ЛитМир - Электронная Библиотека

– Я вольный ярл по праву рождения и по воле Императора. И не могу быть осуждён иначе, чем по прямому приказу правителя или его наместника. Чинуша и магичка скривились, будто им дали хлебнуть прокисшего вина, но, похоже, ничего не могли поделать прямо сейчас.

– Наместник нынче в городе. Посмотрим, – с этими словами городской советник повернулся и гордо пошёл в сторону ворот, уже освещённых утренним солнцем. За ним потопали и стражники. Целительница в бело-зелёной накидке и деревянных сандалиях на босу ногу тоже поплелась следом, что-то злобно шипя сквозь зубы.

– Это очень серьёзно? – купец-коротышка уже оклемался и иногда только умилённо посматривал на беззаботно скачущую вокруг Марико. Чуть помедлив, ярл кивнул. Купец почесал в затылке.

– Ну, со стражниками я потолкую, ребята почти все знакомые, – тут он ощупал свой кошелёк, – и на советника из магистрата управу найдём. А вот с Целительницей разбирайся сам – мне с ней заводиться как-то не с руки.

– А чего она такая …? Кидается на всех, – Айне тоже встревожилась не на шутку и подошла поближе.

– Дык, муж у ней, и оба сына. Погибли пару лет тому на войне. С тех пор она немного вроде как и не в себе. Ладно, пойдёмте ко мне, товар заберёте, да и по чарочке сейчас не повредит – а то у меня в голове чегой-то не того… По приходу в лавку купец незамедлительно погнал дочь наверх спать, а сам ловким движением фокусника извлёк на свет симпатичную глиняную бутыль небольших размеров. Бокальчик Aedorne и впрямь пошёл как надо и пришёлся весьма кстати. Айне повеселела и, пока хозяин ходил за стрелами, подобрала себе лёгкий колчан из тиснёной кожи и замшевый чехол для лука. Ярл заплатил не торгуясь, на прощание выпили ещё и наконец – двое растворились в муравейнике большого города.

– Что-то мне в Сумеречные леса захотелось. Неуютно здесь как-то, – Айне хитро посматривала на ярла и поглаживала сквозь чехол свою Песню.

– Нет. Такие дела нельзя оставлять открытыми. Наместник, если не дурак, – а дураков в Асмарал не посылают – сообразит, что на плаху я не пойду. И в пытошную тоже. Силой меня не потащут – если пойду напролом, мне терять нечего будет, – Ярл помрачнел, – такого наворочу здесь…

– Да и вреда никакого и никому я не нанёс. Если стражники будут отнекиваться и чиновничек тоже, целительница ничего не докажет. И наместник скорее всего охотно замнёт дело.

– А если нет?

– Ну что ж, – ярл на миг задумался, постукивая пальцами по резной каменной скамье, на которой они устроились, – жди меня завтра у северных ворот. Приду, даже если от них только головёшки останутся. С этими словами он отсыпал Айне горсть монет не считая.

– Вон, за мной уже идут. Исчезни. И она исчезла.

Достоверно не известно, что и как было потом в роскошном тенистом дворце императорского наместника. Знамо только, что стражники кряхтели да отнекивались – дескать, темно было, да и не по солдатскому разуменью дела энти. Также и ответственный советник из городского магистрата предпочитал помалкивать, украдкой почёсывая синяки, только что полученные от дражайшей супруги. Та, в отличие от муженька, быстро смекнула, на что можно потратить полученный от незаметного купчишки тяжёленький мешочек. И только магичка, глава Гильдии Целителей, пыталась что-то доказать. Шар хрустальный показал, что состоялась Чёрная Месса – раз. Единственный некромант в округе – вот он – два. На месте преступления некоторое время были видны неопровержимые следы, а уж серой как воняло – жуть! Наместник же, ещё не старый сановник из Императорского Совета, хмурился всё более. Сидя на украшенном завитушками малом троне под сенью герба Империи

– лев, вставший на дыбы, в пятиугольном щите, он крепко задумался. Ход его мыслей ярл предсказал практически правильно. Только не знал ярл, что сын нынешнего наместника Асмарала тоже воевал в Железном легионе и получил из рук самого Императора офицерский патент, и карьера его зависела не только от него, но и от прихотей придворных веяний. А внучка наместника как раз сейчас получила вызов на учёбу в Университет Магии – способности оказались, видите ли. Приходится отрывать дитё от гнезда и посылать из надёжного родового замка в чужие заморские дали. А ярл этот – птица неведомая, видно только, что не из простых. Но, с другой стороны, имперский наградной перстень на руке – такие только за большие дела дают! Ну угораздило ж такому случиться, и именно здесь… Ещё два года нести здесь нелёгкую службу, и с местным людом надо как-то так ладить. У целительницы тут власти едва ли не больше, чем у самого наместника. С другой стороны, у ярла этого наверняка найдутся защитники и в столице, да и во дворце Императора.

– Было бы легче, если бы вы, почтенный ярл, назвались нам полным именем с перечислением всех титулов, приличествующих вам.

– По дворянским обычаям, я имею право называться одим именем и титулом на моё усмотрение. Ярл Valle. К вашим услугам. Наместник незаметно вздохнул и переменил позу.

– Да будет так. Признаёте ли вы, ярл Valle, предьявленные вам обвинения?

– Не скажу ни да, ни нет.

– В таком случае, вам придётся побыть под стражей до окончания рассмотрения дела. Скорее всего – до завтра. Сдадите ли вы оружие добровольно?

– Я знаю закон, – отрубил ярл и снял с себя перевязь, – Только скажите этим мерзавцам из стражи, чтоб не баловались – меч зачарованный, чужих не любит.

Вот и сидит теперь узник в тесной вонючей камере, задумавшись о чём-то своём при тусклом свете continual light. А наместник бродит бессонной ночью по дворцу, что-то бормоча и прикидывая так и этак, шаркая шитыми золотом тапочками по плитам пола, распугивая шастающую иногда прислугу и наводя тоску на караульных. А где-то в лабиринте огромного, никогда не спящего города, среди дьявольского варева факелов, магических шаров и огней, за столиком в полутёмном углу маленькой таверны примостилась экипированная как на войну девушка леани и, потягивая столь полюбившийся клюквенный напиток, смотрит на светильник, сквозь него и куда-то дальше в одной ей известные дали и времена.

Глава 2. Пограничье.

Человек не спеша спускался по осклизлым ступеням, иногда еле заметно морщась от брезгливости. Был он не худ и не толст, не молод и не стар, несмотря на седину, серебром мерцающую на его плечах. Дань скорее тяжёлым трудам и раздумьям, нежели годам придала ему ту величавость, которая сразу выделяет того, кто несёт нелёгкую ношу ответственности. За землю, за народ, за порядок и покой, которые так мало ценятся в молодости. Дежурный офицер, идущий впереди, нёс магический светильник и спросонья туго соображал, зачем самому Наместнику понадобилось посетить подземную тюрьму – донжон, да ещё и в столь неурочный час. Предрассветная вахта, которую сами караульные называли не иначе как «собачьей», была тягомотнее самого безжалостного разноса от начальства. Холод и сырость пробирают до костей, сколь не одевай тёплого под казённый мундир, а с хмельным тут строго. Не прикорнёшь в уголке, да и отлучиться некуда – подземелье, знаете ли. А сама природа людская так и затягивает в блаженную дрёму… Облицованные грубым камнем галереи и камеры сочились влагой. Офицер со злорадством представлял, как наместник поскользнётся и вьедет хотя бы в вот эту зловонную лужу, которая постоянно натекала из коридора с пересыльными каторжанами. Вообще-то он мужик не злой, наместник-то, жить можно. Только зачем начальству самому лезть в этакие малоприятные места…

– Осторожнее, ваше превосходительство, не вляпайтесь. Сколько ни убирали, сколько ни засыпали – всё без толку. Видать, так и должно быть. Задержавшись немного, чтобы перевести дух, на уровне, где содержались убийцы и мздоимцы, пошли далее. Когда миновали очередной пролёт лестницы, стало ясно, что офицер, наместник и его советник спускаются на последний ярус, в котором должна содержаться самая серьёзная публика. «Политические» – шёпотом называли таких постояльцев стражники и старались держаться от дверей камер подалее. Оно и понятно – в такие дела простому люду никак лезть нельзя. Дворянам и познатнее доводилось выходить отсюда прямиком на плаху, а с прочими и вовсе разбираться не будут. Хоть словцом перебросишься – свои же и донесут. Правда, «политический» ярус давненько пустовал, только вот нынче утром привели чёрного мага и вежливо попросили зайти в камеру. Сержант и стражники панически боялись подойти ближе, чем на несколько шагов, словно опасались подхватить неведомую заразу. Правда, дежурный офицер, лично принимавший сопроводительные бумаги, посчитал, что такую птицу камень и железо не удержат, но свои опасные мысли оставил при себе, к тому же его мнением никто и не думал поинтересоваться. Вот и пришли. Толстая дубовая дверь, дерева не видно из-под мощных железных полос впритык. Замки, которые размерами подошли бы доброму купцу на склад. Да охранный знак по центру. Вот знак – это дело. Из чистого горного серебра, заговорённый в Магической Гильдии сторожевыми заклятьями, проверенный трижды на обычной двери. Так просто не минёшь его, так просто не обманешь. Но это против простых смертных да местных колдунов действует. А некромансер, когда заходил, глянул на знак, да улыбнулся только. Ну вы, дескать, точно дети малые – чем бы ни тешились. Офицер, конечно, ничего этакого вслух не сказал, только ключами загремел, отпирая гномьей работы замки и засовы. Махнул было ближайшим стражникам, – заходите, мол. Как и положено, охрану начальству. Однако, наместник небрежным жестом остановил его.

7
{"b":"311","o":1}