ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Герцог не ревновал свою бывшую любовницу – это было очевидно. Графиня переоценила свое влияние на отца Файер.

– Я считаю, что леди Хипгрейв – очень неприятная особа, – осторожно высказалась Файер.

Герцог вздохнул.

– Я согласен, дитя мое. Этот негодяй настраивает ее на враждебное отношение к тебе?

«Это она настраивает его против меня», – с тоской подумала Файер и коротко произнесла:

– Не совсем.

«Папа, расскажи мне о своем прошлом. Твоя бывшая любовница ненавидит тебя с такой силой, что решила отомстить, отыгравшись на твоей дочери», – пронеслось в голове Файер.

Ее родители не обсуждали свои романы, поэтому ждать, что герцог нарушит установленную традицию, было бы глупо. Отец даже не попытался объясниться, чтобы понять причины ненависти графини к его дочери. Он ограничился тем, что сказал:

– Отилия весьма беспокойная дама. У нее очень тяжелый нрав. Если она выскажется в отношении тебя неподобающим образом, просто сообщи об этом мне. Хорошо?

– Конечно, папа, – тихо ответила Файер, не решившись поделиться с отцом секретом, который она хранила с той самой ночи, когда разоблачила лорда Стэндиша. Перед ее глазами снова возникла сцена их столкновения в галерее дома лорда Мив. Герцог ласково потрепал ее по плечу.

– Я знаю, что тебе нелегко, Файер. Мне так хотелось чем-нибудь помочь тебе. Я перебросился несколькими словами с Пенневезером по поводу его младшего сына...

Файер выпрямилась и посмотрела на отца потухшим взглядом.

– Ты разговаривал с маркизом, папа? Но как ты мог? Я не стану женой Стэндиша, даже если ты прикажешь отстегать этого мерзавца и залепишь ему рот бриллиантом размером с мой кулак.

Когда-то Файер отказалась от брака с ним из гордости, но теперь она искренне не желала даже думать о нем как о муже.

– Успокойся, – улыбнулся герцог. – Я знал еще тогда, что ты не желаешь связывать свою судьбу с этим человеком, поскольку он не стоит тебя. Но я не могу оставаться в стороне только потому, что ты решила даровать Стэндишу свое великодушное прощение. Пенневезер очень недоволен поведением своего сына. Он даже пригрозил не покрывать его больше, чтобы хоть как-то повлиять на разгульный образ жизни Стэндиша.

Отец выжидающе посмотрел на Файер, подумав, что известие о грядущих страданиях бывшего воздыхателя позабавит ее. Но дочь, посмотрев на него, ответила:

– Папа, лорд Пенневезер грозится лишить его содержания уже много лет, но маркиз, насколько я поняла, не идет дальше предупреждений.

Это вызывало у нее горькое сожаление. Было бы отрадно представлять себе, как лорд Стэндиш проводит вечера в грустных размышлениях о своих стесненных финансовых обстоятельствах, а не прожигает жизнь в игорных домах, погрязая в грехе и соблазняя невинные души.

Герцог неохотно кивнул в знак согласия.

– Думаю, что маркиз Пенневезер все еще лелеет надежды на то, что вы с его сыном поженитесь. Ничто бы не прекратило сплетни так быстро, как известие о вашем браке.

Файер прижалась щекой к морщинистому лицу отца.

– Нет, я бы не смогла выйти за него замуж, – сказала она, – даже ради того, чтобы положить конец пересудам.

– Упрямая девчонка! Ты не хочешь, чтобы я наказал подлеца, но и не желаешь выходить за него замуж. Что же делать мне, бедному отцу?

– Ничего.

Стэндиш отплатит ей за предательство. Она добьется этого или с помощью Маккуса, или без него. Файер крепко прижалась к отцу.

– Папа, я так люблю тебя. – Герцог смущенно обнял ее в ответ.

– Я тоже люблю тебя, Файер, – ласково произнес он. – Моя милая Файер, не волнуйся. Если маркиз Пенневезер не выполнит свое обещание лишить сына содержания, мы что-нибудь придумаем.

Файер была уверена, что лорд Стэндиш еще не раз пожалеет о своем подлом предательстве.

* * *

Маккус наблюдал за виконтом, который, как обычно, играл в карты, и его мысли перекликались с мыслями герцога Солити. На этот раз в заведение «Мойра Ласт» он пришел вместе с Тревором. За последние три часа лорд Стэндиш проигрался в пух и прах.

Маккус все это время возвращался к мыслям о Файер, образ которой всплывал в его памяти, вызывая щемящую тоску. Он вспоминал ее взгляд, когда они возвращались в город. Она словно спрашивала его: «Что я сделала?» Если она получит его записку, то это смутит ее еще больше. Маккус сжал руку в кулак. Он не хотел причинять ей боль, но все произошло слишком быстро. Маккус знал, что не имеет права упустить свой шанс.

– Мак, а что мы здесь делаем? – прервал его мысли Тревор. Он сделал глоток пива, которое принесла ему девушка-служанка. Маккус притворился, что не расслышал его.

– Мне кажется, это прекрасное место для мужчины, который после тяжелого дня желает расслабиться в компании своих приятелей, – продолжил Тревор, – но я не вижу здесь Сеймуса. Так почему бы нам не отправиться дальше?

Хавьер признался, что в последнее время ему удалось сколотить целое состояние благодаря глупости лорда Стэндиша. Он ощущал себя немного виноватым, поскольку понимал, что обдирает джентльмена как липку. Но когда Маккус объяснил, что у этого господина отсутствует понятие о чести и мужском достоинстве, совесть хозяина игорного дома быстро успокоилась. Потери не слишком волновали Стэндиша. Вместо того чтобы благоразумно покинуть заведение, он все больше увеличивал ставки и увязал в долгах.

Маккус, который ждал этого вечера, посмотрел на скучающего брата и сказал:

– Я здесь не только из-за Сеймуса.

Тревор проследил за нетерпеливым взглядом брата.

– Из-за кого еще?

– Вон тот, в зеленом жилете, – пробормотал Маккус. – Я чувствую, как этого господина охватывает отчаяние, а ты?

Когда Маккус вернулся от Денингзов, брат ожидал его в городском доме. Тревор напоминал ему бродячего кота, который исчезает на несколько дней, чтобы появиться вновь, как только у него возникает нужда отогреться.

– Да, я согласен, – протянул Тревор. – Но почему ты охотишься за этим джентльменом? Что он тебе сделал?

Маккус взял в руки кружку с пивом и отпил из нее. Он не собирался раскрывать брату правду о сделке с Файер и о том, почему она нуждается в его помощи. Несмотря на то что их связывали кровные узы, Маккус не мог довериться Тревору.

74
{"b":"31104","o":1}