ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Когда они двинулись вперед, ее сомнения только усилились. Наверное, Маккус взял фонарь, потому что он шел уверенно и быстро, в то время как Файер продвигалась, останавливаясь на каждом шагу, чтобы не упасть.

– Не беспокойся, ты не споткнешься, – сказал он, уводя ее все дальше от дома.

Медленно следуя за ним, она вдыхала аромат цветов.

– Файер, ты можешь полностью доверять мне.

– Это игра? – не обращая внимания на его заверения, настойчиво повторила Файер.

Маккус вдруг остановился, и она оказалась в его объятиях. Он приподнял ее подбородок и ответил:

– Немного игра.

Его загадочный тон сбивал ее с толку. Она ждала, что он поцелует ее. И он действительно поцеловал, но при этом так крепко обнял ее, что Файер невольно вскрикнула. Но Маккус не дал ей вымолвить и слова, начав ласкать ее губы. Она едва не рухнула на землю от охватившей ее слабости, но он тут же отстранился, успев удержать ее, и повел дальше, в темные заросли сада.

Очень скоро Файер потеряла ощущение времени и пространства. Сначала ей казалось, что они заблудились, но потом она подумала, не водит ли ее Маккус специально по кругу, чтобы запутать окончательно.

Когда они наконец остановились, Файер облегченно вздохнула. Ее туфельки не предназначались для ночных прогулок по саду.

– Мы почти пришли, – прошептал Маккус. Файер в отчаянии застонала.

Она услышала, как он поставил фонарь, и замерла в ожидании. Маккус вдруг поднял ее на руки, и она лишь вскрикнула от неожиданности. Он пронес ее пять шагов, и, хотя ее глаза были по-прежнему завязаны, Файер почувствовала, что темнота стала не такой плотной. Похоже, они добрались до конечной точки этого утомительного путешествия.

Маккус медленно и бережно поставил ее на пол. Файер хотела сорвать с себя повязку, но он перехватил ее руку.

– Не стоит портить эффект.

Она догадалась, что они находятся в каком-то здании, однако до ее слуха доносилось лишь стрекотание сверчков и пение птиц.

– Тебе говорили, что ты очень робкая девица? – Он отпустил ее, и она услышала шуршание ткани.

– Мне кажется, ты единственный человек, который посмел высказать столь оскорбительное замечание леди Карлайл, – запрокинув голову, вымолвила она.

Маккус стал позади нее, и она ощутила, как он прижался грудью к ее спине.

– Эта прогулка была лишь прелюдией, началом нашего необыкновенного приключения.

Маккус нежно коснулся руками ее груди. Файер подумала, что, если сейчас он выставляет ее на посмешище, она собственноручно убьет его. Когда Файер попыталась сорвать с глаз повязку, он лишь угрожающе пробормотал что-то, и она едва разобрала:

– Оставь ее в покое, Файер.

– Я начинаю беспокоиться, – отозвалась девушка, раздражаясь, что не может подавить в себе чувство зависимости от него. Черт побери! Этот самодовольный выскочка доводил ее до бешенства.

– Беспокойство очень полезно для освоения науки любви, – пробормотал Маккус, лаская ее спину и грудь.

Его пальцы скользнули выше, туда, где платье застегивалось серебряными крючками. Он быстро справился с ними, и Файер невольно поежилась. Она провела целый день в корсете, а теперь, когда ее кожи коснулся свежий вечерний ветерок, она немного озябла.

Файер подпрыгнула от неожиданности, почувствовав на своих плечах большие теплые руки Маккуса, который обнял ее, желая согреть. Он так прижался к ней, что даже через ткань его бриджей она ощутила, как сильно он возбужден.

– Прошу тебя, скажи мне, где мы? – прошептала Файер, остерегаясь говорить громче, чтобы не привлечь постороннее внимание.

– Мы здесь одни. Я убил бы любого, кто посмел бы взирать на такую роскошную женщину.

Маккус говорил очень убедительно, возясь в это время с корсетом. Когда он закончил расшнуровывать его, сине-зеленое платье из тонкого атласа упало к ее ногам вместе с корсетом.

– Ты хочешь раздеть меня донага? – спросила Файер. В ее голосе послышалась тревога.

Тем временем он начал снимать с нее нижние юбки.

– Я хочу освободить тебя не только от твоих одежд, но и от твоей застенчивости, – сказал Маккус, поворачивая ее к себе и впиваясь губами в ее уста.

Маккус догадывался, что Файер все еще не забыла свой первый печальный опыт. Стэндиш ранил ее самолюбие. Несмотря на то что она с готовностью разделила с Маккусом утехи любви, она все еще была настороже, зная, как больно может ранить предательство. Маккус был не против того, что она считала других мужчин не заслуживающими ее доверия, но себя включать в их число он бы не позволил ни при каких обстоятельствах.

Файер напоминала ему красивую бабочку. Она манила, ласкала его прикосновением своих волшебных крыльев, но упархивала всякий раз, когда он пытался поймать ее. Он целовал и ласкал ее до головокружения. Она стонала в его объятиях, но при этом спокойно говорила о том, что он может жениться на другой женщине. Это сводило его с ума! Он осознавал, что она готова отказаться от него и от его любви, поскольку ее душа оставалась закрытой для признаний. Ему хотелось завоевать ее доверие, хотя поначалу он пытался отговорить себя от этой безумной затеи. Файер, которая так легко завладела его сердцем, стояла сейчас перед ним полуобнаженная, словно раскрывшийся бутон, и он был готов на все, лишь бы ее сердце наконец дрогнуло и открылось ему.

Она облизала губы.

– Я тоже могла бы раздеть тебя.

Он представил, как ее глаза загораются при виде того, как его одежды падают на пол рядом с ее платьем, и уже почти соблазнился этой приятной перспективой. Стержень его страсти рвался наружу, и это томление казалось невыносимым. Маккус покачал головой, забыв на мгновение, что она не видит его.

– На этот раз тебе придется подчиниться моей воле. – Файер состроила гримасу.

– Я ничего не вижу из-за повязки, – пробормотала она.

– Видеть можно не только глазами.

Когда юбки Файер скользнули на пол, Маккус потянулся к завязкам на ее сорочке.

– Подожди!

Этот резкий приказ остановил Маккуса. Он услышал, как дыхание Файер участилось. Он знал, что она скорее охвачена страхом, а не страстью.

– Не бойся, я не причиню тебе боли.

Маккус быстро освободил ее от сорочки, а себя – от сюртука и рубашки.

67
{"b":"31104","o":1}