ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Мы взлетали, как утки…
Viva la vagina. Хватит замалчивать скрытые возможности органа, который не принято называть
Rammstein. Горящие сердца
Хитмейкеры. Наука популярности в эпоху развлечений
Хочу и буду: Принять себя, полюбить жизнь и стать счастливым
Развитие эмоционального интеллекта: Подсказки, советы, техники
Сантехник с пылу и с жаром
Книга о потерянном времени: У вас больше возможностей, чем вы думаете
Грудное вскармливание. Настольная книга немецких молодых мам

За очередным поворотом на стене обнаружился горящий в железном держаке факел.

– Бегом! – рявкнул ярл. Походя разнеся несколько отрядов, пытающихся организовать сопротивление, ворвались в пещеру, явно носящую следы присутствия людей. Полка у стены, стол, два застеленных топчана. В стенах – несколько занавешенных проходов. Из одного прохода показались три фигуры, показавшиеся тёмными в свете единственного факела. Они одновременно стали швырять заклинания. Аметист Аэлирне яростно засверкал. Ярл и волшебница среагировали вовремя, закрылись защитой. Углуку повезло меньше. Его отшвырнуло назад так, что он проехался пару шагов, подметая выщербленный пол спиной. Взвыв так, что заметалось пламя факела, он схватил с пола булыжник и швырнул его в ненавистные чёрные силуэты. Сила броска была такова, что увлечённые магическим поединком противники не успели ничего сделать. Раздался мерзкий чакающий хруст, и одна из фигур сложилась пополам.

– Ага! – ярл прыгнул вперёд. – Живьём брать! Его кулак со свистом въехал в ухо одной фигуры. Голова дёрнулась, и соперник осел вниз. Оставшийся враг замахнулся было кинжалом, но тот сгорел в пламени, выброшенном Аэлирне. Подоспевший Углук аккуратно стукнул рукоятью топора по темечку, и всякое сопротивление прекратилось.

– Помогите! – ярл выудил из сумки флакончик и откинул пробку. Углук держал голову оглушённых пленников, а Аэлирне без всякой жалости разжимала стиснутые зубы кинжалом. Двоим удалось залить в горло по глотку чёрной, одуряюще вонючей жидкости. Третий, которого полуорк угостил булыжником, был уже мёртв.

– Всё обыскать, – ярл оставил одурманенных зельем на полу. На столе, в одной из вырубленных прямо в скале комнат, обнаружилась маленькая шкатулка, к которой волшебница ни за что не согласилась бы прикоснуться. Уж очень недвусмысленно замерцал амулет.

– Чисто, – сообщил Углук.

– Чисто, – подтвердила Аэлирне, – Там подозрительная коробочка, – показала рукой. Горячка боя постепенно схлынула.

– Всё? – недоверчиво спросила волшебница, с любопытством глядя, как ярл ходит вокруг стола со шкатулкой, как кот вокруг сметаны.

– Там лестница наверх в погреб, – указал Углук. – Обычный погреб с бочками и окороками. Ярл наконец что-то наколдовал. Медленно, осторожно открыл шкатулку, заглянул. Вытащил маленький кожаный мешочек с завязкой. Сжал мешочек в ладонях, пошептал над ним. Развязал, заглянул внутрь. Нахмурился. Пошептал ещё. Помрачнел совсем.

– Уходим! Времени мало. Углук крякнул, взвалил на плечо одного пленника, который поздоровее, и полез на лестницу. Первая и вторая ступеньки сразу сломались.

– Не дёргайся, – бросил ему ярл. Знаком вынес остолбеневшего Углука наверх вместе с ношей. Без особого почтения зашвырнул туда же второе бесчувственное тело. Посмотрел на уставшую Аэлирне. Улыбнулся и ласково, мягко как пёрышко, подхватил. Осмотрелся напоследок, и отправился наверх. В обычный погреб. Погреб располагался под одинокой фермой, стоящей среди колосящихся полей. А над фермой и полями оказались ночные звёзды.

– Интересно, а кто хозяева, и где они? – Аэлирне не без сожаления стала на свои ноги посреди двора. Углук с ятаганом наперевес уже вовсю шуровал в доме и хозяйственных пристройках. Опрометью выскочил из хлева.

– Командир, там… – зубы выбили явственную дробь. В хлеву бестолково слонялись два больших и три скелета поменьше. Они лишились направляющей воли того, кто их поднял и теперь только бесцельно бродили, сталкиваясь и натыкаясь на стены.

– М-да. Вопрос о хозяевах снимается, – тоскливо произнесла волшебница и в бессильной ярости пнула под рёбра ближнего лежащего пленника. Ярл вздохнул.

– Уйдите, не стоит вам видеть того, что я буду делать. И, мэм, шар с вами? Вызовите подмогу из Палаты.

Через квадранс во двор с грохотом ворвался эскадрон кавалерии. Ярл в двух словах обрисовал ситуацию, реквизировал пять коней. На троих разместились сами, на остальных привязали всё ещё одурманенных пленных. Скачка к столице была просто бешеной. По городу пронеслись с грохотом и криками. Возле дворца ярл гаркнул:

– Берковича ко мне! Вскоре прибежал Беркович – тот самый малый с неприятным взглядом. Ярл ткнул пальцем в пленных. – Колдуны. Чёрные. В допросную.

В большой детской комнате обреталась Императорская чета, дети и Айне с придворным магом, да пара служанок. Айне как раз дремала на ковре у ног Императрицы, которая тоже беспокойно спала в кресле у детских кроваток. Сам Император бодрствовал и вскочил, как только через ощетинившуюся пиками стражу пробрался отряд.

– Что у вас? – задыхаясь, шёпотом спросил ярл.

– Порядок. Час тому к Рубини влезли. Живыми взять не удалось. В остальном тихо. А как вы?

– Двое пленных уже в допросной. Остальное разнесли вдребезги.

– Заметили. Часа два назад немного потрясло. Обвалилось несколько старых зданий, но обошлось без жертв. Раненых немного, зато напуганные почти все. Ярл достал из-за пазухи кожаный мешочек. – Береги это. Здесь жизнь твоей средненькой. В крайнем случае – сожги. Но только в самом крайнем случае. Срезанный ноготок. Сильнейшая порча. Снимать буду потом, на свежую голову. Он повернулся. – Углук, иди спать. А вы, мэм, отдохните здесь.

В комнату ужом влез Беркович.

– Плохо дело. Первый оказался защищён так, что костоломы из допросной ничего не смогли выведать. Смеётся только, подлец. Он перевёл дух.

– Другая оказалась Ночной Всадницей. Наёмница, исполнительница. Ничего толком не знает. Единственно сообщила, что главный – стигийский жрец. Император с ярлом переглянулись. Если бы жрецы из храмов Стигии видели глаза отца, они бы подавились от ужаса. Смерть, кровь и пепел увидели бы они в разгневанном взгляде. Ярл вздохнул. – Вызовите леди Бру. Мне понадобится помощь в проведении обряда. Я сделаю зомби, переведу туда дух того жреца. А уж в новом теле, не защищённом заклинаниями, он расскажет мне всё. Через полквадранса в детскую вошла леди Бру. Узнав, в чём нужна её помощь, наотрез воспротивилась потворствовать некроманту. Император яростно сверкнул глазами. – Я вам приказываю! Леди Бру гордо выпрямилась. – Я… я отказываюсь. Ярл со вздохом повернулся к начальнику охраны. – Арестуйте эту женщину. Обвинение – неповиновение перед лицом Императора. Завтра она предстанет перед судом. Он задумался. – Аэлирне, вы-то хоть мне поможете? Поверьте, я не вижу другого выхода. Волшебница устало улыбнулась. – Я попытаюсь. Но мне будет трудно. Ярл кивнул головой. Порылся в своей сумке, озабоченно поджимая губы.

– Беркович! Писаря со знанием стигийского – в допросную. Вы, я и госпожа Аэлирне. Самую надёжную стражу у дверей. Остальных подальше.

В коридоре у дверей пытошной камеры ярл остановился. Достал из воздуха кувшин и три стакана.

– Держите. – с этими словами капнул в каждый стакан по капле из одного пузырька, по две из другого. Разбавил водой из кувшина.

– Беркович, писарь, выпить! Вы, мэм, тоже.

– А что это? – Аэлирне выпила приторно-вонючее зелье без колебаний.

– Приглушит восприятие, но не помешает выполнять обязанности. Хотя… Он обернулся к стражнику, – Таз к двери. Наверняка кому-то будет плохо.

Пока некромант делал своё чёрное дело, писарь, Беркович и Аэлирне несколько раз выбегали в коридор, с трудом сдерживая позывы.

– Надо же, – ворчала бледная, но с пылающими щеками волшебница, сшивая куски плоти в месте, указанном ей. – Первый раз меня отхлестали по лицу, и я не ответила файрболлом.

– Он точно заговорит? Не зря мы хоть мучаемся? – Беркович уже дважды падал в обморок, но беспощадный ярл каждый раз подымал его.

– Что за помощники! Падают, как барышни при виде дракона. Заговорит, как миленький. Ты уж, Беркович, только успевай направлять разговор да задавай правильные вопросы.

Когда останки жреца накрыли холстиной, а наспех сделанный зомби зашевелился и попытался встать, Берковичу в третий раз сделалось дурно. Волшебница взглянула на ярла. На его лице не было ничего, кроме усталости и удовлетворения от сделанной работы. Никакие оковы не удержали бы зомби, но крепче железа держали его заклинания чёрного мага, и Аэлирне поддерживала эти заклинания. Маг же сотворял Заклятье Подчинения.

40
{"b":"311","o":1}