеременела, и через положенное время родился у нее сын. Вот имя, что они дали ему: Гверн, сын Матолха.[71] И они отдали его на воспитание лучшим людям Ирландии.

Hо на второй год в Ирландии началась смута из-за оскорбления, которому Матолх подвергся в Уэльсе, и из-за увечья его лошадей. И за это его кровные братья и ближние люди попрекали его без жалости. И восстали они, требуя, чтобы он отомстил за бесчестье. И они придумали такую месть: они изгнали Бранвен из дома мужа, вынудив ее жить на дворе под солнечным жаром, и мясник каждый день после разделки мяса приходил к ней и давал ей пощечину. Такое ей придумали наказание.

вернуться

63

Действительно, по валлийскому праву требовалось согласие Эвниссиэна на замужество Бранвен как одного из ближайших ее родственников.

вернуться

64

По валлийским законам Хоуэла Доброго (X в.), королю в возмещение за бесчестье (sarhad) полагалось отдать по сотне коров на каждую область его королевства, полоску серебра длиной от земли до лица сидящего короля и полоску золота шириной с его лицо.

вернуться

65

Бендигейд Вран мог казнить или изгнать Эвниссиэна, однако это неизбежно вызвало бы кровную вражду между родами Ллира и Эуросвидда.

вернуться

66

Этот Котел Оживления родствен другим чудесным котлам и чашам кельтской мифологии (см. «Пуйл», примеч. 29). Он часто ассоциируется с глубоким озером (в данном случае это Длин Тегид, или «Озеро Дивное»). Собственно Котел Оживления известен по ирландской псевдоисторической компиляции «Книга завоеваний Ирландии» («Lebor gabala Егепn»), в которой он принадлежит племени богов Туата Де Дананн.

вернуться

67

Cymwd («община») – территориальная единица в древнем Уэльсе. Несколько общин составляли cantref.

вернуться

68

Talebolion – от «taiwyt ebolion» («уплатили жеребятами»). Пример искусственной этимологии. Hа деле название общины, видимо, обозначает «Предел рода Бол» или «Боли».

вернуться

69

История с Железным Домом кажется заимствованной из ирландской саги «Orgain Dind Rig» («Разрушение Динн Риг»); вообще сожжение героя в доме как прообраз грядущей огненной гибели мира часто встречается в ирландской мифологии.

вернуться

70

Память об ирландских поселениях в Уэльсе, которые, возможно, сохранялись в некоторых районах до VIII–IX вв.

вернуться

71

Имя Гверн означает «другой»; возможно, это измененное ирландское имя Кербалл или Киаран.

8
{"b":"31080","o":1}