ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Изумрудный атлас. Огненная летопись
Вердикт
Книга воды
С милым и в хрущевке рай
Любовница маркиза
Карлики смерти
Бородатая банда
Все наши ложные «сегодня»
Дочери смотрителя маяка

– Если это и западня, то довольно бездарная, – пробормотал пришедший и очень внимательно, не только глазами, но и Заклятьем Поиска обследовал всё вокруг. Ни лучников, ни грабителей с кистенями, ни магических ловушек вокруг, похоже, не было. А девчонка, вернее, молодая женщина леани именно ей и была. Ни упырём, ни песчаным бесом. И к тому же в ней ещё теплилась жизнь. Более пристальный осмотр показал, что на её исхудавших руках нет следов от тюремных «браслетов», да и мочки ушей не вырваны – не беглая каторжница, значит. Одежда … да в такой пол-империи ходит, после войны обеднел народ, ох обеднел. Узкий кинжал в потёртых ножнах да пара метательных ножей – ну, путешествующему в одиночку можно бы оружие и получше иметь. Кошель на поясе явно не пустой, какие-то амулеты на шнурках висят на шее. Причёска короткая, удобная и в дороге, и в бою, и в деле. Одним словом, встретишь на улице или в пути – и внимания не обратишь. Только вот в пустыне, в полсотне лиг от города, в стороне от дорог, там, где живому вроде и быть не положено, такая встреча настораживала. Несколько помедлив, человек достал откуда-то небольшую круглую флягу. Отпив пару глотков, подумал и стал лить воду на лицо лежащей. Растрескавшиеся от жажды губы медленно зашевелились, ловя живительную влагу. В медленно открывшихся помутневших глазах мелькнула искра сознания, и тонкие женские пальцы с нечеловеческой, невесть откуда взявшейся силой вцепились в сосуд, поднеся горлышко ко рту. Воды во фляге почти не оставалось, и после нескольких судорожных, с хрипом и кашлем, глотков, кончилась совсем. Девчонка (ну как её ещё называть?) жадно ловила последние капли, потом уронила руки и лишь открывала и закрывала рот, разминая пересохшее горло.

– Дай ещё! – с трудом выдохнула она. Человек в чёрном молчал, наблюдая, как перераспределяющаяся вода вливала жизнь в то, что через пару часов стало бы лишь высохшим телом. Затем взял пустую флягу и что-то прошептал над ней. Внутри что-то тяжело булькнуло, и рука его чуть опустилась под появившимся весом. И вновь потекла, потекла вода, давая силы измученному организму. Вода, которая в песках дороже золота, и которую с такой лёгкостью добыл маг в чёрном плаще.

– Ещё! Ещё воды! – умоляли зелёные глаза, но человек лишь покачал головой.

– Грязный хуманс! – девчонка попыталась ругаться, но даже заплакать было ещё нечем.

– Хватит для начала, иначе тебе же хуже будет, – неожиданно рокочущий бас спасителя пробирал до печёнок и цеплял за душу, как багром. Девчонка попыталась сесть повыше, но сил не было, и ладони лишь скользнули по песку. Но внимательный взгляд из-под низко надвинутого капюшона заметил, как ловкие пальцы вроде невзначай скользнули по кошельку и проверили кинжал на поясе.

– Отдыхай пока, – человек подвинул девчонку, пристроил поудобнее. А сам уселся прямо на холмик песка, пошарил рукой в воздухе прямо перед собой и извлёк откуда-то изрядных размеров персик, почему-то покрытый каплями росы. Не обращая внимания на жадный блеск в нечеловечески красивых глазах, он со смаком впился в него, роняя янтарные капли сока. Тень от камня медленно, но неуклонно удлинялась и уползала в сторону, пока лучи уже заходящего солнца не лизнули носок сапога. Палящий зной от раскалённого песка сменился просто жаром, как от печи, и на всё вокруг уже можно было смотреть, не прищуривая глаз. Человек убрал дальше от солнца ногу и вновь принялся задумчиво двигать по песку три косточки от персиков.

– Я, вообще-то, яблоки люблю, – девчонка уже оклемалась и, хотя была слаба, как цыплёнок, явно пыталась сообразить, кто же оказался с ней рядом и что от него можно ожидать. – Зовут меня, – она слегка поколебалась, но сказала правду, – Айне. Золото у меня есть, можешь отобрать всё, только оставь воды. Маг повернул к ней голову. Капюшон он давно откинул, и теперь можно было видеть, что ему не менее тридцати и не более сорока лет, и глаза жёсткие, но не злые. Скорее равнодушные. Однако он достал из воздуха пару сочных даже на вид, краснобоких яблок и протянул ей, на миг встретившись взглядом.

– Я так понимаю, если дал воды и не бросил подыхать, то – убивать не будешь? Если не отнял деньги и прочее, то придётся … отслужить?

– Посмотрим. Может, и пригодишься, – непонятный спаситель посмотрел на неё через плечо, слегка прищурившись. Айне почувствовала себя немного неуютно, но, набравшись храбрости, заговорила опять – Отслужу, не пожалеешь! А как тебя величать? И … – она задала вопрос, который терзал её больше всех, – ты действительно чёрный маг? Человек повернулся к ней уже всем телом и взглянул в глаза так внимательно, что все сомнения пропали – сейчас из неё сделают безмозглого покорного зомби, или в лучшем случае, принесут в ритуальную жертву. Однако, миги текли за мигами, и наконец, он произнёс, словно вколачивая каждое слово молотом:

– Да. А зови меня … ярл. «Матушка! И угораздило ж меня встретиться с магом-хумансом, да ещё и некромансером! И ведь отслужить пообещала, никто за язык не тянул! Ну ладно если в постель потащит – дело привычное, а если в чёрное втянет? А, будь, что будет!» – а язык с какой-то пугающей лёгкостью сам понёс чепуху.

– Ярл? Да ведь это не имя, а титул. По-старому, это вроде графа. Ты не думай, раз леани – так обманщица! Служить буду на совесть, только без чёрного, ладно? На последних словах смелость уже покинула Айне и конец фразы она уже пролепетала умоляющим тоном. Если правда хотя бы четверть того, что рассказывают о таких колдунах, то уж лучше б ей попасться в руки харадских работорговцев и там быстренько умереть. Да что там! Остаться тут навсегда, в этой забытой богами местности – милосердие по сравнению с прочим. Маг же жизнерадостно захохотал.

– Образованная ты у меня, как я погляжу! Имя моё я тебе не скажу, а ярл – да, всамделишний. Среди моих титулов имеется и такой, сам император в ярлы произвёл, отец ныне здравствующего. А что касательно того, что ты именуешь чёрным… Ну, уморила! На кой … мне такой задохлик! Да и нет в вас, леани, той стойкости, чтоб из вас стоило зомби делать. Только в жертву и приносить.

– Час от часу не легче, – только и нашлась что ответить Айне, но почему-то успокоилась.

– Ладно, остроухая. Вижу, пришла в себя? Идти сможешь? Тут, вообще-то, недалеко. И всё равно куда. Однако, встав с помощью мага, Айне вдруг обнаружила, что подлый песок то и дело старается уйти из-под ног и шмякнуть по физиономии какой-нибудь ближайшей каменюкой. С трудом увернувшись от шершавой глыбы песчаника, она вдруг обнаружила, что лежит на руках у ярла, а сам он шагает куда-то в сторону заката. Ноша была не тяжёлая, но проклятущая девчонка оказалась гибкой как ласка, и то и дело норовила то прижаться поплотнее, то ненароком скользнуть носом по щеке или жарко дыхнуть в ухо. Ох и бесстыжие ж эти леани! Поняла, что бояться нечего, и опять за своё женское коварство. Ну вот, собственно, и пришли. Посреди каменисто-песчаного хаоса пустыни обнаружилась совсем уж неуместная скала, а в скале пещера. Небольшая, чистая, незанятая, да ещё и с вязанкой хвороста в дальнем конце. А до ближайшего леса – полторы сотни лиг!

– Всё равно, в какую сторону, говоришь? – Айне сидела у входа и наблюдала за процессом запекания индюшки на костре, который ярл устроил снаружи. Иногда запахи долетали до неё, и тогда скулы болезненно сводило от голода, а в животе начинало тихо урчать. – И, готова поспорить, если придти на это место в другой раз, то здесь не окажется ни скалы, ни пещеры?

– Умненькая девочка, – маг повернулся к ней и на миг лицо его, освещённое огнём, стало мягким, а в глазах мелькнуло что-то похожее то ли на одобрение, то ли на уважение, – Соображаешь.

– Умненькая, но не … – она вовремя прикусила язычок, подумав, что не стоит гнать лошадей. Все знают – с некромансером хоть какое дело иметь – может и себе дороже выйти, ежели обманешь или ошибёшься. Он же лишь насмешливо фыркнул и принялся копаться в своей сумке, перебирая какие-то флакончики, пучки трав, заботливо завёрнутые в тряпицу, и вообще самого разного рода вещицы премерзкого вида и, наверное, премерзкого же назначения. Уже почти совсем стемнело, и звёзды проступили на восходе, лишь тонкая полоса светлого неба указывала, куда спряталось солнце. Вокруг ещё не остыло – пустыня отдавала накопленный за день жар, но тонкое прикосновение прохлады уже чувствовалось. Айне вздохнула всей грудью, наслаждаясь покоем и мягким, необжигающим воздухом, но какой-то тревожный колокольчик еле слышно прозвенел у неё в голове. Оглянувшись вокруг, она завопила изо всех своих пока не до конца восстановленных сил.

2
{"b":"311","o":1}